Виталий Егоров – Избранные детективы Компиляция кн. 1-17 (страница 72)

Назвав номер дела, следователь спросил:

– Ключи от квартиры у тебя? Мне надо провести повторный осмотр.

– Все три замка поменяли, старые я собираюсь отдать на экспертизу – пусть на всякий случай проверят, не работали ли отмычкой. А дочка уже прибралась в квартире.

– Ничего страшного, я все равно обязан произвести осмотр квартиры пропавшей. А с замками ты поступил правильно – пусть криминалист проверит.

– Владимир, что еще нужно? – спросил сыщик.

– Мне бы дочку пропавшей, признаю ее потерпевшей. Как ее зовут?

– Ксения. Привезти?

– Она живет в квартире матери?

– Пока у соседки. Боится жить одна.

– Тогда вот что: часикам к шести я поеду на осмотр квартиры, пусть она меня встретит. Там я ее и допрошу, а также признаю потерпевшей.

– Добро, Владимир, предупрежу девушку.

Не расставшись с трубкой, сыщик сразу же позвонил Хромовой. Когда та спросила, кто беспокоит, он назвался и спросил:

– Ну как переночевали? Судя по тому, что не побеспокоили меня, без особых происшествий?

– Все нормально! – обрадованно воскликнула женщина. – С утра пораньше мы с Ксюшенькой проверили ее квартиру: замки в порядке, внутри, как и было со вчерашнего дня, все прибрано и чисто.

– Значит, преступник понял, что в квартиру кто-то заселился и оставил попытку проникновения, – рассудил сыщик. – Но надолго ли?

– Наверное, да, остерегся, – робко выронила соседка, испугавшись предположений милиционера. – Вы думаете, что он ждет удобного случая?

– Не знаю, Вероника, не знаю, но, на всякий случай, будьте осторожны. И пусть Ксения пока поживет у вас.

– Да, да, она будет жить у меня, – ответила женщина. – Сколько надо, столько пусть и живет.

– Вероника, в шесть вечера к вам придет следователь прокуратуры Войтенко Владимир для того, чтобы допросить Ксению и провести осмотр квартиры, – предупредил сыщик. – Вы его встретьте, напоите чаем, а к этому времени и я подтянусь – буду проводить поквартирный обход вашего подъезда, побеседую с жильцами.

– А зачем разговаривать с жильцами? – искренне удивилась женщина. – Они же ничего не знают, если бы знали, давно бы сообщили.

– Вероника, специфика нашей работы такова, что мы много разговариваем с людьми, выуживая нужную информацию по крохам, – наставительно произнес оперативник. – Так и раскрываются преступления.

– Поняла, вечерочком ждем, – понимающе кивнула женщина. – Сейчас с Ксенией идем на рынок, к шести будем дома.

Власич решил до обеда заняться бумажной работой, навести порядок в документах, составить подробную ориентировку на пропавшую женщину, назначить экспертизу по замкам, а также обзвонить банки и получить ответы на свои запросы.

Компьютеризация только набирала обороты в органах внутренних дел. Сыщики использовали компьютеры исключительно только в качестве пишущей машинки, а те электронно-вычислительные машины, которые стояли в аналитических отделах и штабах, отвечали на запросы сыщиков чудовищно медленно, поэтому никто особо туда не обращался, полагаясь на дедовские методы работы и на свою сообразительность.

Власич, поводив пальцами по клавиатуре, посмотрел на мертвый экран монитора и, вспомнив, что компьютер, который недавно установили у них в кабинете, как всегда, завис, а специалист из штаба, выполняющий роль системного администратора, обещал подойти только через два дня, достал чистый лист бумаги и воткнул в каретку пишущей машинки. Немного поразмыслив над текстом, он стал печатать:

Ориентировка

15 июля с.г. в 20 часов ушла с центрального рынка и не вернулась домой гр—ка Кухтина Симона Гавриловна, сорока двух лет. Внешние приметы: волосы светлые, вьющиеся, до плеч. Выглядит моложе своего возраста, телосложение нормальное, рост 165 см. Одета: шелковая белая блузка, темная юбка до колен, туфли на среднем каблуке. Фотография соответствует внешности. Лиц, видевших данную гражданку в период с 15 июля по настоящее время, прошу сообщить об этом в милицию. В случае нежелания предать огласке свое имя, анонимность гарантируется.

Вручив текст и фотографию Кухтиной экспертам для изготовления фотоориентировки в количестве пятидесяти штук, заодно оставив им три замка от двери с постановлением о назначении трасологической экспертизы, сыщик вернулся в кабинет и взялся за телефон, чтобы обзвонить банки.

Как и ожидалось, ни в одном из шести банков Кухтина не хранила деньги.

«Что же это получается, – задумался сыщик. – Денег ни в банке, ни дома нет, преступники, скорее всего, их тоже не нашли. Где же она их спрятала? Кому-то доверилась и хранила у него, а тот ее убил, чтобы не возвращать и, заметая следы, устроил инсценировку? Но все говорят, что она ни с кем особо не дружила. Кто тогда ее убил? Подозреваются все: директор рынка Жора, контролер Володя, валютный спекулянт Гришаев, водитель Аристарх, торговки Стрельцова и Кузьминова, а также соседка Хромова в качестве наводчиц, брат последней Артур, сын Бредихиной, директор базы Михайлов… А, может быть, убийца пытался проникнуть в квартиру вовсе не за деньгами, деньги уже находятся у него, а с другой целью? Убить Ксению? Уничтожить оставленные следы преступления? Нет, так можно сойти с ума! Это паранойя, надо успокоиться и взглянуть на мир трезвыми глазами!»

Отобедав в столовой, Власич зашел в экспертно-криминалистический отдел и забрал уже готовые фотоориентировки, которые раздал руководителям подразделений, чтобы те нацелили личный состав вверенных подразделений на поиск пропавшей женщины, после чего решил встретиться с агентурой.

Осведомитель милиции «Лохматый» состоял в агентурной сети уголовного розыска давно. Его вербовку осуществил не Власич, а «оставил ему по наследству», то есть передал для дальнейшего сотрудничества с милицией старый оперативник Квашнин, который уходил на пенсию. Обычно информатор работает только с одним оперативником, которому доверяет полностью, ведь на кону его собственная жизнь, и, когда тот по разным причинам уходит из милиции, агент тоже прекращает свое сотрудничество с органами. Но в данном конкретном случае «Лохматый», чью встречу с Власичем организовал Квашнин перед тем, как навсегда покинуть стены родной милиции, увидев перед собой «позитивного и надежного мента», как выразился агент перед бывшим куратором, дал согласие продолжить свою секретную миссию. Очевидно, в нем сыграло не только самосознание гражданина, но и финансовая сторона вопроса, ведь агенту за раскрытие преступления полагаются деньги – не ахти какие, но хорошее подспорье для семейного бюджета.

Агент, повертев в руке фотографию Кухтиной, проговорил с сожалением:

– Баба-то симпотная, за что ее мочканули?

– Не знаю, трупа до сих пор нет, – пожал плечами опер. – Она как раз живет в твоем микрорайоне, почему я к тебе и обратился. Расскажи, как обстановка в районе, кто тут хозяйничает, есть ли лица или группировки, на которых следует обратить внимание? А убили ее, скорее всего, из-за денег.

– Барыжничала?

– Можно сказать, что да. Торговала на рынке бытовой химией. Более недели назад в вечернее время ушла с рынка и до дому не дошла. В квартире кто-то похозяйничал, все перевернуто вверх дном.

– Получается, что ее похитили?

– Да, так и получается.

«Лохматый», достав папиросу, смачно затянулся и, поглаживая лысую голову (он всегда постригался налысо, за что, наверное, Квашнин, в целях конспирации, окрестил его «Лохматым»), призадумался.

– Тут одна шпана и гопники, серьезных людей я не вижу, – наконец, заговорил агент. – Есть Тимоха, но он на «мокрое» дело не пойдет, Матвей есть, блатной, но он карманник, тоже на убийство не пойдет, есть еще Червонец, он откинулся недавно, но, вроде бы успокоился, с женой под руки ходят… Шпана могла убить эту бабу, но эти беспредельщики не озаботились бы прятанием трупа, тело бы давно нашла милиция. Нет, пока ничего не могу сказать, надо походить, поспрошать у людей.

– А ты поспрошай, – попросил его сыщик. – А для разогрева интереса к теме, посетуй, мол, менты лютуют, всех таскают, ищут какую-то бабу, которая пропала средь бела дня.

– Попробую, – кивнул агент и попросил: – Мне бы денежек немного – вчера выпил чуток, сегодня все нутро трясется. Как опохмелюсь, сразу пойду разговаривать с людьми.

– По-моему, посидел ты вчера неплохо, от тебя за версту разит перегаром, – поморщился Власич и, порывшись в кармане, достал мелочь. – На, возьми, хватит на бутылку пива.

Встретившись еще с двумя осведомителями, нацелив их на поиски пропавшей, сыщик вернулся в управление и продолжил работу с бумагами.

В шесть вечера, когда Власич подходил к дому Кухтиной, издалека увидел прокурорскую машину, которая тихо отъехала от подъезда и скрылась за домом.

«Володя уже здесь, – подумал сыщик о следователе прокуратуры. – Лишь бы Вероника с Ксенией были дома».

Поднявшись на второй этаж, он постучался к Хромовой. Дверь открыла хозяйка, которая, увидев Власича, радостно всплеснула руками:

– А вот и товарищ милиционер! Проходите, проходите, Анатолий, Владимир Иванович только перед вами зашел.

Войтенко уже разложил на столе бумаги и приступил к допросу Ксении. Увидев сыщика, коротко махнул рукой и обратился к девушке:

– Итак, начните рассказывать, а я ваши показания внесу в протокол. Потом признаю вас потерпевшей. В конце пойдем к вам в квартиру и проведем осмотр.