Виталий Берёзкин – Формирования курдов: история, вооружение, подготовка (страница 4)
Секуляризм. Идеология Оджалана и его последователей носит подчеркнуто светский характер. Религия (включая ислам) рассматривается как часть культурного наследия, но не как основа для политической организации. Это создает идеологическую напряженность с консервативными слоями курдского общества, особенно в Иракском Курдистане, где влияние исламистских партий остается значительным .
Дивергенция идеологических траекторий в разных частях Курдистана
Несмотря на общие идейные истоки, курдское вооруженное движение развивалось по различным идеологическим траекториям в зависимости от политического контекста каждой из стран проживания курдов.
Иракский Курдистан представляет собой наиболее яркий пример сохранения традиционных структур в рамках вооруженного движения. Демократическая партия Курдистана (ДПК) и Патриотический союз Курдистана (ПСК), основные политические силы региона, возникли как национальные движения, но со временем встроились в систему племенного патронажа. ПСК, изначально позиционировавший себя как левая альтернатива консервативной ДПК, со временем утратил социалистическую риторику, а его руководство встроилось в племенные и клановые сети. Коммунистическая партия Курдистана (KCP), являвшаяся филиалом Иракской коммунистической партии, в 1990-е годы оказалась встроена в местные племенные структуры в районе Сорана и Ревандуза, что привело к размыванию идеологической идентичности .
Демократический конфедерализм не нашел широкого отклика в Иракском Курдистане. Единственная партия, представлявшая это течение, – Курдская демократическая партия решения (PÇDK), созданная в 2002 году, – подвергалась репрессиям со стороны властей Курдистанского автономного района. В 2014 году партия была запрещена, ее члены арестованы. Партия-преемница Tevgerî Azadiyî никогда не допускалась к участию в выборах, а ее члены подвергались арестам и даже убийствам. В августе 2024 года Верховный суд Ирака запретил деятельность Tevgerî Azadiyî, сославшись на связи с РПК .
Сирийский Курдистан (Рожава) стал территорией, где идеи демократического конфедерализма были реализованы на практике наиболее последовательно. С началом гражданской войны в Сирии в 2011 году Партия демократического союза (PYD), тесно связанная с РПК, установила контроль над курдскими районами на севере страны. Созданные ею структуры – Отряды народной самообороны (YPG), Женские отряды самообороны (YPJ) и гражданские советы – были призваны воплотить принципы демократического конфедерализма: горизонтальное самоуправление, гендерное равенство, этническое и религиозное многообразие.
Сирийский эксперимент привлек внимание левых и анархистских движений по всему миру. Начиная с 2013–2014 годов, сотни добровольцев из Европы, России, США и других стран прибыли в Рожаву для участия в борьбе против «Исламского государства» (запрещенная в России террористическая организация) и для поддержки «революции» .
Иранский Курдистан демонстрирует более сложную картину. Демократическая партия Иранского Курдистана (PDKI), старейшая курдская партия Ирана (основана в 1945 году), традиционно придерживалась националистической и центристской идеологии. Партия свободной жизни Курдистана (PJAK), возникшая в 2004 году, идеологически связана с РПК и придерживается концепции демократического конфедерализма. В феврале 2026 года шесть курдских партий и группировок Ирана объявили о создании Коалиции политических сил Иранского Курдистана, стремясь к координации действий против иранского режима. Идеологическая платформа новой коалиции остается предметом переговоров между входящими в нее силами.
Современное состояние идеологической трансформации
К середине 2020-х годов идеологическая эволюция курдского вооруженного движения вступила в новую фазу, характеризующуюся несколькими противоречивыми тенденциями.
Модерация идеологии при сохранении насильственных методов. Аналитики отмечают парадоксальную ситуацию: в то время как идеологическая риторика про-курдского движения в Турции эволюционировала от сепаратизма к регионализму, а затем к демократическому социализму, стремление к отказу от насильственных методов не стало последовательным. Политическое крыло (преемники запрещенной Партии демократии народов – DEM) выступает с умеренными лозунгами, в то время как военное крыло (HPG) продолжает вооруженную борьбу .
Прекращение огня в Турции (март 2025 года). В марте 2025 года РПК объявила о прекращении огня, что было воспринято как возможное начало нового этапа в урегулировании курдско-турецкого конфликта. Однако, по состоянию на март 2026 года, ситуация остается неопределенной. Турецкие власти продолжают наносить удары по курдским позициям в Ираке и Сирии, а курдские формирования сохраняют способность к вооруженному сопротивлению.
Децентрализация и автономизация прокси. Потеря централизованного управления и «декапитация» руководства, произошедшая в ходе войны с Израилем и США в феврале-марте 2026 года, привели к тому, что курдские вооруженные формирования в различных частях Курдистана получили большую оперативную самостоятельность. Это усилило фрагментацию курдского движения, но одновременно сделало его более устойчивым к точечным ударам по командованию .
Влияние региональных конфликтов. Начавшаяся 28 февраля 2026 года война между Ираном, с одной стороны, и Израилем и США – с другой, создала новые возможности и вызовы для курдских вооруженных формирований. По данным CNN, ЦРУ разрабатывает стратегию по вооружению курдских формирований для противодействия Ирану, однако курдские лидеры выражают осторожность, ссылаясь на исторический опыт «предательств» со стороны США.
Заключение
Эволюция идеологических основ курдского вооруженного движения от племенных ополчений к социалистической партизанской войне и далее к демократическому конфедерализму отражает как внутренние процессы развития курдского общества, так и влияние глобальных идеологических течений XX–XXI веков. Начав с традиционных форм вооруженной борьбы под руководством племенных вождей и религиозных авторитетов, курдское движение в 1960–1970-е годы восприняло марксистско-ленинскую теорию, адаптировав ее к условиям национально-освободительной борьбы.
В последующие десятилетия идеология курдского движения претерпела глубокую трансформацию, кульминацией которой стала концепция демократического конфедерализма, разработанная лидером РПК Абдуллой Оджаланом. Эта концепция, отвергающая как традиционную племенную структуру, так и классический марксизм-ленинизм, предлагает модель либертарного социализма, основанного на горизонтальном самоуправлении, гендерном равенстве и экологической устойчивости.
Однако эта идеологическая эволюция не была единой для всех частей Курдистана. В то время как курдское движение в Турции, Сирии и в значительной степени в Иране приняло идеи Оджалана, Иракский Курдистан сохранил традиционную племенную структуру, а левые партии региона оказались встроены в систему патронажа, утратив идеологическую идентичность. Эта фрагментация курдского движения, усиленная региональными конфликтами и изменением геополитической обстановки, остается ключевым вызовом для реализации курдских национальных устремлений в обозримом будущем.
1.3. Роль женских формирований (YPJ) и принцип гендерного равноправия в вооруженной борьбе
Женские вооруженные формирования в структуре курдского национального движения представляют собой уникальное явление в истории партизанской и национально-освободительной борьбы. Ни в одном другом вооруженном конфликте современности женщины не играют столь значительной роли в боевых действиях, составляя значительную часть личного состава вооруженных формирований и занимая командные должности на всех уровнях военной иерархии. Женские отряды самообороны YPJ в Сирии, Союз свободных женщин YJA STAR в составе Рабочей партии Курдистана (РПК), а также женские подразделения в структуре иранских курдских группировок стали символами радикального переосмысления роли женщины в обществе и вооруженной борьбе, основанного на идеологии демократического конфедерализма и джинеологии – «науки о женщине и жизни».
Женские отряды самообороны YPJ: история создания и численность
Отряды женской самообороны (курд. Yekîneyên Parastina Jin – YPJ) были созданы в 2012 году как женское крыло Отрядов народной самообороны (YPG) – вооруженных формирований партии Демократический союз (PYD), контролирующей большую часть Сирийского Курдистана (Рожава) . Формирование YPJ происходило в условиях начавшейся гражданской войны в Сирии и последовавшего за этим ослабления контроля центрального правительства над курдскими территориями.
С момента своего создания YPJ демонстрировали стремительный рост численности. По состоянию на конец 2014 года, YPJ насчитывала от 7 000 до 10 000 бойцов в возрасте от 18 до 40 лет . В последующие годы численность женских отрядов продолжала увеличиваться, и к 2026 году YPJ составляет примерно треть от общей численности YPG, которая оценивается в 65 000 человек . Таким образом, женщины составляют не менее 20 000–25 000 бойцов в структуре сирийских курдских вооруженных сил.