Виталий Башун – Потому что лень. Книга вторая (страница 79)
– Ой, да бросьте чепуху молоть. Кто ж позволит принца на глазах у всех, среди бела дня?
– А мятежники?
– Где? Какие мятежники?
– Вот может они и есть. Честь не позволяет принцу от дуэли отказаться. На то и расчёт!
Лучисола сосредоточенно и внимательно рассматривала, буквально просеивала в своем сознании, слуг, но пока никого, хоть мало-мальски похожего на искомый объект, среди них не обнаружила. Убедившись, что его там точно нет, обратила внимание на площадку, где друг против друга уже стояли дуэлянты, закончившие между собой разговор.
Неожиданно орчанку заинтересовал разговор, стоявших впереди нее девушек. Что-то в нем показалось ей крайне важным. Причем именно в контексте ее поисков.
– А я тебе говорю, что это о-он! Точно, о-он! – сказала рыженькая.
У орчанки на миг возникло ощущение, будто эти девушки ищут того же парня, что и она. Поэтому волей-неволей она стала прислушиваться к разговору.
– Дили, ты что, не слышала распорядителя? – ответила ей девушка слева. – Он же объявил. Этот… который, по твоим словам, подходящего роста – Франсор!
– Мало ли что объявил распорядитель. Кира, нас же предупреждали… Ой! Ну ты помнишь же.
– Все равно, не верится как-то. Посмотри на его манеры. Бер никогда не демонстрировал таких рафинированных манер. Настолько совершенных, что даже противно. Парень совершенно точно относится к потомственной аристократии. Без магического увеличения виден за ним длиннющий ряд благородных предков. Да, ты на физиономию этого парня посмотри! Типичный «цветочек на клумбе знатнейших фамилий королевства».
– Веришь, не веришь, но, если не смотреть на лицо, то фигура и походка – один в один наш Бер. Понимаешь?
– Ну-у-у… не зна-а-аю. Это вы с Ликой великие мастера боевых искусств. Я в этом ничего не понимаю. Вы абсолютно уверены, что так двигается один Бер, а не все воины? Ошибки не будет? Представляете, если мы радостно подбежим, обниматься кинемся, а парень окажется совсем не Бером?
– М-м-м… – неуверенно промычала Дили, – многие хорошие воины и вправду двигаются похоже. Эдак с хищной грацией. А Лика что у нас молчит? Куда она смотрит?
– Хи-хи. К ней сразу после завтрака подлетел парнишка… ничего так на личико и вроде не глупый… да как пошел обхаживать нашу Лику будто сто лет она ему снилась…
– Ага! В кошмарах!
– Да нет же! Такое впечатление, будто знает ее уже давно и также давно в нее влюблен. Ну а какой девушке не понравится подобное внимание и напор?
– Так что будем делать? Присмотримся еще?
– Думаю… м-м-м… да. Не хотелось бы ошибиться.
Лучисола, волей-неволей подслушавшая разговор подруг, бросила рассеянный взгляд на соперников, стоящих друг против друга на площадке и ожидающих сигнала к началу. Хм. Пожалуй, усмехнулась она, и она могла бы «узнать» в одном из дуэлянтов своего беглого слугу. Фигура очень уж знакомая. И рост подходящий. Правда, мелькали благородные столь же невеликих статей. Значит, не уникальное это явление. Но что толку приглядываться к участникам бала. Нет там ее слуги. Просто быть не может.
Девушка устало вздохнула и снова печально взглянула на площадку. Взгляд орчанки снова остановился на невысоком парне и вдруг… совершенно неожиданно теплая волна поднялась от живота к плечам, мурашками пробежалась по позвоночнику, игриво шевельнула волосы и заставила чаще биться сердце. Сознание напрочь отказывалось логически объяснить причину странного поведения организма, но сердце… сердце девичье умнее. Чувство сродни инсайту, озарению, полнейшей уверенности в окончании поисков охватило дочь Великого вождя. Словно воля Великого Духа степи направила ее взор точно туда, куда было необходимо, чтобы найти любимого, жизненно важного и для девушки, и для будущего ребенка.
С этого мгновения орчанка уже не выпускала из виду ни единого мгновения боя, изо всех сил стараясь взять под контроль сжавшееся в страхе за парня сердце. Противник такой большой, сильный и опытный, а что умеет ее слуга совершенно неизвестно.
Прозвучал сигнал наблюдателя, и верзила моментально перетек в странную стойку – тело слегка повернуто левым боком к противнику, массивная дага выдвинута немного вперед, острие смотрит в глаза противника и плавно непрерывно движется, словно выискивает, вынюхивает место на теле врага, в которое можно с наслаждением погрузиться и пить кровь большими глотками. Правая рука в это же время нависла над головой в готовности мгновенно ужалить, как только появится малейшая брешь в обороне.
– Техника скорпиона, – с завистливым уважением сказал невольный поклонник Лучисолы, оставшийся сзади со своей крупногабаритной девушкой. – Зверски сложная, но эффективна-а-ая… Там такая точность и реакция нужна – мастера годами оттачивают и говорят никто так и не постиг до конца все особенности.
– Ой, да хоть скорпиона, хоть паука! – экспрессивно отреагировала пассия знатока, явно заскучавшая еще до начала боя. – Скорее бы заканчивали. Там вон, акробаты из столицы должны выступать, а мы на этих драчунов пялимся.
– Дорога-а-ая, – простонал знаток. – Ну дай мне посмотреть на мастера такого редкого искусства. Думаешь, их за каждым поворотом по штуке?
– А ты думаешь акробаты столичные, к нам в городок спешат, аж туфли теряют на бегу? Балаганчик какой завалящий приедет – уже праздник. Весь город потом месяц пересказывает, кто что видел, слышал, где сидел или стоял. Каждую спицу ломаную на колесе повозки обмусолят по десять раз.
– Ну-ну, дорога-а-ая, сейчас они быстренько поубивают друг друга и пойдем твоих акробатов смотреть. Хотя у парнишки шансов нет. Смотри, как встал. Никакой стойки. Фламбергом своим помахивает, будто маятником. Не-е-ет, он мастеру-скорпиону не соперник.
Лучисола с замиранием сердца слушала разговор и вынужденно признавала справедливость слов знатока. Она и сама – мастер боя. Конного, степного, в основном. Там своя специфика, но и в единоборствах на земле спуску врагу не даст. Ее наложник не производил впечатления сильного бойца. Как бы ей хотелось прорваться вперед, выскочить на арену и защитить глупого беглого слугу, но девушка прекрасно понимала – защитные экраны сходу не преодолеть, а маг-наблюдатель, наверняка, силен и не допустит вмешательства. Останется потом вызвать этого громилу, с-с-скорпиона, на поединок и изрубить в кучку окровавленного фарша, которую потом скормить койотам, но…
Слабое утешение месть. Любимого не вернет. А как быть с ребенком? Может быть, ее парень догадается применить магию? Хотя был бы он обученным магом – пошел бы в слуги?
Действие на арене развивалось… странно. После сигнала наблюдателя верзила молниеносно атаковал и… ничего не добился. Тело парня словно растворилось на глазах изумленных зрителей, чтобы проявится чуть в стороне – только чтобы смертельные удары ушли в пустоту. В ответ парнишка не атаковал, а все также лениво помахивал фламбергом, не вставал ни в какие стойки, не пытался парировать атаки и не атаковал сам.
Верзила демонстрировал виртуозное мастерство, как во владении своим телом, так и оружием. Несмотря на свои габариты, двигался он легко и гибко, стремительно, словно атакующий мангуст. Однако, все его финты и связки, обманные движения и ловушки, весь напор, натиск и скорость, ни к чему не приводили. Его маленький по сравнению с ним противник, словно танцуя странный, но красивый, танец неизменно уходил, ускользал, рассеивался туманом и вдруг оказывался где-то в стороне, а то и за спиной своего грозного противника. Несколько раз он мог закончить бой, смертельным ударом поставив в нем точку, но почему-то игнорировал все представившиеся возможности и продолжал все-также на вид лениво и скучно уклоняться. При этом по-прежнему фигура паренька не выдавала никакого напряжения, будто играл он в салочки с неуклюжими деревенскими парнями.
– Да он вампи-и-ир! – воскликнул квадратный знаток. – Только у них, дорогая, такая скорость!
– А почему тогда не эльф? – с сарказмом пробасила дорогая.
– И откуда ж тогда торчат эльфийские уши? – с ответной иронией парировал знаток.
– Оттуда же откуда вампирские клыки! Или, думаешь, ему их косметически подпилили, а личность тональным кремом замазали, чтобы бледность скрыть?
– М-да, – только и смог ответить знаток.
О чем говорили дуэлянты перед боем, не слышал никто, но вот рев верзилы услышали самые тугоухие зрители задних рядов:
– Да дерись же ты наконец!
– А что, уже пора? – звонко прозвучал наивный вопрос его противника.
Услышав голос, Лучисола отбросила все свои сомнения и торжествующе улыбнулась. Все! Он попался!
От троицы девиц, стоявших впереди раздался вскрик:
– Он! Бер! Его голос!
– Да-а-а, демоны тебя закусай! – взревел верзила. – Хватит от меня бегать!
Только-только он договорил, как лезвие фламберга подобно жалу шершня на мгновение вылетело из спины, по пути пробив насквозь грудную клетку и сердце, и снова исчезло.
Парнишка резким, замысловатым движением стряхнул с клинка кровь и повернул меч так, чтобы привычно вложить его в ножны. Спохватился и спокойно пошел на выход, держа его в руке. На бывшего своего противника, медленно во весь рост падающего спину, он даже не оглянулся полностью уверенный в результате. Уходя в открывшийся с противоположной (вот ведь навоз дикого осла! Мог ведь и в ближний!) от Лучисолы проход, успел проворчать, негромко, но внятно: