Виталий Башун – Потому что лень. Книга вторая (страница 81)
Ноги моментально проголосовали за пополнение ресурсов и сил, после чего, не дожидаясь команды сознания, уверенно зашагали в сторону кормуш… э-э-э… дворца.
Мозг, правда, и не подумал сетовать на самоуправство подчиненных частей тела. Он занялся детальной проработкой картинок различных блюд, которые возможно скоро станут доступными для анализа посредством вкусовых и обонятельных рецепторов.
При входе в зал один из помощников распорядителя усталым от бесконечного повторения голосом предупреждал входящих – начиная с этого обеда больше не будет распределения мест за столами. Каждый садится где хочет и с кем хочет. Самые шустрые уже вовсю пользовались свободой, размещаясь компаниями иной раз по восемь, а то и по девять-десять человек за одним столом. Как говорится, в тесноте, да не в обиде. Для этого посадочные места вместе с приборами изымались от соседних столов. Одна группа вообще состыковала три стола, в результате чего им пришлось сидеть чуть ли не на головах друг у друга, поскольку три пространства в торцах стали недоступными.
Я нашел где-то посередине зала столик, от которого уже убрали к соседям два прибора и быстренько занял место спиной к большинству обедающих в надежде на то, что к соседнему, пока не занятому столу подвалит еще одна компания и облегчит мой столик еще на два посадочных места. Правда, потенциальные освободители от излишнего присутствия не торопились. Впрочем, как и потенциальные соседи за столом. Тем лучше. Обслуживают здесь быстро, ем я тоже, отнюдь не размазывая меланхолично кашу по тарелке, значит, есть надежда пообедать в одиночестве и быстренько покинуть зал, снова затерявшись в парке.
Ну вот и заканчивается моя трапеза. Еще пар кусочков рыбы в кляре с соусом «Пикант» и можно отваливать. Игнорируя совершенно круглые глаза лакея, знаком показал ему на выбранное блюдо.
– Два кусочка и соуса побольше. Еще, будьте любезны, долейте клюквенного морса по-норстоунски и… и… пожалуй, на этом все. Переедать вредно.
Лакей деликатно, всего лишь на мгновение, закатил глаза под потолок. Больше он ничем не показал своего удивления. Еще бы. Каким-то волшебным образом в это тело довольно скромных габаритов влезло сто-о-олько… пусть и изумительно приготовленных, но довольно-таки объемных и высококалорийных продуктов?! Причем, живот не выпирает туго набитым рюкзаком, а мальчишка оказывается еще и сдерживает свой аппетит – переедать, видите ли, вредно.
Неожиданно чьи-то нежные ладошки ласково погладили мои плечи. Непроизвольно я напрягся, поскольку не ожидал от любых контактов ничего хорошего. Подняв взгляд от тарелки, увидел, как напротив меня в кресло усаживается улыбающаяся Дили.
– Бе-эр, – тихий шепот Киры вкрадчиво проник в мое правое ухо, – рассла-а-абься! Что такой закаменевший? Ты не рад нас видеть? Тихо-тихо! Мы не собираемся тебя разоблачать и орать на весь зал, кто ты такой. Главное, что мы хотели тебе сказать – галсорская корона не имеет к тебе претензий. Все выяснилось. Девушка, которая показала на тебя была просто в состоянии аффекта и плохо понимала в тот момент, что происходит. А тут еще тяжелое ранение ее телохранительницы, к которой она была сильно привязана. Ты должен сделать скидку. Мы, девушки, существа хрупкие, ранимые…
Кира отпустила мои плечи, весело вспорхнула из-за моей спины, и… дождалась, когда я встану и проявлю воспитанность, подвинув ей кресло слева от меня. Дили, проигнорировав всяческие церемонии, присела в кресло напротив меня.
– Успокоился? Ну вот и молодец, – преувеличено заботливо сказала Дили (а в глазах-то смешинки так и сверкают). – Ты запей-запей! У-умница. В общем, возвращайся, Бер. Чего бровки поднял? В себя приходи! И в академию возвращайся. Тебя там ждут. Ректор пообещал восстановить на первом курсе и зачесть сданные экзамены и зачеты. Преподаватели магомеханики и алхимии тебя очень хвалят и сожалеют, что тебе пришлось прервать обучение.
М-да. Меня чуть не убили ни за что, ни про что. Обвинили невесть в чем. Еще бы мне не «прервать обучение»!
Хотя, не скрою, дышать после слов Дили стало значительно легче. Один из самых сильных преследователей, король моей страны, отвалился. Остался еще один – король чужой страны. На фоне таких… м-м-м… недругов, остальные недоброжелатели выглядят довольно бледно. В том числе, барончик, от которого я бежал первоначально. Тот, что хотел меня после ссоры с Ликой к себе в повара зацапать.
Девчонки сидели рядом. Руку протяни и можешь дотронуться. Я прямо-таки чувствовал от них живое тепло. Они сидели, молчали, смотрели на меня и улыбались. Непроизвольно мои губы тоже растянулись в дурацкой улыбке – все-таки я очень и очень по ним соскучился.
Посмотрел налево. Нежный и спокойный профиль Киры. Грациозная шейка – про такую еще говорят «лебяжья» – чуть выглядывающие в вырез платья плечики… на грудь даже смотреть боюсь. Смерть от асфиксии в результате блокирования трахеи обильными массами слюны – не то, что хотелось бы пережить… точнее не пережить. То есть, переживать, прочувствовать… короче, голова совсем не работает.
Отвернулся, слегка покраснев, вздохнул… очнулся и… оказывается пристально смотрю в лицо Дили. А что это она бровки хмурит и губки поджимает?! Что за тучка пытается пригасить милый огонек?
Все ясно. Кому понравится пристальное и отрешенное разглядывание. Будто не девушка напротив меня, а нечто бездушное, но любопытное.
Улыбаюсь, добавив во взгляд толику восхищения, благо есть чем восхищаться. Нет, ну какая же она прелесть!
Понимаю, что совсем поглупел раз мозги такой пафос, замешанный на сахарном сиропе, выдают, но поделать ничего с собой не могу. Да и не хочу. Мне просто хорошо и спокойно. Даже забыл о том, что кроме своего государя, есть еще немало охотников помельче, способных доставить мне кучу неприятностей.
Правда сочинить оду, наподобие: «
Вирши сии отнюдь не моего разума продукт. Это, и еще много чего подобного, нацарапал один пиит со второго курса стихийников. Каллиграфическим почерком переписал на дорогущий пергамент (мелованной бумаги ему показалось мало), свернул в трубочку, перевязал ленточкой и гордо вручил девушке сей шедевр.
Правда, со стороны церемония вручения смотрелась немного комично. Парнишка тот был примерно моих габаритов и считал непременным атрибутом всякого уважающего себя поэта предельно разлохмаченную прическу, отчего был немного похож на взъерошенного котенка, гордо притащившего к ногам хозяйки свою первую добычу – мелкого мышонка.
Та-а-ак! Стоп! Дабы не уподобиться тому котенку, убежденному, что уж теперь-то, после столь убедительных доказательств его красоты и силы, не полюбить его усатость-полосатость просто невозможно, следует глубоко подышать – вдо-о-ох (пауза), вы-ы-ыдох (пауза), вдо-о-ох (пауза), вы-ы-ыдох – успокоиться и трезво взглянуть на вещи.
С чего я решил, будто моя скромная персона вся из себя такая, как есть, интересует наше галсорское величество? Вероятнее всего о моей невиновности было открыто объявлено в академии. Дознание ведь проводилось. Адептов и преподавателей расспрашивали. Значит, должны были по окончании дознания обелить мое имя. За месяцы обучения я успел убедиться в том, что маги по канавам, если не пьяные, не валяются, и для любого государства каждый маг – немалая ударная сила, которую попусту терять не рационально.
Стало быть, девушки прибыли на бал с определенной целью – выбрать себе женихов. Тогда получается встреча со мной – случайность. Ну да, они рады видеть однокурсника, но не более того. Походя объяснили ситуацию и предложили вернуться. Думаю, каждый из знакомых адептов сделал бы то же самое.
– А где, Лика? Мне казалось, что вы вместе.
– Лика где-то прогуливается со своим кавалером, – усмехнулась Дили.
– Ага. Любовь у нее! С первого взгляда! Как утверждает наша Дили, – ехидно пояснила Кира.
– Конечно, любовь. И конечно с первого взгляда. Ты не веришь в любовь с первого взгляда? – тут же отреагировала рыженькая, тряхнув нарочно выпущенными из замысловатой прически прядками волос (словно язычки огня ласково лизнули щечки). – Вот я, к примеру, только глянула на Бера и все! Любовь!
– Н-да?! – ехидно недоверчиво уточнила Кира. – Ну и где же у вас с ним знаки Богини Любви? Ой! Точно! Вот же она!
Кира сделала большие глаза и с изумлением уставилась на левое запястье Дили. Та моментально повелась на подначку, непроизвольно подняла руку и уставилась на чистое без всяких знаков запястье. Никаких следов листиков-сердечек, знаков благословения богини Любви, на нем не наблюдалось. Хотя… мне-то откуда знать? Может, девушка, пока я скитался по заграницам, уже замуж вышла и развестись успела. Теоретически возможно, но практически нереально. Не приветствует богиня такого легкомыслия – может и лишить любви навсегда. Впрочем, некоторым она и не нужна, даже порой мешает.
– Вот что ты плетешь, Кира? – с возмущение сказала Дили. – А вдруг я серьезно?
– Даже если серьезно, – ехидно захихикала Кира, – то о какой любви с первого взгляда может идти речь. Ты Бера не первый день знаешь. Что-то я не наблюдала с твоей стороны никаких чувств к нему.