Виталий Башун – Будь здоров (страница 65)

Я вспомнил структуру доспеха и купола, в частности, каким образом достигается отталкивание материальных предметов. Потом создал под одной из кучек пыли соответствующий узор. Некоторое время у меня плохо получалось: пыль то фонтанировала под потолок, то слабо колебалась, не желая подниматься в воздух, – но вскоре я уже достиг того, чтобы пыль поднималась в воздух, как на подносе. Потом мне пришло в голову, что пыль можно не отталкивать от узора, а наоборот, притягивать им, поменяв его структуру на прямо противоположную.

Это баловство заняло у меня минут двадцать. Я постоянно прислушивался, но шума преследования пока не улавливал. Закончив изучение новых возможностей своей магии, я снова напитал энергией магическую структуру стены и стал потоком наполнять её материалом из пыли и мелких камней, валявшихся поблизости. Примерно через полчаса работа была закончена, и, на мой магический взгляд, стена стала неотличима от себя прежней. Вот теперь пусть себе ищут нас, сколько хотят.

Вернувшись к покинутой компании, застал девушек в слезах, а Протиса в растерянности.

– Что случилось? Кого убили? – пошутил я, довольный своей работой и маленьким личным открытием в магии.

– Ник-кого, – испуганно заикаясь, ответил Протис. – А к-кого должны были?

– Ник-кого, – передразнил его я. – Сидите как на похоронах. Потому и спросил.

– Мы думали, что вы ушли и бросили нас здесь.

– Чем вы думали? Как я мог вас бросить, если обещал графу спасти его дочь? Да и сумку я бы тогда вам не оставил.

Все радостно заулыбались, будто я пообещал отвести их на королевский бал и накормить мороженым.

– Порядок следования к спасению будет такой. Я иду впереди. За мной… как вас зовут, девушка? – спросил я служанку.

– Лесиоза, господин травник. Можно просто Леси.

– Хорошо, Леси. Предлагаю на время нашего путешествия общаться без титулов и званий. Есть возражения? В первую очередь это касается вас, леди Олисия. Вы согласны?

– Хорошо, Лони, я согласна. Называйте меня просто «леди Олисия».

– Как вы сказали?

– Леди Олисия, – удивилась графиня.

– Нет, до этого?

– А-а-а, – поняла она. – Лони – это же Алониус. Ты же сам сказал – по-простому.

– Ладно, понял, – вздохнул я. – Идём следующим порядком. Впереди я. За мной Леси со светлячком, потом… леди Олисия, и замыкает Протис. Возражения есть? Возражений нет и быть не может. А теперь встали и пошли за мной. Попрошу не отставать.

Так мы шли около четырёх часов, пока девушек подгонял страх. Но всё проходит, прошло и это. Они стали хныкать и жаловаться, что сил совсем нет, ноги болят и больше они не сделают ни шагу. Я объявил привал и предложил подкрепиться. Вот так вот. Рассчитывал я на себя одного и на свою скорость передвижения. Запаса продуктов ещё на три молодых растущих организма я не делал. Однако не морить же их голодом. Продукты надо экономить, а после первого прохождения гор хомяк во мне вырос до размеров медведя, поэтому обед был довольно скромным. По окончании трапезы я спросил у всех сразу:

– Вот чего я не понимаю совершенно, так это кто напал на замок и зачем им это было нужно? Кто-нибудь знает ответ?

– Господин начальник гарнизона говорил, что это люди барона Стормиса, вассала герцога Зеелиуса, – ответил Протис. – А вот те… в коридоре… пятеро, – он содрогнулся, – они из гильдии наёмников. Про них ходят страшные слухи. Будто бы они очень хорошо обучены, берут дорого, но заказы всегда выполняют. А ещё говорят, они тренируются на пленниках, как убивать быстро или как убивать, чтобы человек долго страдал. Даже соревнуются вроде, у кого пленник проживёт дольше часа от смертельной раны и у кого он кричать громче будет. Но это слухи, так-то я ничего не знаю.

По мере рассказа Протиса графиня всё больше бледнела, видимо, вспомнив отрубленную голову горничной.

– А по поводу цели нападения? Есть соображения?

Парень скорее всего что-то понял, потому что отвернулся и отрицательно помотал головой.

– Хорошо. Леди Олисия, а может, вам что-нибудь известно? Что вам говорил отец перед отъездом?

– Папенька не велел никому рассказывать.

– Я не требую выдавать семейные тайны и политические пристрастия графа, но то, что касается вас, важно для выживания всех. Мы можем угодить в плохую историю просто по незнанию.

– Ну-у, – вздохнув, начала графиня, – папенька говорил, что дома мне угрожает опасность, а горный замок никому не нужен. Он вроде как расположен далеко от перевалов и торговых путей. Он говорил ещё, что замок хорошо защищен и, чтобы штурмовать его, надо иметь большие силы, которые сейчас никто не сможет собрать. Поэтому мне надо ехать сюда. И воздух здесь для меня полезен.

– А про меня граф что говорил? – пользуясь случаем, решил я удовлетворить своё любопытство.

– Что ты вроде никакой не повар, а элморский барон. Что учишься в Королевской академии на лекаря и что папенька не будет возражать, если ты попросишь моей руки и сердца… – кокетливо сказала малолетняя графиня. – Я у папеньки единственный ребёнок, мой старший брат погиб на охоте два года назад, значит, я унаследую титул и земли. Я слышала, как он сказал капитану, что этот мальчишка не устоит перед такой перспективой. А ты всё нос воротишь, – вдруг обиделась Олисия.

Вот, значит, как. Без меня меня женили. Надо признать, граф не дурак – заиметь семейного лекаря и в придачу породниться с элморским бароном.

– Увы, вынужден разочаровать вас, девушка, – сказал я и заметил, как Протис, и так слушавший, раскрыв рот, даже дышать перестал, чтобы не пропустить ни звука. – Я уже год как женат. Недавно у меня родилась дочь, и я обожаю своих девочек. Вот так.

– Как же так? – растерялась Олисия. – А брачный браслет? У тебя же нет на руке брачного браслета!

– А кто сказал, что его надо обязательно носить в походах? На официальные приёмы мы их надеваем, на работе или учёбе – снимаем. Вот и я перед походом снял его.

– А как же ваша жена?! Неужели она не возражает? Это же символ любви и верности! – горячо воскликнула юная леди.

– Брачный браслет – не ошейник раба, чтобы отпугивать кокеток и волокит. Настоящая любовь и верность не нуждаются в символах.

– Мой муж, если любит меня, обязательно будет носить браслет! Всегда! – надула губы Олисия.

– Ваш муж может делать всё, что вам угодно. Меня и моей семьи это не касается, – отрезал я, закрывая дискуссию.

Мы молча посидели ещё десять минут, потом я скомандовал: «Подъём!» и повёл свой маленький отряд дальше.

Глава 9

Через час пути по относительно ровной поверхности туннеля я стал слышать позади подозрительные звуки – пыхтение, сопение и иногда даже стоны. Словно ёжик вместо яблока ухватил дыню и теперь помирает, но тащит. И тяжесть непосильная, и бросить жалко. Круг света колебался, увеличиваясь и уменьшаясь в непредсказуемом ритме, как от фонаря в руках пьяного матроса, пытающегося этим фонарём наглядно показать, как высоки мачты его корабля и сколь глубок океан.

Мне это вскоре надоело, я остановился и повернулся к нашей компании любителей пещер. Леси – она несла светлячок, – видно, совсем выбилась из сил и едва шла, шатаясь под тяжестью… двух сумок. Они, конечно, безобъёмные – их размер не меняется, а вес следует делить на пять, – но пятнадцать килограммов в одной и тридцать в другой давали вместе девять, которые служанка безропотно тащила. В дальнем походе это и для мужчины достаточно увесисто, а для хрупкой девушки подавно.

Увидев, что я остановился, все с удовольствием последовали моему примеру, переводя дух и не интересуясь причинами.

– Леси, будь так добра, передай, пожалуйста, вон ту сумку, которая побольше, своей госпоже.

Служанка, недоумевая, тем не менее выполнила моё распоряжение.

– Теперь эту столь ей необходимую вещь понесет сама леди Олисия, – жёстко сказал я. – Если вам, госпожа, так нужно это барахло, я не буду возражать. Но только в том случае, если нести его вы будете сами, не перекладывая на других.

Обе девушки с удивлением смотрели на меня.

– Но, господин травник…

– Алониус. Просто Алониус. Мы же договорились.

– Но… Алониус, мне совсем не тяжело, и… это же моя обязанность, – робко попробовала возразить служанка.

– Здесь, в пещерах, у тебя будут те обязанности, которые я поручу. У всех остальных точно так же. Вот выпутаемся из этой истории, служи своей госпоже дальше, как служила. А пока, чтобы выбраться отсюда, господ и слуг не будет. Либо мы команда, либо нас сожрут поодиночке обитатели пещер.

Это я зря ввернул. Девушки испуганно заозирались, и даже Протис судорожно схватился за шпагу.

– Когда нужно будет бояться, я обязательно скажу, а пока можете успокоиться – никого в округе нет.

Я и в самом деле постоянно отслеживал обстановку. Ко мне снова вернулась привычка просматривать путь магическим зрением. Периодически я приостанавливался, концентрировался и внимательно прощупывал окружающее пространство нитью-лучом. Похоже, многократные попытки сложить шар Финь Ю на пределе сил постепенно развивали мои способности. Что же будет, когда я догадаюсь или, может быть, увижу, как его сложить? Мне уже не обязательно было ложиться поудобнее и долго настраиваться на слияние с магией – это получалось с каждым днём всё увереннее и надёжнее. Двигаться, разговаривать, видеть и обходить препятствия и одновременно следовать за лучом, чётко отслеживая обстановку, у меня ещё не получалось. Как слушать два разговора сразу. На сегодняшний день только один из них я «слышал» и понимал, другой же оставался на уровне: «Это разговор, слышу отдельные слова». Приходилось выбирать – отправлять сознание большей частью за лучом или оставлять в теле. Сейчас никаких живых существ, даже крыс, которые обычно есть везде, в окрестностях не наблюдалось.