Виталий Алякин – Русская история ужасов (страница 3)
– Я ушла, потому что у меня были проблемы, – попыталась объясниться Лена.
– Хватит объяснений! Тебя не было пять лет! Иди и дальше гуляй! Не смей ко мне больше подходить!
Ева быстрым шагом ушла в дом. Поставила последнюю коробку на стол и вытерла слёзы.
– Что случилось? – обеспокоенно спросила Мила.
Бабушка подошла к Еве.
– Мама объявилась!
– Это же хорошо! Витя и Лена сойдутся, и у вас снова будет семья!
– Бабушка, она бросила нас, а теперь вернулась, будто ничего не случилось… – возмутилась Ева, но быстро переключилась. – Мила, наверное, Юля уже заждалась нас.
Ева и Мила вышли на улицу и направились к дому Юли через деревню. Ева смотрела вокруг и заметила, что изменилось только то, что появилась какая-никакая асфальтированная дорога. В остальном перемены коснулись лишь пары домов, чьи хозяева зарабатывали лучше остальных и могли позволить себе отстроить новый дом, а старый оставить как сарай или гостевой.
– Прости, что не писала, я просто не могла найти вас «ВКонтакте», – призналась Ева. – Что изменилось, пока меня не было?
– Ну, Юля встречается с Петей, – Мила глянула на реакцию Евы.
– С Петей? В детстве они друг с другом постоянно дрались! – вспомнила Ева.
– Да, но когда выросли – сблизились.
– А у тебя есть парень? – спросила Ева.
– Миша.
– Ха! Всё-таки мы не зря вас дразнили «жених и невеста», – вспомнила Ева детскую площадку и хор орущих детей, и то, как Мила с Мишей покраснели. – А родители у него всё такие же строгие и постоянно его контролируют?
– Да. Его мама не изменилась. Постоянно говорит, что делать, а он её слушает, – Мила стыдливо посмотрела под ноги. Ей хотелось, чтобы у Миши наконец появился характер и он отстоял себя перед мамашей, но Мила мирилась с этим и лишь намекала ему.
– Понятно.
– А ты на кого учиться будешь? – сменила тему Мила.
– Хочу быть актрисой. А ты?
– Визажистом. Наши мечты с детства не изменились, – улыбнулась Мила.
Ева ответила ей улыбкой.
Проходя мимо трёх девушек на лавочке, Мила и Ева поздоровались с ними и пошли дальше. А Аня (обычная, завистливая, поливающая грязью других за спиной, русая, с голубыми глазами, 17 лет), Галя (блондинка с каре, завистливая, зависимая от чужого мнения, 17 лет) и Катя (с крашеными каштановыми волосами и веснушками, ведомая, наивная, 17 лет) посмотрели с презрением на прошедших мимо Еву и Милу.
– Приехала из города шалава, лучше б там и осталась, – наконец открыла рот Аня, когда те уже не могли её слышать.
– Ань, что ты такое говоришь? – удивилась Катя.
– Кать, да в «Инсте» у этой Евы куча фото с разными мужиками, где она с ними чуть ли не сексом занимается. Да и айфон свой она у одного из них насосала. Такая же, как и мать её, проститутка, – врала Галя.
Катя ахнула:
– Боже мой, а я и не знала, какая ж кровь у этой семьи блядская…
Из дома за их спинами вышел отец Ани – Антон, мужчина в камуфляжном костюме, 38 лет, и остановился возле девочек.
– Пап, а ты куда? – спросила Аня.
– На охоту, доча.
– Аккуратнее, а то ты в последнее время весь покромсанный приходишь, – сказала Аня. Она правда беспокоилась: царапин на отце было всё больше, и она не понимала – то ли это от веток, то ли от когтей.
– Да это зверям аккуратнее надо быть, а не мне, – улыбнулся Антон.
Лес в Чернянке был красив. Куча ягод – от земляники до жимолости. Цветы – фиолетовые, красные, жёлтые. И красивый пруд, на который падал солнечный свет. Именно пруд уже давно был главной целью Антона. Не охота.
–
Антон, радостный и возбуждённый, шёл на зов песни. И чем ближе он подходил к пруду, тем громче и страшнее становились слова:
–
Пару дней назад он услышал этот голос и теперь каждый день возвращался, не в силах противостоять желанию.
Антон подошёл к берегу пруда. И перед его глазами наконец возник источник пения – красивая обнажённая девушка, сидящая по пояс в глубокой воде и опирающаяся на пень. А страшные слова песни будоражили кровь.
Антон с ещё более радостным видом сел на пенёк и потянулся к её лицу.
–
Антон поцеловал её, и она ответила на поцелуй, держа его за голову мокрыми руками. Песня прервалась, оставив зловещую тишину.
Антону было всё равно, что под водой виднелся зелёный, как болото, чешуйчатый хвост.
Девушка начала трансформироваться в зловещее существо – в свою истинную форму. Её кожа позеленела, вены потемнели, на руках появились перепонки.
Антон разъединил поцелуй и, открыв глаза, увидел зловещее лицо, которое тоже открыло зелено-красные глаза и клыкастый рот.
Он испугался и попытался отпрянуть, но русалка держала его крепко за голову. Она впилась клыками в его лицо. Антон закричал от дикой боли. Русалка откусила ему нос, задев кожу вокруг. Он продолжал кричать и пытался вырваться. Русалка затащила его под воду.
Вода в пруду забурлила и окрасилась кровью. Затем воцарилась тишина.
Глава 2
Ева и Мила шли и смеялись. К ним навстречу шла Юля – красивая девушка с кудрявыми светлыми волосами, лёгкая, общительная, душа компании, 17 лет, в белом платье, на котором были нарисованы красные цветочки.
– Привет, – Юля обняла Еву. Ева была рада подругам.
– Девки, вы слышали новости? – спросила Юля.
– Нет. Какие? – уточнила Мила.
– Настю Червонцеву разорвало какое-то животное в гаражах. От неё живого места не осталось, – рассказала Юля.
Ева и Мила смотрели в шоке на подругу.
– Господи, – вымолвила Ева. И первая мысль мелькнула: не вовремя они с отцом сюда приехали.
– Да, это жестяк. Многие собираются завтра охотиться на этого зверя, – продолжила рассказ Юля.
– Вы с ней дружили? – спросила Ева.
– Нет, – тут же ответила Мила.
– Она была злой сукой, – добавила Юля. – Даже хуже Киры.
– Кто такая Кира? – спросила Ева.
– Потом расскажем, – ответила Юля, которая хотела бы узнать хорошие вести о жизни Евы.
Звуки ругани послышались за их спинами. Девушки обернулись на источник. Даша Свешникова – красивая неформалка с короткой стрижкой, в чёрной одежде: юбка, рубашка и пиджак, с пирсингом и тоннелями в ушах, 18 лет, – стремительно уходила от Фёдора Минашкина, гопника в спортивной одежде, 20 лет.
– СУКА, куда ты уходишь? С тобой базарю! – быковал Фёдор.
– Отстань от меня! – рявкнула Даша.
Трио подруг смотрело на них. Ева не могла понять, кто эти люди.