Вита Вайн – Амаль, в отпуск! (страница 42)

Амаль посмотрел на нее и вдруг спросил:

— Вы всех так спасаете?

— Всех, кто попадает в мой радиус действия.

— И вам не надоедает?

— Нет. — Ждана удивленно посмотрела на него. Как спасение может надоедать? — Люди после отпуска становятся лучше!

— Звучит по-сектантски.

— Тогда вам тем более не повезло стать моей целью. В конце концов, я заманю вас в свою секту всеми правдами и неправдами.

Он чуть склонил голову, изучая ее лицо. Ему определенно нравилось, как она выглядела сейчас: взъерошенная после своей маленькой диверсии, с горящими глазами, упрямо вздернутым подбородком и тем живым раздражением на лице, которое почему-то шло ей куда больше, чем обычная тщательно собранная вежливость.

— И что, по-вашему, мне нужно? Озеро? Сосны? Грязи?

— Грязи — нет, — строго сказала Ждана. — Грязи я добавила просто для широты выбора. А вот тишина вам бы не помешала. Воздух. Сон. Отсутствие команды под рукой. Может быть, рыбалка. Или домик у воды. Или санаторий какой-нибудь, кстати, очень хороший вариант. Там спокойно, вкусно, лечебно и вас никто не дергает.

— Звучит как угроза.

— А должно для вас звучать как моя забота.

— Не вижу разницы, — Амаль склонил голову и провел указательным пальцем по нижней губе, словно задумался над чем-то.

Ждана фыркнула и, сама не зная зачем, спросила:

— А вы вообще умеете отдыхать?

— Умею.

— Тогда почему не отдыхаете? — Удивилась Ждана, оказывается он не так черств, каким хочет казаться! Вот это новость.

— Потому что не хочу.

— Никто в здравом уме не может не хотеть отдыхать.

— Это спорное утверждение, — хмыкнул Амаль.

— Нет, — отрезала Ждана и продолжила наступление. Когда еще выдастся такой случай?. — Неспорное. Просто у вас, судя по всему, все очень запущено.

Амаль откинулся на спинку кресла. Руки у него были расслаблены, голос — тоже, а вот взгляд оставался сосредоточенным. Он будто слушал ее не только ушами, а всем своим молчаливым, раздражающе внимательным существом.

— И что вы будете делать дальше? — спросил он.

— Эскалировать.

— Даже так?

— Да. Сегодня я шептала вашей технике про санаторий. — На этих словах Амаль вздернул бровь и посмотрел на ноутбук. — Завтра у вас в почте появится подборка лучших маршрутов выходного дня. Послезавтра — консультация по профилактике выгорания. Потом я подключу Свету. Она случайно начнет приносить вам кедровые орешки и спрашивать, давно ли вы были на природе. Катя найдет статью о скрытых признаках хронического переутомления и совершенно ненамеренно перешлет вам. А если вы продолжите сопротивляться, я начну действовать через руководство.

— Уже действуете.

— Это пока были цветочки.

— А ягодки?

— Я сама забронирую вам тур.

— Вы слишком уверены в себе.

— А вы слишком уверены, что непобедимы.

Он долго молчал, потом сказал:

— Ждана, вы ведь понимаете, что все это не про отпуск?

Она нахмурилась.

— А про что?

— Про контроль.

— Неправда. Это не столько про отпуск, сколько про заботу, — Ждана чуть помолчала, а потом добавила: — О вас.

— Вы сейчас серьезно?

— Абсолютно. Я не могу смотреть, как человек живет в офисе. Это противоестественно.

— А я не могу смотреть, как вы пытаетесь организовать мою жизнь.

— А что я сделаю, если она у вас плохо организована, если в ней нет отпуска?

— В моей жизни есть порядок.

— Порядок, при котором вы едва ли ночуете в кабинете? Поздравляю, это великолепная концепция.

Он вдруг тихо выдохнул и провел ладонью по лицу, словно устал не от разговора, а от самого факта, что этот разговор вообще случился.

— Вы не отстанете, да?

— Не отстану.

— Даже если я скажу, что расслабляюсь по-своему?

Ждана уцепилась за эту фразу сразу, как хороший юрист уцепился бы за неосторожную оговорку свидетеля.

— По-своему? — переспросила она. — Это как?

— Неважно.

— Очень даже важно.

— Для кого?

— Для меня. Я должна понимать, что вам вообще подходит. Иначе как я подберу нужный тур?

На слове «нужный» он посмотрел на нее так, что Ждана на секунду перестала дышать.

Это длилось совсем недолго. Миг. Полтора. Но в этом взгляде не было уже ничего от обычного рабочего раздражения. Он стал ниже, темнее, тише. И куда опаснее, чем любой его отказ брать отпуск.

Ждана почувствовала это слишком поздно.

Потому что в следующую секунду Амаль встал.

Спокойно и медленно обошел стол и остановился рядом с ее креслом. Слишком близко. Так близко, что у Жданы сразу пересохло во рту, хотя она еще секунду назад собиралась задавить его аргументами, графиками и законными правами трудящихся.

— Амаль Каримович, — сказала она чуть тише, чем собиралась.

— М-м?

— Вы что делаете?

— Показываю, — ответил он.

— Что именно?

— Как я расслабляюсь по-своему.