Вирджиния Вулф – Письма: 1888–1912 (страница 11)
Дорогая Жаба, я не в силах изложить все те бесконечные вопросы, которые приходят на ум, когда я сажусь писать тебе, особенно учитывая, в какой ты сейчас компании. Остается лишь надеяться, что ты внимательнейшим образом фиксируешь и хранишь в памяти каждое слово, взгляд и жест. Сегодня ровно неделя, как ты уехала, но когда же ты вернешься? Возможно, прямо сейчас ты сидишь в доме моей старой доброй подруги – тетушки Хестер. Ах, Жаба, ты и впрямь привилегированное животное – иметь такую родню! Несса уже рассказала про Доротею? Как-то утром мы получили от нее две открытки. В одной она пишет:
У самих нас новостей почти нет. Свадьба125 была довольно унылой: Эмми истерила, повсюду сновали Фрешфилды126, Ричи и прочие. Флоренс127 пришла с детьми. Тетя Мэри чуть с ума не сошла от радости. Наш нож для писем произвел успех, хотя им подарили еще четыре штуки! Сегодня днем у нас была латынь, а вчера – греческий. Передай Марни, что занятия восхитительны. Мы читали отрывок из «Апологии»128, а мисс Патер совершенно очаровательна, так что Марни просто обязана вернуться. Мы практически арендовали дом в Хантингдоне [Кембриджшир]. Пастор согласился на 9 гиней, осталось уладить детали.
(как гласит поэт129)
Мне надо как-то дождаться нашей встречи. Я постоянно думаю о тебе. Почему вы всегда едите в саду? Для нас это странно, и мы уже чуть ли не камин топим – настолько здесь холодно. Какие у Мадж порядки в доме? Она что-нибудь говорила о комнате на лестнице – той, что спальня кухарки? Боюсь, мой почерк становится неразборчивым: пальцы липнут друг к другу, я пользовалась клеем и теперь едва могу писать. Передай пламенный привет тетушке Хестер и дорогой Марни.
26: Эмме Воган
12 августа 1899 Приходской дом, Уорбойс, Хантингдоншир
(этого адреса достаточно)
сегодня утром мы получили письмо от Сьюзен Лашингтон. Она приедет в Хантингдон в понедельник около 12:30. Полагаю, кому-то из нас придется встретить ее на станции, а значит, мы вернемся домой к 13:30. Не знаю, когда приедешь ты (если вообще приедешь), но мы ждем тебя к обеду. Короче говоря, если нас вдруг не окажется дома, а вероятность этого особенно велика, если приедешь раньше 13:30, то не стесняйся и чувствуй себя как дома. Поплавай на плоскодонке, покорми морских чаек, загляни в конюшни, посмотри фотографии и займи любую из наших спален вместе со всем, что к ним прилагается. Боюсь, Сьюзен Лашингтон может немного нарушить наш распорядок, но, скорее всего, она будет распаковывать вещи, отдыхать и писать письма. К тому же она прелестное создание и мастерски играет на клавесине. Некоторые другие люди, то есть жабы, скользкие и противные ползучие существа, считают, что они тоже умеют играть – ну-ну!
Видишь, моя дорогая Жаба, этот ужасный климат еще не сломил мой дух. Подозреваю, что у вас с Марни есть свои тайные помыслы, раз вы так опорочили это место в наших глазах, или, быть может, вы просто слишком бездушны и лишены воображения, чтобы оценить его красоту. Поверь мне, Жабушка, я никогда не видела дома, сада или пейзажа, который нравился бы мне хоть вполовину так, как этот. Сент-Айвс не в счет. Вчера мы поехали на велосипедах в Хантингдон и навестили родственников [леди Стивен]. На обратном пути мы позабыли обо всех тяготах (а их было немало: мы с Нессой везли большие авоськи, доверху набитые дынями, и на каждом повороте они били нас по коленям), потому что любовались небом, окунаясь в него и впитывая. Настоящее небо видно только здесь. Мы больше не обитатели земли. Мы сотканы из облаков. Мы мечтатели и мистики, мы подобны фугам фисгармонии131. Ты читала «Ферму дожа»132 своей невестки? Она описывает очень похожие места и, как человек с подлинной художественной душой, восхищается ими. Теперь я буду судить о настоящей дружбе по тому, способен ли человек оценить Фенские болота133. Хочу читать о нем книги и писать сонеты весь день напролет. Это единственное место для покоя души и тела, для счастья, картофеля в сливках и прочих радостей жизни. Я превращаюсь в задумчивую олдернскую корову134. И ведь находятся же люди, которые считают это место скучным и неинтересным!!!!
Все это вырвалось из меня само собой. Я намеревалась писать коротко и по делу. Бедная Жаба, когда ты приедешь, я спрошу:
Пора пить чай (хвала небесам, как сказала бы Жабушка).
Мне очень жаль, что получилось такое длинное письмо, но я компенсирую это кратким содержанием и напишу его чернейшими чернилами.
Обнимаю дорогую Марни и всех своих племянниц и племянников.
Цель этого письма – сказать, что в понедельник утром мы едем встречать Сьюзен Лашингтон и поэтому, возможно, опоздаем к твоему приезду, но в любом случае вернемся к обеду в 13:30. Не стесняйся и чувствуй себя как дома.
Все остальное – потом. Ждем новостей о некоем человеке и еще кое о ком.
Видишь, насколько эта бумага лучше твоей?
27: Эмме Воган
Понедельник, 11 сентября 1899 Приходской дом, Уорбойс [Хантингдоншир]
1 Вторник 12-е
2 Среда 13-е
3 Четверг 14-е
4 Пятница 15-е
5 Суббота 16-е
6 Воскресенье 17-е
7 Понедельник 18-е
8 Вторник 19-е
9 Среда 20-е
ЧЕТВЕРГ 21
видишь, насколько я преданное создание! Ценой многих часов и больших усилий я сдержала свое обещание. Я написала подробный рассказ о нашем великом происшествии136 и теперь жду от тебя очень милого письма с благодарностью. Понимаешь? Ты должна внимательно прочитать мой труд, не пропуская ни одного моего особенного словечка, а потом прислать свои замечания и смиренную благодарность. Я и впрямь ангел – никакое другое слово не описывает мой характер лучше. Возможно, почерк и покажется тебе корявым, но это от моего желания поделиться своей работой. Вчера было ужасно холодно, и я физически не могла писать аккуратно, но я сказала себе:
Завтра приедет дорогая Марни. У нас была безумная идея поехать в Или [в Кембриджшир] и на обратном пути подобрать Марни в Уилбертоне, но это сложно, так что мы, наверное, останемся дома. Рассказывать особо нечего, а рука уже очень устала после бесчисленных страниц, переписанных для тебя, поэтому прощаюсь.
И будь благоразумна. Моя работа строго конфиденциальна.
Всю прошлую неделю лило как из ведра – плоскодонка наполнилась дождевой водой, Адриан отпихнул ее к центру пруда, и теперь она болтается там, едва выступая над поверхностью, а если снова пойдет дождь, она точно утонет. И всем нам слишком лень ее спасать. Четверг на следующей неделе, моя дорогая Жаба! Ах, как я буду счастлива снова вернуться в Лондон. Хотя, признаться, время здесь пролетело удивительно быстро, и было не так плохо, как обычно. Честно говоря, я думаю, что это место невероятно очаровательно. Сегодня днем Несса и я отправились на долгую прогулку вдвоем по той самой дороге, где мы ехали в тот вечер, когда ты испугалась телеги с сеном. Мы шли и шли много миль, но не встретили ни единой живой души. Потом сели у обочины и болтали, это было просто божественно. Здесь уже осень, все листья пожелтели и т.д. Вот фотография, которую ты еще не видела. По-моему, изображение на ней напоминает одного древнего зверя [Джорджа?], которого я знаю.
Да, почерк ужасный, но я спешу, вот-вот придется зажигать свечу, а руки просто отваливаются; я вся закуталась и сижу в кресле, а вместо доски для письма использую старый кусок картона. Однако это великое произведение написано с такой образной утонченностью, какой могут похвастаться лишь очень немногие авторы. Ну ладно, не стану окончательно портить твое зрение. В нашу следующую встречу я в сопровождении собаки-поводыря и с зеленой повязкой на глазах буду стучать тростью по Глостер-роуд. А ты дашь мне пенни и скажешь: