Виолетта Якунина – Горячее сердце, холодный расчет (страница 41)

— Ничего, далеко не уедет, — успокоил девушек Ксавье. — Во-первых, я открутил ему вся четыре ниппеля, во-вторых, подставил гвоздики, на которые он наехал, сдавая задом. Очень скоро колеса спустят. Сначала он их накачает, если у него есть насос. А потом он поедет на станцию и там, на шиномонтажке, у него обнаружат в скатах гвозди, что его отнюдь не порадует. А мы будем ему периодически звонить. И говорить, что его предупреждали по-хорошему, и если он не угомонится, то ему хуже будет.

— А потом он найдет свою вторую машину со спущенными колесами и очень разозлится! — засмеялась Ритка.

— О господи, детский сад какой-то! — хмыкнула Натали.

— Нет, это называется давление на психику, — возразил Жак.

— Ладно, теперь твоя очередь за ним следить. Нам надо ехать домой, — заявила Ната, беря Ритку под руку, словно опасалась, что она увяжется за Жаком.

Очки Жак пристроил на темечке, поэтому Ритка прекрасно увидела, что именно он сказал ей глазами. Впрочем, Наташа тоже сумела прочитать «кодировку».

— Увы, Жак, я не могу пригласить тебя с собой! — сурово сдвинула она брови.

— Марго, оставайся со мной, — с показной небрежностью предложил он, глядя на ее губы.

— Я не могу, — покачала она головой.

Они посверлили друг друга глазами, после чего он сказал:

— О’кей! Но когда освободишься, позвони мне, я за тобой приеду.

— Мама дорогая, — по-русски сказала Наташка, — это что же с вами такое? Вообще крыша съехала?!

— Наташка, ты ничего не понимаешь, — счастливым голосом ответила ей по-русски же Ритка. — У меня, наоборот, крыша вернулась после долгого-долгого отсутствия! Ты даже не представляешь, как мне хочется плюнуть на все и остаться с ним!

— А никого не смущает, что я не понимаю русского языка? — разозлился Жак.

— То, что она мелет, тебе бы понравилось, — мрачно констатировала Наташка и зашагала к машине.

А Ритка порывисто поцеловала его и шепнула, что позвонит. Он остался стоять и смотреть ей вслед, а Ритка села к Наташе в «Ситроен» и помахала ему из окошка.

— Ну и что, — спросила Натали, — позвонишь?

— Позвоню, — кивнула Ритка. — Только сначала поговорю с Полем.

— Круто! С другой стороны, какие у него могут быть претензии? Сначала пригласил в гости, познакомил с родными, а потом сообщил, что он давно не мужик. Утаивание правды — это тоже ложь, поэтому он сам виноват!

— О, ты настоящая жена адвоката, — засмеялась Ритка и чмокнула подругу в щеку.

Они еще не добрались до дома, когда позвонил Жак и сообщил, что Сэм не стал качать колеса, а припарковал «Ягуар» на ближайшей площади и помчался к стоянке, где он держит вторую машину. Жак, конечно же, позвонил ему и сказал, что тот зря ударился в панику. Тоном доброго дядюшки он посоветовал Витту вернуться домой, а завтра с утра отправиться в банк, дабы избежать дальнейших недоразумений. Но не тут-то было, Сэм не желал так быстро сдаваться.

Он отправился за своей второй машиной, но обнаружил, что на ней уже спущены все четыре колеса. Как можно догадаться, Витт изволил гневаться, он пинал ногами колеса и ругался со сторожем, допустившим сей произвол. И ему снова позвонил Жак, порекомендовал прекратить делать глупости, сказал, что если Сэм не поедет сейчас же к себе в пансион, то они отправят с посыльными почту по трем адресам. И для пущей убедительности добавил: «А если вашей личностью начнут интересоваться всерьез… Что тогда выяснится?» Сэм струхнул и поинтересовался, что Жак имеет в виду. На что тот невозмутимо заявил: им известно, что Сэм является всего лишь мелким акционером, а не сотрудником банка, знают они и о том, что тот ведет праздный образ жизни, нигде не работает, но живет на широкую ногу, ходит по казино и проигрывает приличные суммы. «Откуда у вас деньги? И какие скелеты спрятаны в вашем гардеробе? Почему на самом деле вы эмигрировали? Все это станет предметом пристального внимания. А вам это надо?»

После разговора с Жаком Сэм взял такси и поехал в пансион. Когда он туда прибыл, Жак позвонил ему по стационарному телефону и подробно объяснил, куда следует привезти завтра деньги. «И смотрите, мы знаем номер вашего счета в Швейцарии. Мы можем сделать так, что его блокируют! И пусть это незаконно, но вы не сможете снять оттуда деньги».

— Слушай, а ты не переусердствовал? — поинтересовалась Наташа. — Вдруг он все-таки рванет от нас посреди ночи?

— Да нет, мы же создали иллюзию полной блокады, — засмеялся Жак. — А теперь дай трубку Марго, я кое-что ей скажу.

— На, — сказала Наташа и протянула телефон подруге.

— Марго, ты обещала! — пылко произнес Жак. — Я буду ждать тебя! И знай, я очень хочу тебя… видеть!

— Я тоже, — только и сказала она и нажала на отбой.

Это становилось забавным. Марго улыбнулась, не будучи в силах видеть раздосадованную физиономию Натальи.

— Боже мой, ну почему ты так настроена против него? — не выдержала она.

— Потому что с ним у тебя ничего серьезного не получится! Этот Жак — гуляка и повеса!

— Да не нужно мне ничего серьезного! — возопила Ритка. — Я хочу всего лишь жить, сейчас, сегодня, сию секунду! Я не хочу ждать чего-то, когда можно просто брать то, что мне в данный момент предлагает судьба!

Она закатила глаза и сжала кулаки, пытаясь не сорваться на крик.

— Пойми меня! Я просидела монашкой полгода, думая, что больше ничего и никогда не смогу иметь с мужчиной. Я их всех ненавидела и одновременно боялась, казалось, каждый так и норовит сделать мне гадость и подлость. И все из-за этого проклятого Сэма! А теперь я во Франции, в Париже! Клянусь, я вышла бы за Поля, если бы смогла быть с ним счастлива. Но я не смогу. Так почему же я не могу быть с Жаком, таким красивым, сексуальным и классным? К чему эти никому не нужные формальности?

— Прости меня, — едва слышно пробормотала Наташка, — прости, я такая эгоистка… Я так хотела, чтобы ты осталась здесь, с нами! Конечно же, ты вольна делать все, что хочешь. И никто тебя не осудит. Только пообещай, что будешь приезжать к нам в гости!

— Ну, это если мне удастся все уладить с Полем, — рассудительно заметила Ритка. — Мне кажется, что он что-то замыслил.

— Ах, Поль очень хороший, он все поймет, — вздохнула Ната. — Он умница, наш Поль!

— Поживем — увидим, — вздохнула, в свою очередь, Ритка.

Ей было абсолютно не до политесов, взвинченные нервы вибрировали и мешали сохранять спокойствие. Все как-то обострилось: Сэм, Жак, Поль… Смешалось в кучу прошлое, настоящее и будущее. И Ритка поняла, каково это — стоять на перепутье, обдуваемой всеми ветрами, и не знать, в какую сторону следует шагнуть, чтобы не поскользнуться и не потерять равновесия.

Вечер для Ритки, утратившей душевное спокойствие, выдался весьма напряженный. Самой себе она напоминала улитку, потерявшую свой домик. Наташа как могла изображала из себя наемного клоуна, веселила всех, сыпала остротами, на которые компания реагировала довольно вяло. Антуан, радуясь хорошему настроению жены, вскоре тоже разошелся не на шутку. А вот у Ритки с Полем дела шли гораздо хуже. Он томил ее ласковыми взглядами, омраченными затаенной печалью. А Ритка прятала глаза, не будучи в силах восстановить былую непринужденность. Этого в конце концов не смог не заметить младший Лотрек.

— Да что это с вами? — не выдержал Антуан. — Марго, ты что, дала ему от ворот поворот? Я правильно сказал поговорку?

— Поговорку ты привел правильно, — кивнула ему жена, — но лучше бы ты промолчал.

— Так, я чего-то не знаю? — заинтересовался Антуан.

Бедняга, он даже не подозревал, насколько же он был не в курсе происходящих событий! А Поль грустно заметил, что не только Антуан чего-то не знает, но и он тоже пребывает в неведении. Ритка тут же прикинулась веником и принялась разглядывать интерьер зала: в ее планы отнюдь не входил прилюдный разбор полетов.

И в этот момент зазвонил Наташин телефон. Она несколько раз произнесла «алло», а потом раздосадованно сказала, что ничего не слышно. Антуан поинтересовался, кто это ей названивает, она ответила, что ее парикмахер, наверное, желает опять перенести время приема. Под этим предлогом она выскользнула из-за стола.

Ритка напряглась, она сообразила, кто звонил на самом деле. Что же там случилось? Неужели Сэм сбежал?! Она была готова сорваться и побежать к подруге, выяснять, что произошло. Наташа вернулась к столу через пару минут и попыталась расшевелить компанию как ни в чем не бывало. Но атмосфера вечера была безнадежно испорчена с самого начала.

К счастью, они уже успели поужинать, а слушать разудалые джазовые композиции, которые пошли в ход с появлением нового джаз-банда на сцене, сил не было. Ритка вообще была не в состоянии оценить прелести модного клуба, потому что то и дело косилась на часы, думая о Жаке, ожидавшем ее звонка, и ломала голову: что означал его звонок Наташе? Подруга же нацепила на лицо маску безразличия, поэтому Ритка решила, что Жак звонил вовсе не из-за Сэма. «Господи, — вопила она про себя, — это действительно условности, которым грош цена в базарный день! Возможно, я больше никогда не увижу Поля, но сейчас я из-за него испорчу себе жутко романтическое приключение. А что?! Не каждый день мне назначали свидание сексапильные французы!»

— Слушайте, а может, домой поедем? — предложила внезапно Наташка, заслужив благодарный взгляд Ритки.