Виолетта Весна – Развод на двоих не делится (страница 1)

Виолетта Весна

Развод на двоих не делится

ПРОЛОГ. Бумаги, которые не пахнут болью

Алина приехала к Артему в офис из-за пуговицы.

Точнее, из-за папки, которую он попросил подписать. Но всю дорогу она думала о пуговице: утром нашла ее на комоде, рядом с ключами и квитанцией из химчистки. Маленькая, черная, от внутренней стороны его пальто. Надо было положить в сумку и пришить вечером, пока он будет отвечать на письма за кухонным столом.

Она не положила.

Теперь эта пуговица почему-то сидела в голове крепче, чем белая папка на столе.

— Али, не стой. Садись, — сказал Артем.

Она села.

В его кабинете было слишком тепло. От батареи под окном шел сухой жар, и у Алины сразу стянуло кожу на руках. Она потерла большой палец о костяшку, заметила, что лак на ногте чуть скололся, и спрятала руку под сумку.

Артем стоял у стола. Не напротив нее. Сбоку. Как на переговорах, когда не хотел давать человеку лишнего ощущения равенства.

— Что подписать? — спросила она.

Он положил ладонь на папку.

На безымянном пальце кольца не было.

Алина увидела это не сразу. Вот что было хуже всего. Не сразу.

— Нам нужно спокойно поговорить, — сказал он.

Она посмотрела на папку. Потом на его руку. Потом снова на папку.

— О чем?

Артем сел. Медленно, аккуратно, будто от того, как он сядет, зависело, не развалится ли весь разговор.

— О разводе.

Слово не ударило.

Сначала — нет.

Оно просто легло между ними, как чужой предмет. Как телефон, забытый кем-то на столе.

Алина ждала, что он добавит что-нибудь еще. «Я не уверен». «Давай попробуем». «Я устал». «Я не знаю, что делать».

Артем открыл папку.

— Я подготовил документы. Сегодня можешь не подписывать, если тебе нужно время. Условия нормальные. Машина остается у тебя. По жилью тоже решим.

Она услышала почему-то только «машина остается».

Машина.

Не дом, не восемь лет, не то, как она сидела рядом с его матерью на семейных ужинах и делала вид, что не слышит «Алине повезло с нашей семьей».

Машина.

— Ты давно решил? — спросила она.

Голос оказался ниже, чем обычно.

Артем положил перед ней первый лист.

— Не сегодня.

— Это я поняла.

Он посмотрел в сторону окна.

— Несколько месяцев.

Алина кивнула.

Очень спокойно. Даже слишком.

В голове всплыл сентябрь. Их годовщина. Она купила платье, зеленое, с мягким вырезом, потом просидела в нем на кухне до половины десятого. Артем написал: «Встреча затянулась. Не жди». Она все равно ждала. В полночь сняла платье, повесила обратно в шкаф и утром сказала ему, что сама устала и легла рано.

Несколько месяцев.

— А Кира? — спросила она.

Артем замолчал.

Этого хватило.

У него даже не дернулось лицо. Просто тишина стала другой.

— Она здесь при чем? — сказал он наконец.

Плохо сказал. Неубедительно.

Алина почти пожалела его за эту неуклюжесть. Почти.

— Значит, при чем.

— Я не хочу обсуждать ее с тобой.

— А развод хочешь?

Он сжал челюсть.

Вот теперь в нем появилось раздражение. Живое, знакомое. Такое же, как когда она забывала предупредить кухню, что его отец не ест лук. Или когда не могла быстро найти нужную запонку.

— Не надо превращать это в сцену, — сказал Артем.

Алина посмотрела на него.

— Я сижу.

— Али…

— Я даже голос не повысила.

Он выдохнул и провел рукой по лицу.

На столе завибрировал его телефон.

Экран был повернут вверх.

Алина не хотела смотреть. Правда не хотела. Но имя вспыхнуло крупно, ярко, слишком близко.

Кира.

Сообщение было видно не полностью.

«Ты сказал ей? Я не могу больше…»

Артем быстро перевернул телефон.