Виолетта Весна – Развод. Бывшая жена генерала (страница 4)

— Я думаю, что мужчина, который заранее готовил развод и уведомил тебя постфактум, будет защищать прежде всего себя. Особенно если у него карьера, статус и, вероятно, другая женщина. Такие, как он, давят не в открытую. Очень вежливо. Очень корректно. Очень красиво — пока ты не замечаешь, что уже стоишь там, где он тебя поставил.

Каждое слово было правдой. Именно это и ранило сильнее всего.

— Соня.

— Что?

— Ты не проиграла только потому, что он подал первым.

— Похоже, будто проиграла.

— Нет. Пока нет. Но проиграешь, если будешь вести себя так, как от тебя ждут.

— А ждут чего?

— Что ты останешься благородной, тихой, растерянной и благодарной за правильный выход из положения.

— Я пятнадцать лет тренировалась быть удобной.

— Тогда самое время сменить квалификацию.

Они помолчали. Софья встала и подошла к окну.

— Я не знаю, кто я без него, — сказала она.

Анна ответила не сразу.

— Это сейчас самая страшная часть?

— Да. Я так долго жила его графиком, его кругом, его требованиями, что у меня даже реакции как будто чужие. Я всё время думаю: как надо, чтобы не усугубить, не спровоцировать, пройти достойно. Понимаешь? Даже сейчас у меня в голове его формулировки.

— Понимаю.

— И мне от этого противно.

Анна подошла ближе.

— Тогда давай с простого. Что ты хочешь прямо сейчас?

Вопрос оказался сложнее любого юридического пункта.

— Не знаю.

— Хорошо. А что ты точно не хочешь?

Ответ пришёл немедленно.

— Чтобы он продолжал распоряжаться моей жизнью так, будто я приложение к его биографии.

— Вот. Уже что-то.

Телефон Софьи завибрировал. Незнакомый номер. Анна кивнула — возьми.

— Да.

Женский голос на том конце был поставленным и слишком уверенным в том, что его слушают.

— Софья Андреевна? Добрый день. Карина Лебедева. Я работаю с рядом имиджевых вопросов, связанных с окружением Максима Сергеевича. Хотела предложить короткую встречу — обсудить корректный формат коммуникации на ближайший период.

Каждое слово было гладким, вежливым и омерзительным.

Софья сжала телефон крепче.

— Простите, а кто дал вам мой номер?

— Думаю, сейчас это не главный вопрос.

— Для меня — главный.

Карина помолчала, потом тем же безупречным тоном:

— Я бы советовала не воспринимать звонок враждебно. Речь о том, чтобы защитить интересы всех сторон.

Анна уже тянулась за телефоном. Софья включила громкую связь.

— Каких именно сторон?

— Ваших, разумеется. В первую очередь.

Анна фыркнула так выразительно, что Карина, кажется, всё поняла — Софья не одна.

— Подобные процессы часто сопровождаются ненужными эмоциями. Моей задачей было бы помочь избежать потерь.

Анна не выдержала:

— Передайте вашей задаче, что она может общаться письменно через представителя.

Тишина.

— С кем я говорю? — осторожно спросила Карина.

— С адвокатом Софьи Андреевны. И ещё с человеком, которого тошнит от плохо завуалированных попыток заткнуть женщину заранее.

Карина быстро собралась.

— Тогда дальнейшее взаимодействие лучше вести формально. Всего доброго.

Связь оборвалась.

Анна медленно опустила телефон.

— Ну вот.

— Что вот?

— Вот и твоя другая женщина. Даже если не буквально, то функционально точно.

Софья прошла к креслу и села. Ладони дрожали.

— Она говорила так, будто я уже проблема.

— Потому что для их схемы ты именно проблема. Пока молчаливая — управляемая. Как только с представителем — неудобная.

— Ты думаешь, она с ним?

— Может, да. Может, нет. Но она точно возле его новой реальности. В твоём случае это почти одно и то же.

Долгое молчание.

— Самое ужасное не это.

— А что?

— Что я даже не удивлена.

Анна села рядом.

— Потому что ты давно уже всё чувствовала. Просто не хотела назвать.