Виолетта Весна – Пышка-ассистентка, которую он потерял (страница 8)

Когда я вошла в кабинет, Эвелина сидела в кресле напротив Демьяна. Не у стола для посетителей. У его рабочего стола. Спиной к двери, расслабленно, будто это было ее место.

Демьян стоял у окна.

— Кофе, — сказала я.

Эвелина приняла стакан.

— Спасибо, Мила. Вы чудо.

Я улыбнулась.

— Если понадобится что-то по делу, я буду в приемной.

Демьян повернул голову.

Наши взгляды встретились.

На секунду мне показалось, что он что-то понял. Не все. Может, только почувствовал неправильный воздух в комнате. Его пальцы едва заметно сжались на телефоне.

— Орлова, — сказал он.

Я остановилась у двери.

— Да?

Он посмотрел на Эвелину, потом на меня.

— После встречи с “Норд Инвест” зайдите ко мне с пакетом по подрядчикам.

Вот и все.

Работа.

Всегда работа.

— Хорошо, Демьян Александрович.

Я вышла и закрыла дверь.

В приемной Света стояла у моего стола с таким лицом, будто ей хотелось извиниться за чужие слова.

— Мила Сергеевна...

— Света, отправьте фонду два варианта: двенадцать сорок пять сегодня или ужин в среду. Без слова “к сожалению”. Мы не виноваты, что их спикер меняет планы.

— Да. Конечно.

Она ушла почти бегом.

Я села за стол.

На экране мигало новое письмо от юридического отдела. Тема: “Срочно: приложение семь, подтверждение правки”.

Я открыла его, ответила, приложила скрин банковского письма, отметила Демьяна в копии.

Потом посмотрела на закрытую дверь его кабинета.

За ней сидела Эвелина Ланская. Женщина, которая подходила ему по росту, фамилии, тонкости запястий и умению не выглядеть уставшей даже в девять утра. Женщина из правильного мира, где никто не спрашивает, не тесно ли тебе в кресле, не надо ли похудеть к лету, не слишком ли ты заметная для приемной и не слишком ли незаметная для любви.

Я перевела взгляд на свое отражение в черном экране планшета.

Круглое лицо. Темные волосы, собранные низко. Губы без яркой помады, потому что яркая на мне всегда казалась кому-то “слишком смелой”. Платье, которое я выбрала и теперь почти ненавидела за то, что оно не сделало меня другой.

Пышка из приемной.

Удобная.

Полезная.

Милая.

Я закрыла планшет, вдохнула и открыла рабочий чат.

“Норд Инвест” приехали на восемнадцать минут раньше, чем обещали.

Разумеется.

Я встала, поправила платье и пошла встречать людей, от которых зависела сделка на миллиарды.

Потому что обижаться можно было потом.

Плакать — дома.

А сейчас нужно было сделать так, чтобы у Демьяна Волкова все снова прошло идеально.

Даже если он этого не заметит.

ГЛАВА 2. Его день в ее руках

В семь двадцать утра я уже знала, что день сорвется.

Не потому, что у меня было предчувствие. Предчувствия — роскошь для людей, которым не надо держать в голове чужие перелеты, подписи, обиды партнеров, переносы встреч, состав совета директоров и то, что генеральный директор “Волков Групп” не ест перед тяжелыми переговорами, а потом становится резким настолько, что секретари на соседних этажах начинают говорить шепотом.

День сорвется, потому что в расписании Демьяна Волкова стояли три вещи, которые нельзя было ставить в один день.

Банк.

Подрядчики.

И его отец.

Последнего в календаре не было, конечно. Виктор Аркадьевич Волков никогда не просил вписать себя в расписание сына. Он просто звонил в самый неудобный момент, говорил: “Соедини”, и весь офис на несколько секунд замирал, потому что даже через приемную было понятно: сейчас у Демьяна испортится лицо.

Я сидела за своим столом, проверяла утренние подтверждения и смотрела на экран так внимательно, будто могла взглядом заставить людей стать разумнее.

Не могла.

В восемь ноль три “Альта-Банк” прислал новую редакцию гарантийного письма.

В восемь семь подрядчик по “Северным кварталам” запросил перенос подписания акта.

В восемь двенадцать водитель Демьяна написал, что машина въехала на парковку.

В восемь тринадцать мне позвонил человек, которого я не хотела слышать до конца этой недели.

— Мила Сергеевна, доброе утро, — сказал Кирилл Грановский мягким голосом.

От его “доброе утро” хотелось закрыть ноутбук и уехать жить в глухую деревню без финансовых директоров, архивов и мужчин, которые улыбаются так, будто заранее знают, где ты ошибешься.

— Доброе утро, Кирилл Павлович.

— Демьян Александрович уже приехал?

— Поднимается.

— Прекрасно. Передайте ему, пожалуйста, что я хотел бы обсудить банковскую редакцию до встречи с подрядчиками.

Я посмотрела на календарь.