Виолетта Орлова – Янтарная гавань (страница 70)

– Тогда завтра с раннего утра приметесь за работу. Мне так недостает мужских рук! У меня есть брат, но он постоянно пьет, так что приходится все самой делать, – доверительно пожаловалась она им и проводила в более-менее приличную комнату. Затем хозяйка оставила их одних, заявив, что час уже поздний, и она идет спать.

Удивительной оказалась обстановка этого скромного гераклионского дома; здесь не имелось даже такого естественного предмета мебели, как кровати! Там, где, по всей видимости, она предполагалась, лежало чуть больше пахучего сена для мягкости. Не было никаких гамаков, топчанов, подушек, комодов, тумб и прочих излишеств, которыми так изобиловал Мир чудес. Здесь имелось две, по всей видимости, спальни и одна захудалая гостиная, которая могла похвастаться одним-единственным предметом мебели – грубо сколоченным деревянным столом, над которым, угрожающе покачиваясь, висел пузатый светильник. Присмотревшись к нему, ребята с удивлением отметили, что сделан он из устрашающей рыбы фугу, которая, даже будучи мертвой, продолжала злобно ощериваться своими длинными колючками. Внутри ее неестественно круглого туловища тлела лампадка, распространяя от себя таинственное свечение.

Артур, Тод и Кирим разместили остальных на сене, дополняя эту скромную постель своими мягкими спальниками. Артур заботливо поднес к губам Дианы кагилуанской настойки; девушка сделала маленький глоток и тут же закашлялась.

– Обязательно поить меня этой дрянью? – чуть насмешливо поинтересовалась она; впрочем, Артур с замиранием сердца отметил, что голос подруги ужасно слабый. Юноша потрогал ей лоб – тот был раскаленным и мокрым от пота.

– Выпей еще, – ласково попросил он. Диана смогла вести себя хладнокровно и достойно во время всего их испытания в лесу, однако теперь ее организм явно взбунтовался и дал сбой. Она сильно заболела, и Артур совершенно не представлял, как можно ей помочь.

Вернее, у него была одна идея на этот счет. Оставив ребят отдыхать, он вышел в основную комнату, не то гостиную, не то столовую, ну а вернее всего – скотный двор и сел за стол, в волнении обхватив голову руками. Сколько вчера у всех было радости от их неожиданного чудесного спасения, но как все изменилось сегодня, когда пришла эта новая напасть! Артур был так расстроен, что даже не заметил, как к нему подсел Тод, которому тоже, видимо, не спалось. Беруанец выглядел не очень хорошо, хоть он счастливым образом избежал встречи с охотниками. Лицо его чуть похудело и заострилось, на нем особенно выделялись матовые скулы, глаза выглядели больше из-за черневших под ними синяков. Какое-то время Тод сидел, молча уставившись на Артура.

– Ты уверен, что настойка поможет от лихорадки? – наконец холодным голосом поинтересовался он. Артур поднял на него глаза.

– Мне она помогала. Алану тоже…

– А ты думал о том, что… Если бы ты не пошел к Ролли, ничего подобного с вами бы не случилось? – вдруг мрачно поинтересовался Тод.

– Шафран, кажется, еще раньше задумала от нас избавиться. Я не знаю, Тод, не знаю.

– И ты так просто об этом говоришь?

– Чего ты от меня хочешь?

Тод тяжело вздохнул.

– Я хочу, чтобы ты думал о наших жизнях чуть больше, чем обо всех остальных людях, ведь мы все-таки твои друзья.

– Именно потому, что я о вас думаю, я просил всех вернуться в Троссард-Холл.

– Я и восхищаюсь тобой, и… ненавижу, что ли, – вдруг с какой-то странной легкостью признался ему Тод. Артур удивленно посмотрел на приятеля. Беруанец криво усмехнулся. – Ты ведь не хочешь, чтобы я объяснился?

– Нет уж, объяснись.

– Не восхищаться тобой невозможно. Но вот поступать, как ты, я бы не смог, и это приводит меня в бешенство, так как я самолюбив.

– Я и сам не знаю, чего я бы смог, а чего – нет. Все мы смелые на словах, но на деле…

– Да брось скромничать. Ты уже столько раз жертвовал собой ради других… Тебе ли говорить?

– Хочешь верь, хочешь – нет, но я каждый раз до последнего не знаю, как поступить, – тихо произнес Артур. – Вернее, я догадываюсь, как правильно, честно и благородно, но не всегда уверен, что выберу именно этот путь.

– Сложно поверить, что тебя раздирают такие сомнения, – насмешливо улыбнулся Тод. – А вот я хочу тебе признаться кое в чем…

Артур какое-то время продолжал молча сидеть, глядя на покачивающуюся прямо перед его головой раздутую рыбу-светильник.

– Позови лучше Инка, – уставшим голосом попросил он. Бессмысленная болтовня с Тодом утомляла его, он не хотел думать ни о чем другом, кроме как о помощи Диане.

Беруанец с вызовом вздернул подбородок.

– Хорошо, как скажешь, – преувеличенно покладисто проговорил он, встав из-за стола. – С каких это пор вы с Иком так сдружились?

– Прекрати, Тод.

– Уже иду.

В углу завозился поросенок, издавая противные хрюкающие звуки. Наверняка эта свинья будет мешать Диане заснуть. Артур с сильным раздражением покосился в темный угол, испытывая странное желание немедленно заставить животное замолкнуть. Послышалось легкое шуршание сена. Это был Инк со своей неразлучной повязкой на голове.

– Почему ты ее не снимешь? – с любопытством поинтересовался Артур. Инк моргнул.

– Странный вопрос.

– Вовсе нет, – пожал плечами юноша и, чуть откинувшись назад, внимательно посмотрел на своего компаньона.

– Ты хотел со мной поговорить?

– Вернее, попросить. Помоги Диане поправиться. Да и всем остальным тоже пригодилась бы твоя помощь.

– Совсем спятил? – излишне грубо ответил Инк.

– Почему ты не можешь просто честно мне все рассказать? Я ведь знаю, что ты естествознатель.

– Кто-кто? – иронически фыркнул сероглазый юноша.

– Ты исцелил Тиллиту и меня. Без помощи естествознателя мы бы уже вряд ли находились среди живых. И этот огонь, таинственным образом появившийся в лесу… Признайся, Инк, только ты мог это сделать.

– Не знаю, что ты там себе придумал… В лесу я пытался спасти свою шкуру, – прямолинейно ответил Инк. Артуру почудилось, что в этой реплике прозвучала мимолетная горячность, обычно несвойственная хладнокровному юноше.

– Ты врешь, – спокойно ответил Артур. – Я не знаю, кто ты: друг или враг, но ты спас меня, и я тебе благодарен за это. Без твоей помощи мы бы все находились сейчас во власти охотников. Но я очень прошу тебя, помоги Диане. Я ужасно волнуюсь за нее… Я сделаю для тебя все, что пожелаешь, буду твоим должником…

– Ты и так мой должник, – вдруг резким, не требующим возражений голосом произнес странный юноша. – И, помимо прочего, ты – наш руководитель и должен вести себя хладнокровно. Я же вижу, что ты совсем разум потерял из-за этой своевольной девицы. У нее нет серьезной болезни, это обычная лихорадка, от которой еще никто не умирал.

Лицо Артура тут же вспыхнуло, скулы напряглись, и он, едва сдерживаясь, чтобы не накинуться на Инка с кулаками, процедил:

– Ты же в силах ей помочь! Зачем ты мне все это говоришь?

Инк насмешливо пожал плечами.

– Просто хочу, чтобы ты больше думал о целях своего путешествия. А этой наглой девчонке, которая не умеет держать язык за зубами, не повредит немного… – он испуганно замолчал, поскольку Артур, не выдержав, вскочил из-за стола и, сильно размахнувшись, ударил его кулаком. Неприятный звук раздался в помещении; впрочем, он практически слился с хрюканьем поросенка. Инк вздрогнул и с недоверием взглянул на Артура. Казалось, он никак не ожидал, что тот его ударит. Затем он, держась за пострадавшую щеку, поднялся и молча ушел в их спальню.

– Инк, подожди! – в сердцах воскликнул взбешенный юноша. Он тут же пожалел о содеянном, однако разве в этом был теперь прок? Какой же он вспыльчивый, в самом деле! Порой ему явно недостает хладнокровия! Впрочем, о каком хладнокровии можно говорить, когда речь идет о Диане? Человеке, важнее которого для него не было ничего на всем свете. Если завтра ей не станет лучше, надо постараться найти в этом отсталом городе лекаря…

Артур в бессилии вновь сел за стол. В груди его начало немного ныть – отголоски недавнего избиения. Над его головой раздражающим огоньком светилась молчаливая рыба фугу. Сомнения, мучительное волнение, негодование – все смешалось у него в сердце. Неужели он ошибся, и вовсе не Инк вылечил их с Тилли? Неужели эта заслуга принадлежит старому табибу? Но разве обычному врачу по силам исцелить от смертельного яда и остановить внутреннее кровотечение?! Ну а если это все-таки Инк, то почему он не желает ничего рассказывать? Почему ведет себя так странно и вызывающе? Разве так уж сложно помочь остальным? Тилли едва ходит, у Даниела ноет рука, Тин тоже пострадал…

Артур в совершенной усталости опустил голову себе на руки. Кажется, он даже заснул в этой неудобной позе. Очнулся же он от того, что кто-то заботливо положил ему под голову подушку из соломы. Юноша открыл глаза и с удивлением увидел перед собой умиленное лицо хозяйки. Было уже утро, в окна светило солнце, и Артур смог внимательнее рассмотреть гераклионку.

Вчера она показалась ему полной, однако сейчас он ясно увидел, что полноты ей добавляла многослойная одежда, очевидно, спасавшая от ветров, которые были нередким явлением в здешних краях. Лицо у нее выглядело худым и изможденным, при этом очень загорелым, однако загар ее совсем не был похож на тот красивый и бронзовый, каким могли похвастаться армуты. Он носил неприятный красноватый оттенок. Губы у нее были тонкими, обветренными и почти не угадывались на ее продолговатом лице. Наверное, ей было не больше двадцати смрадней, хотя из-за всеобщей изможденности и усталости она выглядела старше своих лет.