Виолетта Орлова – Янтарная гавань (страница 190)

Артур поднял глаза и посмотрел на Бадди; тот смущенно покраснел. Очевидно, мальчик первый раз присутствовал при задержании преступника. Какое-то время они с любопытством переглядывались, а затем младший помощник набрался смелости и решился задать вопрос:

– Ты… Это правда, что ты накинулся с ножом на господина Треймли?

– Нет, – честно ответил Артур. – Только это не имеет значения; как видишь, на моей стороне не так уж и много людей. А если честно, то совсем никого.

Бадди медленно кивнул головой, принимая к сведению. Сложно было представить, о чем он думает.

– Все, выходите! – раздался крикливый приказ Каду. Младший помощник с готовностью вскочил и шустро вылез из кареты. Но уже спустя секунду шторка отодвинулась, и его взъерошенная голова вновь возникла перед Артуром.

– Я на твоей стороне! – излишне серьезно вымолвил Бадди и снова исчез. Артур почувствовал, как губы его невольно раздвигаются в улыбке. Приятно осознавать, что в какой бы скверной передряге ты ни оказался, всегда найдется человек, готовый тебе помочь. В такие минуты начинаешь верить в добрых людей.

Между тем Шетолий Рем уже ждал гостей. Он вышел из гнездима и направился к карете, чтобы лично поприветствовать долгожданного гостя. Как и всегда, коронер выглядел безукоризненно. Волосок к волоску, тщательно постриженные ногти и даже окрашенные хной, как у многих беруанских вельмож, накрахмаленная рубашка с волнистым воротом, брюки из красного бархата и такого же покроя удлиненный пиджак. Интересно, существует ли некая взаимосвязь между внешним видом человека и внутренним его содержанием? Глядя на коронера, можно было высказать следующее предположение: чем больше люди уделяют внимание своей внешности, тем меньше их заботят собственные поступки. Впрочем, это, разумеется, далеко не всегда так.

Господин Рем вежливо улыбнулся, и Артур мог поклясться, что в холодных серых глазах промелькнул азарт.

– Сегодня прекрасная погода, не так ли? – приятным глубоким голосом проговорил коронер; насмешливая улыбка едва тронула его тонкие губы.

– Привезли меня сюда, чтобы поговорить о погоде? – саркастически хмыкнул Артур.

– Неплохая тема, чтобы завязать беседу.

Уставший юноша чувствовал себя слишком измотанным для того, чтобы вести праздные беседы на отвлеченные темы. Он бы предпочел, чтобы коронер сразу перешел к допросу, а потом отправил в камеру. Но у господина Рема были другие планы.

– Извиняюсь за прямоту, но ты совсем не выглядишь, как ученик Троссард-Холла, – неожиданно проговорил коронер. Обращение на «ты» искренне удивило Артура и даже сбило с толку; юноша прекрасно помнил, что господин следователь предпочитает подчеркнутую вежливость. Может, это какой-то трюк, специальный ход, ловушка?

Покуда Артур думал об этом, цепкие холодные глаза коронера с ног до головы осматривали юношу и подмечали малейшие детали. Грязную зеленую рубашку с кровавыми отметинами в области плеча, дырявый блеклый плащ, порядком выцветший на солнце, стоптанные походные сапоги из кротиной кожи, брюки, которые хоть и были скроены по последней беруанской моде, но тем не менее такие нечищеные и неопрятные. Пришлый бродяга и то выглядел бы пригляднее.

– Вы тоже не очень-то похожи на коронера, – сказал тогда клипсянин.

Господин Рем улыбнулся. Очевидно, его забавляла прямота юноши.

– Каду, отведи нашего гостя в купальню. В противном случае, боюсь, я не смогу принять его за своим столом.

Долговязый юноша важно кивнул головой; по всему его надменному виду казалось, будто приказ сопроводить пленника в туалетную комнату был сродни делу государственной важности. Он показал Артуру, в каком направлении следует идти, а когда юноша замешкался, хотел было грубо пихнуть того в спину, но коронер произнес неожиданно холодным тоном:

– Не смей его трогать, Каду. Соблюдай дистанцию.

Гнездим следователя оказался очень даже шикарным; по всему было видно, что внутреннему интерьеру господин Рем уделяет не меньше внимания, чем своему собственному виду. Явно бросалось в глаза, что коронер – эстет, каких еще поискать. В доме не было ни единого предмета, который не нес бы в себе какой-нибудь глубинный смысл. Огромная библиотека из кедра должна была создать впечатление начитанности и образованности хозяина, изящные армутские вазы говорили о том, что коронер не гнушается экзотикой, солидные высокие столы с гравировкой могли сказать о серьезном нраве следователя, а легкомысленные вазочки из керамики с веткой жасмина – о его чувстве юмора. Здесь не имелось некачественных или дешевых вещей. Все казалось отменным.

Когда Артур впервые ступил в этот дом, ему даже сделалось неловко, ибо его грязный вид совершенно не соответствовал данному месту. За ним по ковру тянулась дорожка от его пыльных сапог.

Пройдя таким образом половину гнездима и вполне насладившись интерьером, они очутились в просторной ванной комнате. Здесь стоял большой керамический чан с геометрическими узорами, предусмотрительно наполненный горячей водой. Неужели коронер так тщательно подготовился к его приходу? Или ванна предназначалась для самого хозяина дома? Повсюду висели мешочки, источавшие ароматы ванили и лаванды.

– Помоешься здесь. Потом возьмешь мою чистую рубашку и брюки. Коронер не терпит грязи в гнездиме, понятно тебе, бродяга?

Артур по-военному кивнул головой, впрочем, не скрывая насмешливой улыбки.

– Будет исполнено, господин главный помощник!

Каду, явно польщенный обращением, продолжил стоять посреди ванной комнаты и таращиться на него во все глаза. Как бы выпроводить его отсюда? Артур тогда принялся медленно расстегивать свою рубашку, а затем с наглой улыбкой заявил:

– Что уставился? А говорил вроде, я не в твоем вкусе?

От смущения и злости на лице Каду проявились некрасивые красные пятна.

– Тщательно помойся, бродяга! – буркнул он перед тем, как выйти. Что ж, уловка Артура сработала. Сметливый юноша подошел к плетеной двери и предусмотрительно закрыл ее изнутри на щеколду. Ему дали время, чтобы привести себя в порядок? Хорошо, значит, они вполне смогут его подождать. Затем он быстро разделся и залез в керамический чан, сразу же почувствовав, как его уставшее тело погружается в блаженную негу. Прозрачная вода незамедлительно окрасилась в черный цвет.

Каким наслаждением было наконец помыться! Поистине, в походной жизни люди лишены многих удобств, но настоящих путешественников это, к счастью, никогда не останавливало. Артур тщательно намылил волосы душистым мылом и несколько раз окунул голову в воду; за время путешествия те заметно отросли и сейчас довольно неопрятно спадали ему на лицо. Еще немного, и он станет похожим на Тода с его длинной шевелюрой.

Юноша нарочно не торопился; он прекрасно понимал, что возможность принять ванну в роскошном гнездиме коронера представлялась раз в жизни, как некий последний приятный штрих перед теми испытаниями, что ему пророчил господин Треймли. На душе сразу сделалось прескверно. Не так давно руководитель сам успокаивал Диану, убеждая девушку, что сможет в любой момент сбежать, но разве можно было в действительности давать хоть какие-нибудь гарантии на этот счет? Что будет на суде? Наконец, как его будет допрашивать коронер? Опять станет играть в доброго и плохого следователя?

Юноша вновь вспомнил Тина, и вина страшной силы начала терзать его сердце. Он не смог уберечь лучшего друга от беды, а теперь тому угрожает смертельная опасность! Хоть бы преданный Рикки в самом деле принес послание Даниелу! Артур в изнеможении закрыл глаза; бедняга и сам не понял, как заснул.

Его разбудил громкий стук в дверь и совершенно дикая брань главного помощника. С огромным сожалением юноша покинул чан с горячей водой. Одежда Каду была ему маловата; рубашка сковывала движения в плечах, а брюки оказались слишком узкими. Но, увы, выбирать не приходилось.

Небрежно встряхнув мокрыми волосами, Артур наконец вышел из ванной комнаты.

– Ты уснул там, что ли? – прошипел Каду, выпучив от негодования и без того круглые глаза. Главный помощник едва ли понимал, насколько он недалек от истины. – Пошли быстрее! Коронер уже давно тебя ждет!

Артур послушно устремился за своим тюремщиком. Вот сейчас и настанет время для разговора с коронером. Только проблема в том, что он снова ничего не сможет рассказать.

Когда юноши вошли в обеденную залу, здесь уже сидел коронер. Ему прислуживал Бадди. Интересно, следователь всех помощников использует в качестве прислуги? Господин Рем придирчиво осмотрел Артура, пытаясь найти хоть малейший изъян. Эстет не желал трапезничать с немытым бродягой, но теперь он явно счел юношу достойным основательной беседы.

– Бадди, Каду, прошу оставить меня с гостем наедине. Нам нужно поговорить, – вежливо сказал коронер, но от его голоса повеяло морозной свежестью. Помощников как ветром сдуло.

– Присаживайся, Артур. В жандармерии ты, вероятно, не успел позавтракать? Угощайся, пожалуйста. – С этими словами мужчина изящным движением пододвинул в сторону юноши соленые пончики с короедами, чашку дымящегося Ваах-лаба, а также стакан густой клубничной сметаны с крошкой из древесной коры. Неплохо для начала.

Артур решил не разыгрывать из себя скромнягу; какой в этом был толк? Поэтому он с большим аппетитом принялся уплетать завтрак. В какой-то момент юноша поднял глаза и увидел, что следователь с неприкрытым отвращением смотрит на него и даже с какой-то чрезмерной гадливостью кривит губы. Наверное, гость не соблюдает важных правил поведения за столом, раз коронер позволяет себе подобную реакцию. Впрочем, какая разница?