Виолетта Орлова – Янтарная гавань (страница 169)

– Ты и правда действовал неосмотрительно, – укоризненным голосом произнесла она, а затем легкая грустная улыбка коснулась ее губ. – Но если бы у меня была возможность повернуть время вспять и выбрать, идти в путешествие или нет, я бы, несмотря ни на что, все равно пошла за тобой. Все равно. Что бы ни случилось. Я уверена, любой из твоих друзей ответил бы то же самое. Мы ни о чем не жалеем.

Артур с грустью усмехнулся.

– Кроме Тода, наверное. Он неизвестно что себе вообразил. Даже не знаю, как убедить его в правдивости моих слов. Киль отлично сыграл на его болезненной привязанности к сестре.

– Он поймет, – уверенно произнесла Диана. – Со временем. Позволь, я все-таки осмотрю твое плечо, – с этими словами девушка аккуратно помогла Артуру снять грязный плащ и порванную рубашку. Каждый напряженный нерв и твердый мускул тела юноши говорили о чрезмерном риске, с которым тому постоянно приходилось сталкиваться в жизни. С ужасом уставилась Диана на многочисленные синяки и кровавую отметину на плече. Тод попал по нему острым углом камня, разорвав кожу. Сама рана не такая уж и опасная, но если не лечить…

Диана набрала в руки чистой прохладной воды и принялась смывать с тела юноши кровь. Артур замер, изо всех сил стараясь придать лицу безмятежное выражение. Однако когда она принялась за плечо, он шумно выдохнул, не в силах сдерживаться.

– Ничего серьезного. Обычная царапина, – скорее саму себя успокоила она. – Мне кажется, у Ролли было пострашнее.

Артур слабо улыбнулся.

– Я смотрю, ты полна оптимизма.

– Как и ты, – парировала Диана.

Бедные потерянные странники, как ни парадоксально, но они не могли долго предаваться унынию, несмотря на трагичность момента. Когда путь становится слишком тяжелым, то лишь юмор помогает вынести тяготы до конца.

Закончив экзекуцию, девушка тщательно перевязала рану своим шелковым платком.

– Неплохо было бы помазать чем-нибудь, – озабоченно произнесла она.

– Боюсь, нам все-таки придется вернуться к нашему шатру, – сказал тогда Артур, и его густые черные брови решительно сошлись на переносице.

– Наверняка там дежурят Тени… – прошептала девушка, поежившись. Артур задумчиво взглянул на подругу.

– У нас нет выбора. Там осталась еда, компас, лекарства и многое другое. Без всего этого нам не выжить. Только, Ди, прошу тебя… Я сам пойду в шатер. Не надо возражать и противиться этому решению. Ты должна понимать, что раз я заварил эту кашу, мне ее и расхлебывать, а с вами я более уязвим, чем один. Мне кажется, вам следует подождать в роще. Болото уже один раз спасло нас, возможно, спасет и еще. Я схожу в шатер, соберу вещи и сразу же вернусь.

– Но ты не сможешь один утащить все вещи!

– Возьму только самое необходимое. Просто меня одного сложнее будет заметить, чем если мы пойдем всей толпой.

Эти слова Артур повторил еще раз, когда они с Дианой вернулись к своим друзьям. Но сперва юноша подробно рассказал про то, что произошло. Реакция ребят была разной. Даниел то и дело закусывал свои тонкие губы, силясь не заплакать. Он тоже успел привязаться к Инку, несмотря на то, что никогда особенно не общался с ним. Тин просто молчал с напряжением; казалось, он едва понимает, что в конечном итоге произошло. Жестокая правда наконец-то прозвучала; но она была такой нелицеприятной, что юноше совсем не хотелось верить в нее.

Хитрому Килю удалось обмануть всех; из-за его коварства вся экспедиция оказалась на волоске от гибели. Более того, бедные их товарищи ушли навсегда. Насчет Кирима и Тилли никто точно не знал, но Инк ведь упал со скалы в Желтое море! Разве можно было выжить при подобном исходе? Ребят также поразила смелость естествознателя, его самоотверженность, готовность защищать друзей до конца. В действительности, только благодаря его усилиям отряду удалось пройти так далеко в целости и сохранности. Друзья с тоской молчали, пытаясь в своих сердцах как-то справиться с горем и пережить случившуюся трагедию. Но Артура больше всего сейчас волновало отношение Тода. Юноша с напряжением всматривался в лицо беруанца, надеясь оценить его реакцию. Во время рассказа Тод то бледнел, то краснел, а в самом конце склонил голову, по всей видимости, сильно раскаиваясь в своих необдуманных поступках.

– Прости меня, Артур, – вымолвил он дрожащим голосом. – Я и правда верил, что Лика моя сестра. Или, скорее, мне хотелось так верить.

– Это ты прости, что мне пришлось угрожать тебе ножом. Надеюсь, ты отчетливо понимаешь, что это были лишь угрозы и ничего больше.

– Получается, из-за меня погиб Инк, – добавил беруанец с ощутимым раскаянием. Артур сильно вздрогнул. Данная тема была еще слишком болезненной для него. Она словно бы задевала его кровоточащее сердце.

– Мы… – начал руководитель, стремясь поскорее уйти с болезненного предмета, – мы поступим следующим образом. Я пойду в шатер, чтобы забрать наши вещи. Прошу одного из вас залезть на дерево, чтобы наблюдать за моим продвижением. Если вы увидите, что на меня напали, постарайтесь спрятаться. Со мной им ничего не удастся сделать, меня уже один раз допрашивала Тень. Но вы – совсем другое дело. Ни при каких условиях они не должны отыскать вас.

– Я пойду с тобой в шатер, Артур, – вдруг вызвался Тод. – У тебя больное плечо и один ты не донесешь все вещи, а нам многое нужно для дальнейшего путешествия.

– Нет, – вдруг с ожесточением воскликнула Диана. Беруанец сжался и виновато посмотрел на девушку. – Я совершил ошибку, – начал он хриплым, неуверенным голосом, – но значит ли это, что мне теперь вообще нельзя доверять? Неужели я настолько низок в ваших глазах? Впрочем, да, наверное, вы правы. Артур, у тебя есть все причины не доверять мне, – с этими словами юноша ссутулился, как старик, и сжал голову двумя руками. Создавалось впечатление, что он в страшном смятении.

– Хорошо, ты пойдешь со мной, – вдруг произнес Артур. – Я хочу, чтобы ты знал: я доверяю тебе. И мы выходим сегодня вечером.

– Еще и вечером! Арч, честное слово, я ужасно волнуюсь за вас! – воскликнул Тин, не в силах более молчать. Тот лишь небрежно повел плечами.

– Под покровом темноты нам проще будет добраться до лагеря. Сегодня полнолуние, будет довольно светло, но это все же лучше, чем днем.

Спустя некоторое время бурных протестов со стороны Тина, Даниела и Дианы, ребята все же пришли к некому консенсусу. В конечном итоге никто не осмеливался в открытую противостоять решениям Артура, кроме разве что Дианы. Девушка по-прежнему была крайне недовольна тем, что Тод вмешался со своей помощью. Когда ребята пошли к озеру, чтобы помыться и постирать одежду, она поманила к себе беруанца. Тот с покорной готовностью подошел к девушке. Лицо его выглядело растерянным, а большие глаза в обрамлении длинных ресниц смотрели виновато.

– Я хотела спросить у тебя кое-что… – тихо и проникновенно сказала Диана, глядя приятелю прямо в глаза. Тод с готовностью кивнул, даже еще раньше, чем она закончила свою фразу.

– Ты говорил вроде, что я дорога тебе?

Беруанец сильно покраснел и смущенно опустил голову.

– Не все ли равно? – в сердцах буркнул он.

Диана пожала плечами.

– Просто если это действительно так, а не пустые слова…

– Не слова!

– Тогда ты сделаешь все возможное, чтобы уберечь его от беды!

– То есть за меня переживать не будешь, в случае чего?

– Один в лагерь не возвращайся! – холодно отчеканила Диана, оставив, впрочем, его вопрос без внимания. Девушка не сочла нужным отвечать; по ее разумению, Тод был обязан ей жизнью и мог бы догадаться, что она любила его, как друга, и заботилась о нем по мере своих возможностей. Сколько раз она помогала ему на «Когте», а затем на плоту; как унижалась перед Килем, выпрашивая для него жалкий глоток воды, как рисковала, когда не хотела бросать одного в пустыне. Умный человек, вспомнив и проанализировав все произошедшее, не стал бы задавать подобных вопросов, а глупому и разъяснять что-либо бессмысленно, так как он все равно не поймет.

Тод, однако, истолковал слова подруги на свой лад. Мучительно побледнев, он холодно улыбнулся и твердо сказал:

– Не переживай, моя хорошая, я лучше умру, чем поставлю его жизнь под угрозу.

– Отлично, – в тон ему ответила Диана и, развернувшись, проследовала за друзьями к ручью.

Здесь уже вовсю проходили процедуры омовения. С огромным наслаждением ребята сняли с себя вонючую одежду и плескались в чистом ручье, приятно холодившем раны. Они пили прозрачную воду и все никак не могли напиться, дурачились и брызгались, покуда их запястья и щиколотки не стало сводить от холода. Когда девушка приблизилась к друзьям, Тин дурашливо воскликнул:

– Берегись, Дан, она идет, а ты, кажется, не успел одеться!

– По крайней мере, я хоть не выгляжу без одежды таким тощим, как ты! – парировал Даниел, впрочем, опасливо нырнув в воду по самую шею.

– Ладно, я не переживаю, ее ведь только Артур интересует!

– Ему-то стесняться нечего! – с легкой завистью пробормотал Даниел, скосив глаза на Артура, вальяжно развалившегося на берегу. С оголенным торсом, загорелый, в одних своих укороченных брюках и с босыми ногами тот напоминал армутского мальчишку с базарной площади.

Пока проходил этот легкомысленный диалог, руководитель с наслаждением отдыхал, изо всех сил стараясь не думать о всех грозивших им опасностях. Он уже засыпал, ибо несколько ночей подряд был лишен этой привилегии, как вдруг что-то чудное зашевелилось в траве недалеко от него. С интересом юноша приподнялся, накинул на себя уже высохшую рубашку и подошел к объекту, столь его заинтересовавшему. Оказалось, что нарушителем тишины явилась птица, своим пестрым оперением напоминавшим воинскую кольчугу. Похоже, ястреб – с короткими крыльями, угрюмо насупившимися белыми бровями и круглыми оранжевыми глазами, алчно горевшими от предвкушения расправы над пойманной добычей. Хищник охотился и, судя по всему, весьма преуспел в этом деле. Меж его крупных крючковатых когтей отчаянно билась маленькая ящерка. При иных обстоятельствах Артур, может и не стал бы вмешиваться в их отношения, однако выражение глаз птицы до боли напомнило ему господина Ролли; тот тоже любил так смотреть на своих жертв – жестоко, самонадеянно, властно.