Виолетта Орлова – Янтарная гавань (страница 144)
– Это бывший муравейник. Здешние пустыни населены гигантскими тварями – насекомыми размером с крупного единорога. Они возводили себе подобные дома, а люди однажды решили здесь поселиться, вот и все. В стратегическом плане Тимпатру поистине непревзойден: с моря город окружен цепью неприступных скал, а сам муравейник находится за ними на некотором возвышении. Со стороны пустыни пройти нельзя из-за муравьев, которые, хоть и питаются в основном сахаром, не брезгуют иногда и живыми существами. Местные монстры вполне себе плотоядны.
– Ты так много знаешь, Инк, – с оттенком восхищения пробормотал Даниел.
Инк горько усмехнулся.
– Вот только чего мне стоило получение всех этих знаний… Я ненавидел Тимпатру, но вместе с тем, должен признаться, и любил. Это сродни странной противоестественной привязанности, когда ты вроде и понимаешь, что предмет твоей любви жалок, недостоин, двуличен и мерзок, но вместе с тем стремишься к нему всеми помыслами своего сердца. Я не люблю армутов, но этот город – особенный во всех отношениях.
– А чем они живут? Если вокруг одна пустыня? – опять спросил любопытный Даниел.
– Торгуют с армутами из других городов. Здесь большие залежи тростникового сахара: местные мастера перерабатывают его и продают приезжим купцам. И потом, вокруг Тимпатру много завозной земли. Вы вскоре увидите огромную ферму и прекрасный висячий сад, который по одним лишь естественным причинам никак не мог возникнуть в этой пустынной местности.
– Да, только не забывай, Инк, у нас нет пропуска, – хмуро проговорил Артур. Беловолосый юноша с неприкрытой насмешкой посмотрел на руководителя. – А как же ты сам полагал войти внутрь?
Артур с досадой пожал плечами.
– Я надеялся, мы что-нибудь придумаем по ходу дела.
– Вам повезло, что ваш верный слуга всегда отличался предусмотрительностью. Когда Тилли упомянула, что у нее есть пропуск, я потихоньку стащил его, ибо верил, что у меня он будет в большей безопасности.
При упоминании Тиллиты ребята заметно погрустнели. Вновь они вспомнили бедных товарищей. Неизвестно, сведет ли еще когда-либо судьба их вместе. Задул легкий морской бриз, и юноши принялись с удвоенной силой грести. В одном месте в скале имелась небольшая расщелина, отмеченная деревянным причалом, чуть выдающимся в море. Это и был своеобразный порт, или же проход в Тимпатру. Инк справедливо упомянул невозможность зайти в город с какой-либо другой стороны; слишком уж скалистым оказался берег. В небольшой лагуне сгрудились с десяток маленьких рыбацких лодчонок, оставленных на починку, а сразу же за ними зиял черный зев довольно ровного прохода сквозь каменную толщу скалы.
Туннель был достаточно широк и позволил бы пройти даже большому трехмачтовому судну наподобие «Балерины». По скрипящему деревянному причалу ходил взад-вперед худой черноволосый мужчина с жидкой козлиной бородой, по всему видно, что армут; изредка он, подобно неведомой птице, задирал голову кверху, обнажая выдающийся кадык. Лениво и вальяжно незнакомец наблюдал за приближением маленькой лодки, а когда ребята поравнялись с деревянным настилом, то чуть подался вперед и потребовал хриплым лающим голосом:
– Пропуск.
Инк с почтением кивнул головой и достал из кармана своего походного плаща монету с выпуклым изображением города-муравейника Тимпатру. Это и был тот самый вожделенный предмет, способный пропустить незваных гостей внутрь таинственного города, не обозначенного ни на одной карте.
– Сейчас у нас проходят недели карнавалов, – вдруг сказал стражник. – Ходить нужно в масках, чтобы не нарушать традиций города.
С этими словами он достал из большой плетеной корзины, предусмотрительно стоявшей поблизости, четыре деревянные маски с необходимыми отверстиями для глаз и ноздрей.
– Есть еще и с закрытыми глазами, но это уже для мертвецов, – вдруг мрачно выразился мужчина, и было решительно непонятно, пытается ли тот шутить таким неумелым образом, либо же на самом деле рассчитывает испугать чужеземцев.
А между тем резные изделия действительно выглядели устрашающими. С толстыми пухлыми губами оранжевого цвета, раздвинутыми в ужасающих ухмылках, массивными челюстями и тоненькими прорезями для глаз, гротескно-уродливые, они словно отображали всю злую сущность человека.
– Их обязательно надевать? – хриплым голосом поинтересовался Даниел Фук, чья маска походила на нечто среднее между мерзостным человеком и гигантским муравьем.
– Такова дань традиции, – пожал плечами армут, по привычке почесав свою жидкую бороденку. – За несоблюдение обычаев предков вас могут угнать в пустыню…
– Хорошо, мы поняли, – поспешно сказал Артур, не противясь стражнику. Все вчетвером юноши надели чудовищные маски и опять принялись активно работать веслами, старательно избегая смотреть друг на друга.
– Нам нужно в этот черный проход, – пояснил Инк, когда они отплыли от пристани.
– Я вот только не понимаю, как один стражник может остановить пришельцев? А если нападут пираты? – удивленно пробормотал Даниел.
– Очень просто. Если нет пропуска, то стены туннеля сдвигаются и хоронят в себе лодки и даже целые корабли.
– Вот как? Любопытный механ-ик-изм, – подал голос Тин, отчаянно икнув. Ему было страшно смотреть на затхлые сырые стены, которые, по мере того как путники продвигались вперед, все больше забирали солнечный свет. А если еще они могли в любой момент захлопнуться, подобно капкану для дикого зверя, то и подавно ничего хорошего от них ждать не стоило. Оробевшим и притихшим юношам казалось, что на своей хрупкой лодке они устремляются в загробный мир, а отвратительные маски будто уже превратили их в подобие ужасных духов, населявших долину вечного успокоения.
– У нас есть какие-то планы дальнейших действий? – поинтересовался основательный Даниел. Со времени их последней встречи они так и не обсудили в деталях будущие шаги, ибо руководитель был слишком расстроен, а ребята не знали, как подступиться к нему.
Впрочем, у Артура не имелось никаких идей, кроме того, что он мечтал отыскать здесь друзей. Клипсянин отчаянно верил в опытность раторбержцев в морском деле; он надеялся, что они не погибли. А раз живы раторбержцы, значит, и все остальные тоже. У Артура оставались деньги, которые он еще в Мире чудес вшил в рубашку и брюки; руководитель рассчитывал остановиться на каком-нибудь солидном постоялом дворе, если таковые имеются, и осмотреть город. Параллельно он хотел постараться отыскать полный вариант рукописи Корнелия Саннерса, что тоже пригодилось бы в дальнейших поисках отца. Сколько он рассчитывал пробыть здесь? Бедный юноша не смог бы уйти из Тимпатру без друзей, и поэтому он полагал ждать столько времени, сколько потребуется. Если же они так и не придут в город, значит, увы, погибли в море.
– У меня нет конкретных планов, – уклончиво признался Артур. – Попробуем разобраться, куда мы попали.
– Кстати, – вдруг шепотом начал Тин, – согласно дневникам Корнелия Саннерса, Желтое море далеко отсюда?
Как только эти слова были произнесены в черном мрачном туннеле, друзья невольно вздрогнули, словно откуда-то подул холодный ветер, как жуткое предзнаменование чего-то дурного. Артур помолчал немного и ответил:
– Насколько мне известно, достаточно далеко. Но Желтое море занимает огромную территорию. С южной стороны оно граничит с Хвойной долиной, где были мы с единорогами. Но вот где еще… Я не знаю, Тин, да и, признаться, не хочу знать. По крайней мере, не сейчас.
– Просто интересно, насколько далеко от нас то место… Где Корнелий сошел с ума.
– Я очень надеюсь найти сборник его заметок о последнем путешествии. Они ведь останавливались в Тимпатру по пути к долине Ха.
– Что ж, значит, мы постараемся это сделать, – серьезно ответил Тин. – А ты на что рассчитываешь, Инк? Чего тебе в итоге от нас надо? – добавил он, вспомнив момент, когда Инк отговаривал рассказать Артуру правду о печальной судьбе «Когтя».
– Пока я с вами, – пожал плечами немногословный Инк.
– Да, ребята, не забывайте, он естествознатель, а также новоиспеченный вождь племени, так что, если вдруг нужна будет помощь эксперта, обращайтесь, – в полушутливой манере сказал Артур, желая разрядить обстановку.
Тин и Даниел особливо покосились на беловолосого юношу, думая о том, что еще можно было у него спросить.
– Значит, все-таки это ты исцелил Артура и Тилли? – скорее утверждая, нежели спрашивая, пробормотал Даниел. Инк снизошел до легкого кивка головой. А потом они выплыли из туннеля на свет, и перед их взором предстала обширная лагуна, на другом конце которой величаво возвышался город.
Минуту-другую ребята замерли на месте, с живым любопытством оглядываясь по сторонам. Маски, к сожалению, здорово мешали увидеть Тимпатру во всей красе, но выбирать не приходилось. Перед гигантским муравейником была небольшая пристань, по которой прохаживались степенные господа и госпожи в гротескных масках, а за ней у самого входа в город расстилался чудесный зеленый сад, весьма оживленный в это время дня.
Сама территория парковой зоны была не такой уж и большой по своим размерам, однако диковинные деревья, цветы, мохнатые папоротники, благоухающие розы и виноградные лозы распространялись не вширь, а вверх; они каскадами забирались на стены муравейника, являя взору те самые уникальные висячие сады, которые, согласно запискам некоторых беруанских исследователей, имелись лишь в Тимпатру. Казалось, все основание города изобилует зеленью; муравейник словно бы произрастал из своеобразной изумрудной поляны.