Виолетта Орлова – Последнее слово единорогов (страница 9)
– Ты нас постоянно куда-то гонишь. То из сада, то вот теперь.
– Мне повстречались охотники. Они с собаками идут по нашему следу. Был приказ отлавливать всех полидексян, которые забредают на территорию школы.
– Отлавливать и…?
– Убивать, – тихо сказал Артур. – Тебе, Джехару, Единице и… Четверке… грозит смертельная опасность.
– Ну а нас-то они вряд ли тронут… – проговорил Тин, который в настоящий момент был невероятно рад тому, что не является полидексянином.
– Нет, – жестко возразил Артур. – Нас они тоже тронут. Среди них Шафран.
– Что?! – в один голос воскликнули Тин с Даниелом. Бедняги слишком живо вспомнили ночной кошмар, когда на них, как на кроликов, открыли жестокую охоту. У Дана отчетливо пронесся в голове весь ужас той ночи, его трусливое поведение и предательство по отношению к друзьям, и возмужавшее лицо его смертельно побледнело и покрылось потом.
– Может… Ты обознался, Артур? – умоляющим голосом прошептал он, но клипсянин с сожалением покачал головой.
– Я бы хотел, Дан, но увы. Уходим.
На сей раз не надо было никого убеждать. Доргеймцы, возможно, просто смирились с тем, что вблизи Троссард-Холла их за каждым деревом подстерегает опасность. Друзья же предпочитали слушаться Артура, только Тод с Дианой не показывали своих эмоций. Девушка была задумчива и угрюма.
Они наскоро потушили костер, собрали остатки зайчатины в свои скромные сумы, и побрели за Артуром, надеясь, что он выведет их из леса. Он единственный, если не считать Тода, знал, как выйти из лощины Троссард-Холла в большой лес, соединявший купеческой дорогой Ту-что-примыкает-к-лесу со столицей. Но важнее было даже не выйти в лес, а поскорее оторваться от погони.
Артур повел свой маленький отряд к реке; ему приходилось каждую секунду озираться по сторонам и прислушиваться к любому подозрительному шороху. Чахлые извилистые березы, темные клочки кустов можжевельника, и перед взором усталых путников возникла неторопливая река, разлившаяся после смрадня.
– Пойдем по воде, – предложил Артур, оглянувшись на ребят.
– Ты уверен? – запротестовал Даниел, с сомнением глядя на серебристую гладь. У него имелся повод для беспокойства. Действительно, если доргеймцы были отлично экипированы – с высокими сапогами, не пропускавшими влагу, в теплых одеждах, то ребята были одеты вовсе не по-походному. Скорее всего, они промокнут в два счета. Вернее, у него самого тоже была неплохая одежда, но вот Тин, Диана… О них стоило побеспокоиться.
Оделян же без лишних возражений ступила в реку и с решительным видом пошла по течению. Вода доходила ей где-то до колена, но при этом не заливалась в сапоги. Остальные доргеймцы как верные солдаты прошли следом.
– Слушай, Пит, – неловко обратился Артур к громиле. Тот обернулся и выжидательно глянул на друга. Лицо его выглядело суровым, как и всегда, однако оно смягчилось и подобрело, когда тот услышал просьбу Артура.
– Ты не мог бы помочь и понести Тина какое-то время? У него сапоги совсем никудышные, он промокнет в два счета. А сейчас, хоть и начало оюня, тем не менее еще довольно холодно.
– Да я и сам, зачем нести? – совсем смутился Тин отнекиваясь. Но Питбуль, обрадованный тем фактом, что может услужить друзьям, только кивнул и легко взвалил слабо сопротивляющегося юношу себе на плечо, будто тот был обычной вязанкой дров.
Тогда Артур взглянул на Диану, которая старательно отводила от него взгляд.
– А ты пойдешь со мной, хорошо? – предложил клипсянин, впрочем, не без доли робости. Подруга смерила его презрительным взглядом, а затем вдруг резко подошла и обняла за шею. Артур осторожно поднял ее на руки, бережно прижимая к себе. Он чувствовал, как напряженно бьется ее сердце, впрочем он обращал на это внимание только первые секунды, ибо потом почувствовал, как ледяная вода залилась ему в сапоги.
Они брели по дну реки длинной и весьма унылой процессией, но Артуру все казалось, что они еще не удалились на достаточно безопасное расстояние. Руки его отяжелели от своей ноши, а ноги сделались практически деревянными от холода; мокрые сапоги пудовыми гирями тянули юношу на коварное речное дно. Дыхание его стало предательски сбиваться, и Диана, пристально наблюдавшая за его лицом, сказала ему на ухо:
– Выйдем на берег, передохнем.
Артур не планировал делать привал, но предложение пришлось ему по душе. Они с трудом выбрались по заболоченному берегу, густо поросшему кочковатым кустарником, и здесь, наконец, юноша смог поставить на ноги свою прекрасную ношу. Ему было тяжело, и он был разгорячен ходьбой, однако теперь, остановившись, с сапогами до краев полными ледяной воды, он вдруг остро ощутил, как мучительно мерзнет все его тело. Зубы предательски застучали друг о друга, и он с досадой отвернулся от Дианы, растирая руки.
– Замерз, братишка? – ласково поинтересовался у него Единица. Артуру река нанесла самый большой урон из всей их компании; ему следовало основательно просохнуть и согреться, прежде чем продолжать путь.
– П-пустяки, – заикаясь от холода, пробормотал юноша, с тоской оглядываясь. Темный клочковатый лес, а за их спинами – смертельная опасность.
– Костер разжигать не будем, – отрезала Оделян. – Если за нами слежка, то его непременно увидят в темноте. – Но отдохнуть надо. Мы далеко ушли от Троссард-Холла?
– Да. Но все же не настолько, чтобы надолго расслабляться. Давайте отдохнем час, – ответил Артур, искренне надеясь, что за это время он не успеет околеть от ночной стужи.
Они скученно улеглись прямо на земле, прикрывшись бурками. Очевидно, воинственные доргеймцы, выросшие в суровых болотистых краях, вполне привыкли к походному образу жизни. Тин, Тод и Даниел, уныло переглянувшись, последовали их примеру.
– Возьми бурку, советую снять сапоги, а то замерзнешь насмерть, – небрежно бросила Одди, кинув ему кусок теплой шкуры.
Совет ее был разумным; Артур, морщась от холода, стянул с себя сапоги и выжал их. Затем носки. Подвернув штаны, он закутался в шкуру, стуча зубами. Теплый мех не согревал его, от еще промерзшей после смрадня земли исходил холод.
Неожиданно он почувствовал, как кто-то раскрывает края бурки и осторожно ложится к нему. Это была Диана. От разгоряченного тела девушки исходил приятный жар, и Артур ощутил, как у него перехватывает дыхание от волнения и еще какого-то смутного чувства.
– З-значит ли это, что я прощен? – все еще стуча зубами, поинтересовался он, ощущая, как в темноте губы помимо его воли растягиваются в шаловливую улыбку.
– Я пока еще не слышала твоих извинений, – прошептала Диана, с чувством обнимая его и страстно прижимаясь всем телом.
– Прости, что ушел, ничего не объяснив. Прости, что оставил вас одних с Тодом. Это покажется странным, но он теперь действительно знает, как выйти из леса. Дрейворд Клинч наградил его «чувством дома». Он теперь с закрытыми глазами выйдет к городу, где живут неумелы. Помимо этого, у Тода есть «чувство дружбы»: то есть, он не совершит чего-то такого, что может причинить мне или кому-то из вас вред.
Прекрасное лицо Дианы, освещенное луной, удивленно нахмурилось.
– И я должна поверить во всю эту ахинею?
– У тебя нет выбора, ты же лежишь сейчас в моем логове, – дерзко ухмыльнулся Артур, прижимая девушку к себе. Действительно, в этот незабываемый момент ему меньше всего хотелось думать о Тоде и всяких чувствах, кроме одного – его собственного, по отношению к девушке, которую он так страстно любил.
Глава 4 Яд аспидов на губах их
Рабилон встречал стылыми холодами. Северные края, чего от них ждать путного. Город укрылся от чужих глаз в диком лесу, который уже успел нарядиться в праздничные белые одежды: пышные комья снега, налипшие на ветки, придавали деревьям чудесный и немного торжественный вид. Холодное безмолвие поприветствовало странников, внезапно очутившихся на заснеженной поляне. Секунду назад их не было, но вот восемь мужчин словно бы материализовались из снега и теперь стояли, немного удивленно и растерянно озираясь по сторонам. Заприметивший незнакомцев русак во весь опор помчался прочь, шелестя опавшими ветками.
– Вот мы и дома, – улыбнувшись, произнес Аркус, с удовольствием ощущая, как изо рта выходит пар. Ему уже порядком надоел жаркий климат; как славно, что Вингардио хоть здесь решил не вмешиваться в естественный ход природы и оставил все как есть. – Только где же сами постройки?
Естествознатели переместились на окраину города, желая пешком обойти его вдоль и поперек. Однако теперь мужчины начали сомневаться в правильности принятого решения. Призрачные дома исчезли, оставив после себя лишь безмолвный еловый лес, хранивший тайны.
– Прогуляемся? – весело подмигнул Троний, желая разрядить обстановку. Каждого из них охватило сейчас смутное волнение, но вот чем оно было вызвано? Боялись ли они увидеть вместо города одни развалины? Страшились встретиться со своим заклятым врагом Вингардио? Сложно сказать. Подобно тому как мороз сковал деревья в белый плен, также и их сердца погрузились в томительную тревогу.
Они нерешительно побрели в сторону центральной площади Рабилона, туда, где когда-то гордо возвышалась библиотека со свитками.
Нороган задумчиво глядел по сторонам; он все никак не мог выкинуть из головы прекрасное лицо Павлии, которое словно бы навеки отпечаталось в его мыслях. Кто-то робко тронул его за рукав соболиного полушубка.