Виолетта Орлова – Последнее слово единорогов (страница 55)

На их пути то тут, то там попадались полузаброшенные домики, где жили крестьяне. Очевидно, они не обладали особыми умениями предсказывать судьбу, в противном случае бедняги оказались бы по ту сторону крепостной стены. Но в какой-то момент и эти чахлые постройки закончились, уступив место широким полям, которые вдали упирались в лес, росший прямо на подошве горы. Ребята шли уже довольно долго по жаре и порядком измотались. Странный Таровилль остался за их спиной, превратившись в незначительную точку. Полуденный зной дошел до своего пика, и в какой-то момент Питбуль в сердцах остановился, не имея в себе сил идти дальше. Вернее, силы у него имелись, но ему было так жарко, что он буквально умирал от жажды.

– Давайте передохнем в одном из домов? Вряд ли нам откажут в гостеприимстве? – предложил Даниел, с пониманием оглядываясь на свой замученный отряд.

– Отдых – это для девчонок и слабаков, – возразила ему Оделян так, словно сама не относила себя к категории женского пола. Кстати, они так и не помирились с Даниелом. Интересное дело, но именно сейчас она вдруг очень живо напомнила Артуру вечно надменного Тода.

– Я бы тоже поел, – жалобно проскулил Тин, который, в отличие от Пита, мучился не от жажды, а от голода.

– Хорошо. Тогда давайте попытаем счастье в первом попавшемся, – сказал Даниел, указав рукой на одну полуразвалившуюся доходягу. Этот дом был большой, но довольно неухоженный, а возле него, широко расставив ноги, стояла дородная корова, сверху донизу облепленная слепнями, и сквозь эту толстую прослойку из насекомых недоброжелательно поглядывала на пришельцев.

– Может, хоть свежего молока дадут, – оживился Тин, заприметив несчастную скотину.

Когда они подошли ближе, то увидели и саму хозяйку: стоя на коленях, она усердно пропалывала сорняки, поминутно вытирая пот рукой и оставляя на лбу ошметки земли.

– Хозяюшка! – заискивающим тоном воскликнул Тин. – Не откажете путникам в приюте? Мы идем с самого утра и порядком устали.

Женщина поднялась с колен, отряхнула руки и с любопытством уставилась на гостей. У нее было умное, доброжелательное лицо, бронзовое от палившего солнца. Обычное лицо вечной труженицы.

– Откуда ж вы? – поинтересовалась она, внимательно оглядывая всю компанию.

– Из Таровилля, – ответил Артур.

Женщина недоуменно нахмурила брови. – И далеко это? – спросила она, проявляя удивительную неосведомленность.

– Да вы живете совсем рядом с ним! Туда ходу – часа четыре, – озадаченно воскликнул Даниел.

– Про город не слыхала, – отрезала женщина. – Я из Приовражья. Нас тут домов десять будет. Что ж. Заходите, передохните. Меня Марлой зовут.

Гости смущенно проследовали за радушной хозяйкой. Внутри дома ощущалось гораздо лучше, чем снаружи. По крайней мере, он уже не казался таким облезлым доходягой. Марла усадила путников за стол, над которым висели пучки с лавандой и зверобоем.

– Равви! Принеси нам молока! – вдруг зычно потребовала хозяйка, и из-за печки вынырнуло чудаковатое существо, до того грязное и быстрое, что и разглядеть его было практически невозможно. На черном от сажи лице горели два зеленых, как у кота, глаза.

– Хорошо, мамочка! – пискнуло существо и кинулось выполнять просьбу, успев при этом показать неповоротливому Питбулю язык.

– Дочь моя, Раввинуэль, – объяснила мать. – Маленькая еще, пять лет ей. Сын мой, Древ, тоже дома, уж не взыщите. Детки, – с этими словами она устало вздохнула и вновь утерла земляной рукой лоб.

– Куда направляетесь, странники?

– В горы, – вежливо отвечал Даниел, чем невероятно удивил добрую женщину.

– Да как ведь так? Туда и дороги-то нет.

– А мы не ходим по дорогам, – хмыкнул Артур.

– Нет, я в смысле, что туда и не дойти вовсе. Овраги кругом.

– Разве так уж сложно перейти овраг?

Женщина озабоченно покачала головой.

– Не знаете вы всего, путники. Но у нас из Приовражья редко кто в лес ходит. Дороги нет.

Ребята недоверчиво переглянулись.

– Думаю, что мы все-таки пройдем, – самонадеянно ответил Артур. Женщина не стала спорить с упрямыми гостями. Когда Равви вернулась, неся огромную, больше нее самой лохань, хозяйка поспешно поднялась и принялась черпать всем в кружки молоко. Придирчивый Тин старался не смотреть, как комки земли попадают ему в напиток.

Парное молоко было теплым и сладковатым. Невероятно вкусная пища для тех, кто прошагал пол дня под палящим солнцем. Ребята блаженно отдыхали на скамье, сделанной из прессованного сена. Так приятно пахло, так хотелось отдохнуть. Диана положила голову Артуру на плечо: глаза у нее закрывались сами собой.

– Хорошо у вас, – воскликнул Тин. – Прям и уходить никуда не хочется!

– Уйти нам все-таки придется, – отрезал Даниел, неодобрительно глядя на Тина. У него уже давно обозначился с приятелем нерешенный конфликт, который они так и не успевали обсудить. – Причем в ближайшее время. Надо дотемна дойти до леса.

– Вы еще и по темени хотите идти? – всплеснула руками хозяйка. – В оврагах сгинете и поминай как звали!

– Бу! – состроив жуткую рожицу, вторила ей перемазанная сажей дочь.

– Звучит не очень, – прошептал Тин на ухо Питбулю. Он бы обратился к Дану, да тот и так сидел недовольный.

– Ничего не поделаешь. Нам все равно туда надо, – уже более нерешительным тоном сказал Даниел.

– Через овраг только по мосткам можно пробраться, да и то в одном месте, где он сужается. А если напрямую идти, то лишь погибель искать. Подвесной мост только у моего соседа Обрелия имеется.

– Мы пойдем все-таки, Дан прав, – вежливо, но твердо возразил Артур и поторопил друзей. – Ребята, уже полдень, мы и правда должны идти.

– Думаешь, мы сможем? – с сомнением протянул Тин.

– Он никогда не думает, – буркнул Тод.

– Думаю. О тебе как раз, – приятно улыбнулся ему Артур. – Ты нас теперь, где угодно проведешь, не так ли, приятель?

Тод кисло улыбнулся, ничего не возразив. Да и возражать было особенно нечего, чувство дома с удвоенной силой гнало его вперед. Беруанец знал, чувствовал нутром, что дорога есть, и они по ней пойдут.

– Тогда прощайте, странники, – улыбнулась им хозяйка. – Надумаете возвращаться – заходите, что-нибудь придумаем. – Молока с собой возьмите.

Артур кивнул и перелил часть живительного напитка в свою питьевую флягу. Молоко пополам с водой – отличное средство для утоления жажды и голода одновременно. Он незаметно оставил рядом с кружкой золотую явару. Им так много золота все равно не нужно было, а бедная женщина, возможно, найдет ценному металлу лучшее применение.

Ребята нехотя поднимались; впрочем, закаленные в неволе доргеймцы не жаловались. Даже Питбуль, который хоть и обливался потом, но стоически молчал.

Вскоре домик доброй хозяйки тоже остался за их спинами, а впереди замаячили невысокие холмы. Неужели те самые овраги, которых так боялась Марла? На первый взгляд, они выглядели весьма безобидно, особенно на фоне великанов-гор, обнесенных снегом. От бурой, изъеденной рытвинами морщинистой земли поднималось горячее марево.

Еще около часа брели путники, покуда, наконец, не уперлись в довольно крупный овраг. На другой стороне, подобно дворовой шавке, злобно ощетинился лес.

– Хорошо бы нам тут пройти, – резонно заметил Артур и покосился на Рикки. Ящерица была на редкость неспокойна. Обычно меланхоличная, сейчас она в волнении ползала по рубашке хозяина, выпучив свои и без того круглые глаза. – В чем дело, Рикки? – шутливо поинтересовался у него Артур. Теперь узнав, что ящерица когда-то принадлежала Инку, Артур стал испытывать к ней еще более нежные чувства. Она являлась как бы последним напоминанием о его бедном друге.

– Может, она к Ранди хочет вернуться?

– Вряд ли. Видно же, что Рикки без ума от Артура, – возразила Тину Диана. – Прям как я, – добавила она лукаво, вновь заставив своего избранника позабыть обо всем на свете.

«И я…» – обреченно подумал про себя Питбуль, отчаянно краснея.

Обливаясь потом ребята поднялись по бурому холму, поросшему довольно чахлой растительностью. Даниел как истинный руководитель шел первый, но вдруг он замер и напрягся, будто натянутая ветка. Джехар поднимался следующим: оказавшись на гребне, он как бы случайно толкнул руководителя плечом, но тот не двинулся с места, завороженно глядя в овраг.

– Не время отдыхать, братишка, – буркнул Джех и уже занес ногу, чтобы шагнуть, но Даниел неожиданно вцепился ему в руку.

– Постой, – хрипло прошептал он, указывая куда-то вниз.

Красноватое солнце причудливо золотило днище оврага, превращая примятые после смрадня колоски в жидкое золото, и в целом, картина выглядела прекрасно, но все же что-то было не так. Это неуловимое «не так» Джехар в первую секунду скорее нутром почувствовал, нежели увидел. В глазах как будто немного двоилось.

– Добром это не кончится, – тихо пробормотал Даниел, оборачиваясь к друзьям. – С песком что-то происходит. Боюсь, мы не сможем тут пройти.

– О чем ты вообще? – раздраженно проговорил Тод. – Я чувствую, нам надо идти через овраг по руслу засохшего ручья. Или мое чутье дома уже никого не волнует?

Артур с интересом осматривал холм, котором они стояли. Даниел был прав. На некотором отдалении от них песок как будто… Двигался? Шевелился, скручивался в кольца… Что же это такое? Мелкие вспучивающиеся веревки перемещались по холму, отчего создавалось странное противоестественное впечатление, будто овраг живет своей жизнью.