Виолетта Орлова – Последнее слово единорогов (страница 54)
Братец Пит беспомощно взглянул на Артура, ища в лице друга поддержки. Но тот и сам выглядел чрезмерно озабоченным. Раненая рука его была туго перевязана бинтом.
– Давайте скорее начинать! – воскликнул звездочет, убедившись, что все его будущие жертвы прибыли. – Раз уж решили поскорее покинуть Таровилль – то давайте сделаем это быстро. Впрочем, если не хотите – не буду вас отговаривать. Право же, зачем идти в такую даль прямо сейчас?
– Заканчивай свою канитель, – резко буркнул злой Джехар.
– Разве Таровилль пришелся вам не по душе? – с притворной озабоченностью поинтересовался звездочет.
– Скорее не по карману, – саркастически хмыкнул тот.
– Что ж, возвращайтесь, когда подзаработаете, – перевел все в шутку благообразный мужчина, а затем продолжил:
– Господа, вы готовы сыграть?
– Готовы, – ответил Даниел, впрочем, с некоторой нерешительностью в голосе.
– Тогда возьмите каждый по карте.
С этими словами звездочет заговорщицки протянул им невероятно красивую и живописную колоду. На рубашке каждой карты было изображено яркое звездное небо: черное с фиолетовыми и красными всполохами. А с лицевой стороны на ребят смотрели диковинные звери, птицы с огненными хвостами, двухголовые великаны и жуткие насекомые. Картинки были разные, и эмоции они вызывали прямо противоположные: от восхищения и умиления до омерзения и ужаса.
– А в чем, собственно, наша задача? – грубовато поинтересовался Питбуль, пытаясь за неучтивым тоном скрыть осклизлый страх, который с потом так и просачивался наружу.
– Ни в чем особенном. Просто прокомментируйте эти прекрасные ассоциативные карты. Мне нужно услышать от вас три ответа. Первое. Описать картинку общими словами. Второе. Видите ли вы себя на изображении? И наконец: что положительного и отрицательного вы читаете на рисунке? Вот и все. Затем сможете пройти к выходу.
– Не понимаю я цели игры, – шепотом проговорил Тин на ухо Даниелу.
– Цели вы устанавливаете себе сами. Карты помогут вам познать себя, свою сущность. Однако если они вдруг не помогут решить ваши проблемы, то обратитесь к профессиональному толкователю, у нас в городе как раз сыщется такой, – по-доброму улыбнулся звездочет, который оказался излишне острым на ухо. Полное лицо его, похожее на пышный румяный пирог, казалось весьма располагающим; сложно было вообразить, будто этот симпатичный человек в сущности плут и мошенник. – Раз уж вы первый спросили, начнем, пожалуй, с вас, – с этими словами мужчина обратился к Питбулю, отчего тот сильно вздрогнул, а лоб его сразу покрылся испариной. Подумать только, какая нелепица! Прокомментировать карты! Но на самом деле это было очень сложно, поскольку заставляло работать воображение, а Питбуль так боялся сказать глупость, что вообще сейчас ничего не соображал.
– А неправильного ответа ведь не будет? – промямлил он, отчаянно краснея.
Добрый мужчина покачал головой.
– У нас нет правильных и неправильных ответов, равно как нет хороших и плохих. Все как в жизни: нет ничего абсолютного, а лишь нечто вязкое посередине. Наши поступки не плохи, не хороши, а лишь таковы, каковыми мы их видим и представляем.
– Если бы в жизни все было так, как вы говорите, – насмешливо вмешался Артур, – то мы бы вообще сейчас не упоминали этих слов: плохой, хороший. Если бы все люди были слепы, мы бы считали слепоту нормой. Если бы не было абсолютного добра и зла, мы бы попросту не разглагольствовали столько на эти темы.
Полный человечек с откровенным удивлением покосился на Артура.
– Вы тоже сможете сказать. Разумеется, когда подойдет ваша очередь. Ну так что же? – последний вопрос был обращен к взмокшему Питбулю, который с откровенным ужасом пялился в свою карту. Ему решительно ничего не приходило в голову.
– Я вижу б-белое пятно… – начал он, от волнения начав заикаться.
– И ничего кроме? – уточнил мучитель, продолжая глядеть на него добрыми и все понимающими глазами.
– Не-ет. Два пятна! Два белых пятна! – радостно закончил Питбуль, невероятно гордый, что сам смог это определить.
– Видите ли вы себя на изображении?
– Нет… То есть, да… То есть, скорее нет, это же просто пятна. Человек не может быть пятном.
– Что положительного есть на карте? Отрицательного?
– Не знаю… Меня тошнит! – вдруг воскликнул бедняга, в сердцах откинув от себя карту, словно та обратилась в стухшего короеда.
– Спасибо за участие. Надеюсь, карты помогут вам, – только и произнес звездочет и кивнул на подбежавшего к ним веселого мальчика со свирелью в руках. – Он проводит вас к выходу.
– А мы не можем выйти все вместе? – поинтересовался Артур, но тот загадочно покачал головой.
– У каждого своя судьба… Следующий.
Следующей была Диана. Артур с напряжением наблюдал за подругой. Он совершенно не доверял этому городу, не доверял и его жителям.
– На моей карте… изображены два влюбленных лисенка, – задумчиво произнесла девушка, с интересом разглядывая картинку. – Между ними сердечки. Лис веселый и беззаботный, но он куда-то уходит. Лисица смотрит ему вслед, мордочка у нее грустная, из глаз текут слезы. Мне кажется… Она боится потерять возлюбленного. И это… Очень грустно. Ничего хорошего я здесь не вижу.
– Видите ли вы себя на карте?
– Нет, – излишне резко отозвалась кагилуанка, решительно отстранив от себя карту.
К ним вновь подбежал тот же самый мальчик со свирелью, который минуту назад сопроводил Питбуля. Лицо у него было раскрасневшимся от бега, а белая тога от пота прилипла к спине.
– Пойдемте, госпожа, – с забавной манерностью произнес юный кавалер и молодцевато шаркнул ножкой.
– Ждите нас снаружи, – предупредил подругу Артур. На душе короеды скребли. Но разве было из-за чего волноваться? Конечно, они станут ждать снаружи, куда им еще деться… Но все же крылось во всей этой ситуации нечто странное. Игра… Что за нелепость?
Очередь Тина.
– А можно я? – спросил Артур, провожая Диану взволнованным взглядом.
– Так не терпится узнать свою судьбу? – мерзко хихикнул звездочет и махнул рукой:
– А, валет с вами. Почему бы и не вы?
Торопясь, Артур выхватил у подозрительного звездочета карту.
Она оказалась черной, без единого изображения. Глядя на нее, юноша невольно сглотнул. Прям как его будущее: неопределенное и тягуче-мрачное. Он сразу вспомнил Теней. Коварная Сури… Жестокий Киль… Злобный Дух Доргейма, который так и не захотел показать себя.
– На карте н-нет ничего, все черное, – дрогнувшим голосом произнес клипсянин. Неужели он настолько впечатлительный, что и его бросает в дрожь от этой чепухи?
– Видите ли вы…
– Нет.
– Что ж, тогда прощайте. Пусть судьба благоволит к вам.
Артур во всю прыть кинулся за Дианой, даже не дождавшись того самого мальчика со свирелью. Таким образом, он не узнал, какие карты достались его друзьям; впрочем, это его сейчас не волновало.
Северные ворота были обрамлены двумя монструозными башнями с зубчатыми бойницами. Стены крепости были покатыми и совершенно белыми. Артур прошел мимо башен, миновал ворота и очутился за пределами Таровилля. Тут же он к своему великому облегчению увидел Диану и Питбуля, которые спокойно ждали остальных в тени платанового дерева.
– А как же игра? – у них и вместе с тем у самого себя озадаченно поинтересовался Артур.
– Мы же сыграли в карты, – отозвалась Диана. – Не знаю, как вам, но мне показалось это совершенной чушью.
– Я рад, что мы так легко отделались, – подытожил Питбуль, у которого лицо все еще казалось бледным. – Так уж я трухнул из-за этой игры… Думал, будут сейчас вопросы задавать на смекалку. А у меня ее того… Нету.
– Странно. Почему тогда Ранди предупреждала нас? В любом случае, чем быстрее мы уйдем, тем лучше, – заметил Артур, подойдя ближе к Диане. В ее присутствии он совершенно терял голову. Еще в городе девушка переоблачилась в обтягивающие походные брюки и приталенную рубашку телесного цвета с легкомысленным вырезом на груди. Юноша неловко сглотнул, стараясь не смотреть туда, куда ему так хотелось.
Постепенно все ребята покинули негостеприимный Таровилль, овеянный предсказаниями оракулов и звездочетов, рецептами целителей и лжецов. Их первой реакцией тоже было недоумение: впрочем, никто не расстроился. Да и чего унывать, когда солнце светило так ярко, а перед путниками уже не было никаких преград, только манящие величавые горы с алебастровыми вершинами. Неужели они осилят восхождение, будучи совсем неопытными? Но Артур верил, что чувство дома, которым был наделен Тод, не подведет.
Весело переговариваясь, ребята с облегчением оставляли монструозные ворота странного города. Хорошо, что они повстречались с Ранди, хоть в начале встреча оказалась не слишком удачной.
– Куда идем, Тод? – поинтересовался у беруанца Артур. Тот лишь язвительно хмыкнул.
– Куда короеды глядят, дружище. Но если ты про чувство дома, то оно ведет меня прямо.
В принципе, прямой путь обычно самый удобный и короткий, но не на сей раз. Ребята пересекали поля, изрезанные глубокими бороздами, что существенно затрудняло продвижение. Одно дело – неторопливо прогуливаться, наслаждаясь теплой оюньской погодой и совсем другое – как заяц скакать с кочки на кочку. Угодья были засажены кукурузой, которая была высокой и совершенно засохшей. Ребята почти терялись в ее густых зарослях. Лишь Питбуль горделиво возвышался над товарищами и с высоты важно обозревал окрестности. Он был невероятно доволен собой, ибо с честью прошел игру и не сплоховал. Пусть он, конечно, довольно невнятно объяснил значение карт – и что с того? Он ведь не толкователь.