Виктория Волкова – Его отец. Выжить после развода (страница 40)

— Как? — только и могу вымолвить. Цепляюсь пальцами за подлокотник дивана. Смотрю куда-то сквозь стену. И ничего не понимаю.

Они же враги.

Выходит, Женя…

— У меня не было другого выхода, малыш, — вкрадчиво поясняет Бобров. — Я тебя люблю очень. Ты мое слабое место, роднуля. Поэтому береги себя.

— Хорошо, я постараюсь, — выговариваю с трудом. В голове зреет уйма вопросов. Как их не задать и не сойти с ума? Не представляю.

Закончив разговор, возвращаюсь к Дарье, играющей с медведем на нашей кровати.

— Миську нужно спать улёзить, — причитает она, качая маленького плюшевого медведя.

— А Дашу? — улыбаюсь я.

— Пойдем гуять? — поднимает на меня огромные карие глазища.

— После обеда мы поедем в гости, — объясняю ребенку, хотя сама ничего не понимаю.

Но после утреннего инцидента с куклой от Проскурина и змей жду любой пакости. И когда в домофон звонит Адам, выдыхаю.

— Бобер попросил, — начинает он с порога. Морщится. И до меня только сейчас доходит, как тяжело было Жене переступить через собственные принципы и убеждения. И попросить человека, которого ненавидишь всю жизнь.

— Да, он звонил, — киваю я и тут же получаю язвительный смешок.

— Он там на курорте?

— В больнице, — глотаю вязкий ком, перекрывший горло.

— Что произошло? — напрягается Адам. Куда-то прочь уходит ленивая расслабленность, уступая место настороженности.

— Не знаю. Он не говорит. Отшучивается, — пожимаю плечами.

— Если шутит, значит, нормально все, — улыбается Адам, тормозя у двери. — Сонь, собирайтесь. Ксения, вы тоже. Времени мало. Проскурин что-то затевает. Поэтому нам лучше убраться побыстрее. У меня вы точно будете в полной безопасности. Сдам вас Бобру, как он откинется… Выйдет, то есть, — поправляется Нарейко.

А я укладываю в сумку Дашкины вещички. Обвожу тоскливым взглядом свою студию. Только же обжилась! И опять куда-то переезжать…

Куда?

Вопрос рвется с языка. Женя ничего не говорил. Видимо, не хотел по телефону, или сам не знал. А спрашивать у Адама я стесняюсь. Видимо, отвезет нас к себе на квартиру или на дачу в пригород.

Но центр города сменяется окраиной, а затем позади остается МКАД. Тревожно оглядываюсь по сторонам.

— Куда мы едем, Адам Николаевич?

— Ко мне, — коротко бросает он, повернувшись с переднего пассажирского сиденья. Сзади не отстает его охрана. Рядом со мной сидит вздернутая как струна Ксения, а на руках спит сладким сном Дашка.

«Интересно, от чего мы сбежали? Что готовил Проскурин? Похищение? Только зачем ему чужой ребенок?» — думаю я, целуя малышку в лоб.

Сквозь сон дочка вертится, и я шепчу еле слышно.

— Шшшш… Спи, спи…

— У меня дом за городом, — улыбается мне Адам. — Там сейчас гостит мой племянник с матерью, — роняет он небрежно. — Детям будет веселее вместе. И я ответственно заявляю, Сонечка. Вы будете в полной безопасности. Муха не проскочит…

— Только танк, — еле слышно откликается Ксения и тут же отхватывает от Адама.

— Сейчас высажу. Будешь сама в город добираться, если такая умная.

Отвожу взгляд. Прикусываю губу. Выходит, Адам Нарейко не такой уж вежливый и правильный, как кажется на первый взгляд. Тоже делит людей на первый и второй сорт.

Противно.

— Тогда мы выйдем вместе с Ксенией, — заявляю твердо.

— Извините, — кивает Адам нам обеим и отворачивается недовольный. А Ксения лишь на мгновение сжимает мою руку чуть повыше локтя и тихо шепчет «Спасибо!».

Машина сворачивает с трассы, летит вдоль темнеющих вдоль дороги полей и въезжает на закрытую территорию. На КПП нас радостно приветствуют. А черный мерседес Адама мчит мимо ухоженных зеленых газонов, проезжает мимо поля для гольфа и тормозит около большого дома, похожего на усадьбу.

— Приехали, — весело сообщает Адам. Выходит из машины первым. Ждет, пока прислуга откроет мне дверцу, и ведет в свой дворец.

— Тебе понравится, Сонечка, — улыбается он, входя в просторный и светлый холл. Поднимаю голову к люстре, спускающейся сверху водопадом светильников, перевожу взгляд на стены, украшенные лепниной и картинами. И пытаюсь сдержать вздох разочарования.

Дом очень похож на имение Бобровых. Будто один архитектор строил, и тот же дизайнер обставлял интерьер. Скучно, ребята. Скучно.

— Адам! — слышится со стороны требовательный девичий голос.

— Здравствуйте, — на автомате киваю заплаканной блондинке. Но она словно смотрит сквозь меня и требует ответа от Адама.

— А, привет! — поспешно вскидывается он и поворачивается ко мне. — Знакомьтесь. София Боброва — невеста моего старшего брата. Алена Нарейко — вдова младшего, — всплескивает он руками.

— Я вообще-то Сарматова, — одаряет его больным взглядом девушка и улыбается спящей у меня на руках Дашке. — А это кто тут у нас?

— Даша, — сообщаю тихонечко.

— А у нас Леша. Тоже сейчас спит, — сообщает Алена и кивает добродушно. — Надеюсь, мы подружимся.

Глава 53

«Странная была идея!» — меряю камеру шагами. — «И какого хера я позвонил Адаму? Наверняка он глаз положил на мою Соню.

Подбить бы ему оба глаза, чтобы не засматривался. А я тоже хорош. Расслабился тут. Нашел кому доверить.

Баран, блин…

Козла пустил в огород. А вернее, лично подвез ему капусту.

Сжимаю кулаки от бессильной ревности. Стискиваю зубы до скрежета.

Представляю Соню в объятиях Нарейко и прихожу в бешенство.

— Игорь, — звоню Кольцову. — Где там мои? Твоя девочка отзвонилась?

— Да, нормально все. Вовремя вывезли. Тут движняк пошел, Катран. Инна с Александрой заявились. С ними полиция и съемочная группа…

«Совсем охренели бабы!» — думаю, ощерившись. Совсем берега попутали. Наверняка Инна в курсе Петькиных маклей. Накрутила мать. А той много не надо.

— Слава богу, успели, — вздыхаю я. И до конца не могу понять, почему мои самые близкие люди третируют мою любимую женщину. Чего добиваются? Зачем? Я же выйду, восстановлю статус-кво.

— Вот что, Игорь… — размышляю вслух. — Дом в Заречном помнишь? Приставь туда охрану, пожалуйста. Никто не должен войти. Особенно Петя Проскурин.

— Может, сигнализацию установить? — ехидно поддевает Кольцов. Я его понимаю. Людей и так в обрез, а тут еще я со своими хотелками.

— Сигнализацию вырубить можно, а твоих людей — навряд ли, — огрызаюсь в ответ. Скорее всего, Петя решит сбежать из страны и перед самым отъездом вскроет тайник. А там вся неучтенка хранится! Бабки, золото, брюлики. Все, что удалось спрятать от конфискации.

Ключ ему, положим, Рем не отдаст, но сейфы взломать можно. Да кто узнает. Свидетелей нет, а я в суд не пойду. Поэтому охрана — самое милое дело.

— А знаешь, — чешу затылок. — Ты ключи от дома у Бабая забери. У него они есть. Новые. Скажи… ммм… — придумываю причину повесомей. — Скажи, я велел ремонт сделать…

— Так он прискочит сам с ключами. Что там у тебя? Клад зарыт? — смеется в трубку Кольцов.

— Золото, бриллианты, — шучу с интонацией Никулина и добавляю нехотя. — Я этот дом Дарье отписал. Вот теперь там действительно ремонт нужно сделать и выставить на продажу…

— Кого ты лечишь, братан? — смеется Игорь. — Мне по барабану, что там у тебя. Лишь бы ты деньги платил. Мой бизнес только на тебе и держится…

— Не прибедняйся, — ухмыляюсь криво. — Лучше скажи, что твоя Ксения докладывает. Как там мои?

— Сам ей напиши. Я сейчас номер скину. Она отчиталась, что все в порядке. А подробности меня не интересуют.