Виктория Вишневская – Близнецы от бывшего мужа. Душа на разрыв (страница 47)
Он же пристёгнут? Должен быть!
Слегка успокаиваюсь, заметив, что Демьян протягивает к нему руку, придерживая и оглядываясь по сторонам, по иллюминаторам.
И что это было?..
По салону разлетается успокаивающий голос стюардессы, что мы попали в небольшую турбулентность.
Фух… Рада, что это она, а не отвалившееся крыло или отказавший двигатель.
— Ой, — летит от Костика. Он отделался лёгким испугом, а вот Саша… чуть не плачет. Дёргает за ремешок, просит отстегнуть его.
— Малыш, всё нормально, — подаюсь вперёд, пытаюсь его успокоить. Глупый стол! Кто его вообще придумал?!
Не успеваю отстегнуться, как на светлую макушку опускается большая мужская ладонь. Демьян пытается успокоить его поглаживаниями и улыбкой, но вряд ли у него получится. У Саши и так с ним взаимоотношения не очень.
— Пойдёшь ко мне на руки? — вдруг спрашивает Ярцев. Вижу быстрый кивок от Саши. И когда мужчина расстегает ремень, сынок быстро переползает к своему отцу на колени и обнимает его за шею, буквально вцепившись в неё.
— А если ещё раз качнёт? — сглатываю.
— Удержу, — уверенно кивает.
Саша отлипает от него. И напрягшись, долго-долго смотрит мужчине в лицо.
Чего это с ним?
Сам не верит, что принял помощь от своего врага?
Не знаю, но мой мальчик так надолго замер, что Демьян переводит взгляд на меня. Дёргает головой и хмурится, молчаливо спрашивая, почему мой сын вцепился в его футболку ладонями и так внимательно разглядывает его.
А я не знаю. Даже не вижу выражения его лица. Что там? Хочет заплакать, но боится? Или готовится укусить Ярцева за нос?
Но замечаю, как Сашка неожиданно улыбается. Подаётся вперёд, припадая к шее Демьяна и зарываясь в неё носиком.
И приоткрывает губы, отчего моё сердце замирает, а маленький молчун неожиданно перестаёт им быть, выдыхая единственное слово:
— Па…
*** Папа — это опора. Человек, за которым ты сможешь спрятаться. И он не даст тебя в обиду. С ним не страшно, не чувствуешь тревоги. Потому что папа всегда защитит своих деток.
Глава 38
Станислава Мне показалось, или Саша и правда что-то сказал? Да быть этого не может!
Но судя по удивлённому лицу Демьяна, он тоже слышал.
И, словно в доказательство, Саша, вкусно причмокивая, повторяет довольно ещё раз.
— Па-па…
Заговорил!
Отстегиваю ремень, подаюсь вперёд, упираясь ладонями в столик, и радостно прислушиваюсь ещё раз.
— Тебе не показалось, — как в трансе мотает головой Демьян. — Он назвал меня…
Замолкает.
— Я слышала, — говорю в шоке. — Папой.
Но они не знают, кто их отец! Да и это меня волнует сейчас меньше всего на свете!
— О, Саса! Скасаль! — радуется вместе с нами за братика Костя. — Тепень не путя скусно!
Да-да-да!
— Скорее всего, это из-за того, что недавно я объясняла им, кто такой «папа», — спохватившись, объясняю, почему Саша так сказал. Может, я бы давно сказала, что ты, болван, их отец, но моя обида на тебя стала только сильнее.
И пока не остыну — решения своего не поменяю.
Хотя на радостях готова сделать всё что угодно.
Проблемы и беды последних дней моментально улетучиваются, и я готова улыбаться от радости, как умалишённая.
— И как объяснила? — выгибая бровь, спрашивает Демьян. Уверена, у него есть версия, и явно не для детских ушей.
— Тот, с кем не страшно, не чувствуешь тревоги, кто всегда защитит, — важно отвечаю.
— Размыто, — хмыкает.
— В контексте нормально!
— Темян похось на папу, — голосит Костик сбоку. А Саша, кажется, не собирается отлипать от своего защитника, с которым он не испытывает страха.
Капец. Даже ребёнок допер, кто их отец.
А Ярцев, у которого явно соль или перец в глазах — не заметил очевидного сходства.
Да плевать!
Мой сыночек заговорил! Да я напьюсь вхлам на этот Новый год!
— Зай, скажи ещё раз, — прошу его.
Отмалчивается, прикрыв глазки и притворившись, что спит.
Ну, ничего, я тебя разболтаю!
На секунду замечаю взгляд Демьяна на своих губах. И он на мгновение пугает. Неужели увидел ранку?
И только сейчас до меня доходит, в какой близости мы находимся.
Отпрянув, делаю вид, что всё нормально. Кашляю в кулак и, прикрыв глаза, задираю подбородок.
Неловко получилось.
— Извини, сегодня первый раз, когда он заговорил. Я не заметила, что нарушила зону твоего комфорта.
— Забей, — говорит отчего-то грубо. Взбесился?
И несмотря на это, не могу перестать счастливо вести себя. Умиляюсь этим двоим. Да и у Кости радости полные штаны. Уже просит дать мою книжку Саше, чтобы тот прочитал её вслух.
И всё равно, что его брат-близнец ещё не научился читать, так же как и он.
— Что у тебя с рукой? — решаю спросить. Любопытство выше обиды.
— Хм, — смотрит на перебинтованную ладонь. Если присмотреться — крови стало больше.
Забавно… У меня губа, а у него костяшки.
— Может, аптечку попросить? — подрываюсь с места и ищу стюардессу.
— Успокойся, — кривится. — Мы скоро приземлимся. Тогда и перевяжу.
Ну, конечно! Мужики как всегда.
— Так что случилось?
— У одного человека сломалась машина, я ему помогал, — отвечает без интереса, с некоторым раздражением.