Виктория Вестич – Жена по контракту (страница 16)

— Кстати, о няне. Нам нужно поговорить. И раз уж у тебя выдался свободный вечер…

— Не свободный. Я же говорю, я собралась поехать к Демиду.

— Тебя туда все равно не пустят и придется ждать утра. Так что я приеду, и мы закончим наш разговор.

— Нет! — тут же отрезаю резко.

Я не против разговора, потому что поговорить с Костей все равно придется. Он не оставит просто так эту ситуацию. Но меньше всего хотелось обсуждать нашего ребенка, зная, что абсолютно каждое слово слышит либо Клим, либо кто-нибудь из его верных псов вроде Егора.

— Соня, — в голосе Лютого появляются рычащие нотки, и я понимаю, что он теряет терпение.

— Давай лучше я приеду к тебе? — тороплюсь предложить я, — Или, может, сходим в ресторан? Вместе поужинаем и все обсудим.

Сейчас я готова ехать куда угодно, лишь бы не говорить в доме, напичканном кучей прослушек.

— Твой муж в реанимации, а ты зовешь меня на свидание? — с черным сарказмом фыркает в трубку Лютый.

— Не смешно ни черта, Костя, — отрезаю мрачно.

— Ладно. Я пришлю за тобой машину.

— Лучше я сама. У нас с Демидом есть и машина, и водитель тоже. Так что меня доставят, куда нужно.

— Хорошо, как хочешь. Но ехать придется по другому адресу. Сейчас скину в сообщении.

Через минуту я уже вбиваю адрес в поисковую строку, чтобы понять, где это вообще находится. На карте обозначается незнакомая для меня часть города. Интересно, неужели Лютый перебрался жить в город из своего особняка?

Татьяна Сергеевна соглашается посидеть с Тимуром не сразу, лишь после того, как я обещаю ей оплату по тройному тарифу, она с явной неохотой говорит, что приедет через сорок минут. Я ее прекрасно понимаю: никто не захочет связываться со странной мамашей, ребенка которой похищают суровые люди бандитской наружности. Но я не хочу оставлять Тимура ни с кем, кроме нее. Чужой человек сейчас вызывает больше доверия, чем те, с кем я практически живу бок о бок вот уже два года.

Как только няня приезжает, я захожу на всякий случай проверить Тимура в детскую и, удостоверившись, что он сладко посапывает в кроватке, уезжаю. Семен не задает лишних вопросов, просто молча везет по нужному адресу. Приходится немного постоять в пробке, так что к новому району элитной застройки мы подъезжаем уже когда сумерки заметно сгущаются.

— Вас подождать здесь? — спрашивает Семен и я коротко киваю вместо ответа.

Выбираюсь из салона и шагаю к подъезду, не оглядываясь по сторонам. Консьерж первым делом спрашивает, в какую я квартиру и когда слышит цифру, провожает к одному из лифтов. Уж не знаю, может Лютый себе весь этаж с отдельным лифтом прикупил, или тут так заведено?

Я даже не успеваю волосы толком поправить, глядя в зеркало, как оказываюсь на пятнадцатом этаже. Необъяснимый мандраж, который появился еще при выезде из дома, только усиливается, когда я жму на кнопку звонка.

Дверь распахивается почти сразу. Костя в легком свитере на голое тело — взгляд поневоле выхватывает, как тонкая ткань обрисовывает мышцы — и джинсах. Выглядит совсем по-домашнему. Непривычно.

— Привет. Входи, — тут же отступает он в сторону, чтобы пропустить меня внутрь.

— Привет, — улыбаюсь слабо, быстро скидывая туфли и устанавливая сумку на журнальный столик рядом, — Ты один?

— А кого ты еще ожидаешь увидеть?

— Ну у тебя же есть, — замолкаю, стараясь подобрать подходящее слово, — эмм… девушка. Алиса.

Одно воспоминание о красотке вызывает изжогу и хочется поморщиться от омерзения. Особенно когда на губах Лютого проступает ленивая ухмылка:

— А, ты о ней. Ну-у… ее здесь нет.

«И на том спасибо» — хочется съязвить в ответ, но я не успеваю ничего ответить — Костя разворачивается и направляется вглубь квартиры. И мне, хочешь-не хочешь, приходится идти следом, чтобы не потеряться.

— Ты ужинала сегодня?

Этот вопрос ставит меня в тупик. Меньше всего я ожидаю услышать именно его, учитывая, для какой цели Лютый пригласил к себе. Разговор намечается тяжелый — я понимаю это умом, но напряжения между нами не чувствуется. Вот нет его и все. Может Костя, конечно, хорошо маскирует эмоции, но мне он кажется таким расслабленным и спокойным, словно мы и правда встретились, чтобы просто поужинать. Как старые друзья — обсудить новости, как жили, какие планы.

Только вот друзьями мы не были никогда.

— Немного перекусила вместе с Тимуром, — отвечаю я, останавливаясь посреди кухни и потирая предплечье, чтобы скрыть неловкость, — Мы стараемся всегда есть вместе.

Обстановка на кухне кажется совсем не обжитой. Ваза для фруктов пуста, нигде нет предметов, которые бы намекали, что здесь постоянно бывают люди. Может, Костя только недавно квартиру эту купил или просто бывает нечасто, потому что даже техники толком нет, кроме, разве что, варочной поверхности и холодильника.

— У меня есть паста с соусом. Поужинаешь со мной? — интересуется Лютый вполоборота, выкладывая еду из сковороды на тарелку.

— Можно, — соглашаюсь я. Просто потому, что неудобно будет сидеть без тарелки и наблюдать за его трапезой. А так хоть сделаю вид, что ем.

Сажусь за барную стойку и чуть улыбаюсь, чтобы поддержать беседу:

— Сам готовил?

— Нет, конечно, — хмыкает Лютый, — у меня не настолько много времени, чтобы тратить его еще и на готовку.

— Решаешь важные дела? — поддеваю я, стараясь сохранить веселый тон.

— Решаю, мелкая.

По коже пробегают мурашки, и я бросаю на него беглый взгляд. Кажется, что он специально так меня назвал, но Лютый, похоже, произносит это прозвище на автомате, даже не замечая этого. Он ставит на столешницу две тарелки, кладет приборы и садится напротив.

Слишком близко. И почему здесь нет обычного обеденного стола, черт?

— Вина?

Отрицательно качаю головой и поспешно опускаю взгляд в тарелку.

— Тогда приятного аппетита.

— Спасибо. И тебе, — говорю сдавленно.

Есть совсем не хочется. Но я буквально кожей ощущаю на себе внимание Лютого и мне кажется, что он вообще глаз не отводит. Иначе почему у меня даже кончики пальцев покалывает, словно от небольших разрядов тока? Как на самом деле, я не знаю, потому что слишком страшно поднять голову. Поэтому я усиленно наматываю макаронину на вилку и отправляю в рот, повторяя так раз за разом.

— Ты хотела поговорить не у себя дома. Почему?

Вот теперь глаза приходится поднять. Я пожимаю плечами и нервно улыбаюсь:

— Странный вопрос. Может просто так?

— Хочешь сказать, соскучилась? — усмехается Лютый.

Его тон шутливый, дружеский, но глаза… он впивается в меня острым взглядом, будто в самую душу старается заглянуть. Воздух между нами сгущается, и я пытаюсь перевести разговор в менее опасную плоскость.

— Ну на самом деле я вижу тебя каждый день.

— Фото под подушкой хранишь? — иронизирует Костя.

— Тимур на тебя похож.

Молчание, повисшее между нами, такое осязаемое, что кажется, что его можно нарезать ножом. Лютый моментально становится серьезным, даже в тоне голоса больше не слышится показной веселости.

— Телефон с собой?

— В сумке оставила в прихожей.

— Думаешь, тебя прослушивают?

Я пожимаю плечами, но смотрю на него выразительным взглядом. Костя понимает меня без слов.

— Так о чем ты хотел поговорить? — спрашиваю осторожно.

Даже не верится, что всего несколько часов назад Лютый держал меня за горло и, если вспомнить выражение его лица, убить готов был голыми руками. А потом помог своему, по сути, врагу и меня на ужин позвал. И вел себя сейчас более чем спокойно, что и настораживало. Я знаю, какой у Лютого взрывной характер и поэтому не понимаю, чего от него ждать сейчас. Не сказать, что я его боюсь, но… я теперь не одна. Каждый знает, куда можно с успехом надавить — Тим.

— Я хочу познакомиться с сыном.

Застываю на месте, не сразу решаясь снова поднять голову и встретиться взглядом с мужчиной.

— Ты… — переспрашиваю.

Лютый перебивает: