Виктория Вера – Служанка для прокаженного лорда (страница 15)
Пожалуй, так будет надёжнее.
— Не нужно, Моран, мне уже лучше, — уставший голос лорда. — Дальше справлюсь сам.
Тяжёлые шаги всё ближе.
— Уверены?
— Слишком рано списываешь меня со счетов, — без тени иронии.
— А вы бы, господин, побольше отдыхали, а не по лесам бегали.
Хлопает дверь, и звуки голосов становятся тише.
— Мне не нравится, что люди герцога околачиваются вокруг замка. Вынюхивают, высматривают. Тень чует их и рычит.
— Может, стоит позволить Тени слегка припугнуть их?
— Нет. Пусть лучше обходит стороной. Не хочу, чтобы кто-то из этих тварей всадил в Тень арбалетную стрелу… что это?
— Что именно? — не сразу отзывается Моран. — А, вы про корзину? Наверное, эта девица принесла. Не сидится ей на месте, но, согласитесь, чистые повязки будут сейчас очень кстати. Можно не рвать хорошие простыни, не так уж их много осталось...
Становится приятно. Выходи, не такая уж я “бесполезная”.
Мне бы хотелось услышать хоть короткое “спасибо” и от самого лорда, но вместо слов слышится плеск воды.
— Может, всё-таки оставить её? — тишина прерывается робким вопросом Морана.
Замираю, превращаясь в слух. Моран же обо мне спрашивает?
— Нет. Ей здесь нечего делать.
— Она приходила ко мне сегодня. Сказала, что хочет остаться.
Молчание.
— Ещё сказала, что сама хотела бы готовить и закупать продукты… — после некоторой паузы продолжает Моран. — Она подозревает Фарие в том, что та ворует, нарочно закупая самые дешёвые продукты.
— Девчонка недалека от истины, — тяжёлый голос сквозь надсадное дыхание.
— Как?
— Фарие ворует. Таскает из замка какие-то мелочи и отдаёт этому проходимцу, что привозит еду и выкупает у нас по бросовой цене довольно ценные вещички.
— И вы ей позволяете? — в голосе Морана замешательство.
— Позволяю. Считаю это небольшой прибавкой к её скромному жалованью. Наградой, за то, что оказалась смелее других и продержалась так долго.
— Не так уж трудно продержаться, когда не делаешь и половины обязанностей… эта селянка за несколько дней переделала то, до чего у Фарие уже долгое время не доходили руки.
— Снова защищаешь её? — холодный голос лорда.
— Соскучился по нормальной стряпне, — вздыхает.
— Хорошо, пусть готовит, пока находится здесь. Только пусть сама же при Фарие еду пробует.
— Думаете, её могли заслать, чтобы отравить вас?
— Могли. Меня бы это даже не удивило. Хотя после того балагана, что устроили здесь жители деревни, я склонен считать, что девчонка прибежала сама. Но, ты же понимаешь, Моран, что я уже ничему и никому не доверяю, — пауза и плеск воды. — И не смотри так на меня, Фарие я тоже не верю, но, как видишь… она уже здесь давно, а я до сих пор жив.
— Хм… резонно.
—Сссшш… — сдавленный мужской стон.
— Больно? Простите, господин. Мои руки уже не те.
— Всё хорошо, Моран, — хрипло и устало. — Не обращай внимания.
— Меня беспокоит, что кровопускание не помогает. Надеюсь, господин, этот новый лекарь хоть чем-то сможет помочь.
— Ты сам в это не веришь, Моран.
— Верю или нет, а всё равно считаю, что нужно продолжать пробовать.
— Эти пробы слишком дорого обходятся. Если бы не нужно было откладывать деньги на всяких шарлатанов, то смогли бы заполнить кладовую хорошими продуктами.
— Вот только эти продукты не спасли бы вас на том свете, господин.
Глава 14. Кейн Кордэйн
Сегодня лестница в башню кажется мне особенно длинной.
Слишком много ступеней и слишком часто приходится останавливаться, чтобы дать телу отдых. К ночи всегда так. Словно демоны тьмы выбираются, чтобы терзать моё тело.
Подхожу к постели и тяжело опускаюсь на край. Закрываю глаза, восстанавливая дыхание.
Ненавижу это. Лучше сдохнуть, чем жить в таком теле.
Возможно, для меня это был бы лучший выход. Единственное, что меня держит — нежелание доставлять своей смертью удовольствие ублюдочному братцу короля.
— Хозяин, ваш ужин, — Фарие заносит поднос, на котором стоит привычная миска с похлёбкой.
В последнее время я плохо чувствую вкус еды, но запахи… запахи я ощущаю хорошо и сейчас задумываюсь, что Моран, пожалуй, был прав, когда говорил о том, что хочется отведать чего-то получше надоевшей похлёбки.
С другой стороны… как бы Фарие ни готовила, но только она до сих пор не попыталась подсунуть мне в пищу отраву. Так что, не в том я положении, чтобы жаловаться. Жив и ладно.
— Спасибо, Фарие.
— Ещё что-то нужно, хозяин?
— Нет… хотя постой. Пусть завтра еду готовит эта селянка, только проследи, чтобы она при тебе сама попробовала готовую похлёбку.
— Как скажете, господин, — на лице Фарие ничего не отражается, но в тоне её голоса проскальзывают нотки неудовольствия. — Ещё что-то?
— Нет, можешь идти.
Она быстро кланяется и без лишних слов исчезает за дверью.
Оставшись в одиночестве, скидываю капюшон и развязываю плащ.
И всё-таки я солгу, если скажу, что за последние дни не заметил изменений.
Даже не чувствуя вкуса еды, мне приятнее есть из начищенной до скрипа посуды. А сегодня ночью я спал на белье, которое источало тонкий горьковатый аромат… и ещё эта дурацкая корзинка со сложенными ровными рядами повязками.
Уверен, что Фарие ничего девчонке не говорила. Значит, она догадалась сама.
Слишком внимательная.
Пока её не было, в замке было гораздо спокойнее. Теперь же я постоянно борюсь с желанием её найти.
Чувствую раздражение.
С губ слетает горькая усмешка.