Виктория Вера – Магазинчик грешницы. Забудь меня… если сможешь (страница 47)
Паника сводит внутренности и позволяет чёрной воде лишать меня остатков дыхания.
Мне кажется, я слышу своё имя, но это больше похоже на бред воспалённого страхом разума.
Едва не вдыхаю воду. Пытаюсь откашляться и ухватиться за ветки склонённого к реке дерева, но тонкие прутья выскальзывают из непослушных пальцев, оставляя на память болезненные царапины…
— Держись, моя маленькая, — надломленный полушепот и жесткая рука, которая обхватывает меня, утягивая за собой. — Только дыши, слышишь?.. Дыши…
Его голос проникает в сознание.
Спирает грудь и царапает горло.
Вцепляюсь в обхватившую меня руку, боясь, что она исчезнет, боясь, что всё это фантазия уставшего разума.
Рэйн…
— Я не отпущу тебя, моя хорошая, — его дыхание обжигает висок. — Никогда не отпущу.
Такой желанный. И такой бесконечно чужой.
Глава 35
Её тело кажется таким хрупким и слишком холодным.
Как она вообще смогла так долго продержаться в воде?
Новая волна страха опутывает мысли и ядом сочится по венам.
А если бы я не заметил в сгустившейся темноте вынырнувшую из чёрных вод голову?… Вынырнувшую и практически сразу скрывшуюся за изгибом реки…
Чувствую, как тонкие пальцы крепко вцепляются в мою руку.
Как будто я могу отпустить…
Напряжённо вглядываюсь в берега, озарённые тусклыми лучами ночного светила.
Я тороплюсь. Нужно немедленно вытащить из реки Лоривьеву. Тем более, под нами всё чаще проскальзывают больше валуны. Значит, уже недалеко до опасных речных порогов.
Несколько больших гребков и мне удаётся схватиться за торчащий над водой толстый корень дерева.
Подтягиваю нас вплотную к невысокой, но почти отвесной стене берега.
Вода обтекает нас, пытаясь уволочь за собой дальше, но я сильнее прижимаю Лоривьеву и рывком перехватываю соседние корни, чтобы добраться до камня, вершина которого едва выглядывает из вод реки.
— Лори, послушай… — пытаюсь перевести дыхание. — Мы можем здесь выбраться наверх, но для этого тебе нужно забраться на этот камень.
— Я с-смогу… з-здесь н-не сложно, — уверенно сипит и закидывает руку на каменную поверхность.
Не могу представить, чтобы кто-то из леди в подобной ситуации пытался сохранить спокойствие… но именно это и делает Лоривьева… в который раз доказывая, что я ничего о ней знаю.
Подсаживаю её, помогая выбраться.
С этого камня до верха чуть больше человеческого роста, и я радуюсь близкой победе. Пытаюсь подняться, придерживаясь за каменно-землянистую стену… но ноги неожиданно подводят меня, не слушаются, скользят, вынуждая опуститься на колени.
— Погоди, моя маленькая, — Рэйнхарт выбирается следом.
На нём распахнутый камзол с серебрянной вышивкой, и я не понимаю, как ему удалось так уверенно плыть в нём.
Рэйнхарт подхватывает меня за талию и рывком поднимает так, что теперь мне не составляет труда выбраться на поверхность.
На твёрдую, покрытую влажной травой, поверхность.
Жадно вдыхаю запах осенней земли и переворачиваюсь на спину, пытаясь восстановить дыхание. Чувствую, как от облегчения солёная влага чертит по вискам горячие дорожки.
Рэйнхарт выбирается следом, поднимается на ноги и осматривается.
Над головой раздаётся его короткий пронзительный свист.
Хочу спросить его, что он делает, но всё, на что меня хватает — лишь устало прикрыть глаза и попытаться подтянуть к груди колени.
Пока я была в воде, тело практически привыкло к холоду, но теперь, оказавшись на воздухе, не могу остановить сковывающий каждую мышцу озноб.
Надо мной нависает встревоженное лицо Рэйнхарта. Он судорожно убирает с моего лица мокрые пряди волос.
— Маленькая моя, — гладит кончиками пальцев мои скулы, стирает влажные дорожки слёз. — Я боялся, что потерял тебя.
Ложится рядом, притягивая меня к своему телу.
— Иди ко мне, — шепотом сквозь надсадное дыхание. — Всё будет хорошо, слышишь?
Киваю, потому что сейчас больше всего на свете хочу довериться этому шепоту. Хотя «всё хорошо» и моя жизнь — никогда не стояли рядом.
Рэйнхарт сжимает меня ещё крепче, а я позволяю себе щекой прислониться к его груди.
Сквозь тонкую влажную ткань рубашки чувствуются сильные удары сердца.
— Лори, что там произошло?
Коротко и сбивчиво объясняю ситуацию, чувствуя, как напрягается и без того напряжённое тело.
Не знаю, кто этот Ходрикус, но если он остался жив, то выбраться из этого дела я ему не позволю. Ни ему, ни Эмильену.
Собственно, с Эмильеном вопрос уже практически решён, так как король согласился с моими доводами…
Лоривьева судорожно вздыхает, продолжая дрожать от холода, и мои мысли снова сосредотачиваются вокруг неё. Нужно скорее отвезти её туда, где она сможет согреться.
Прислушиваюсь.
С сожалением выпускаю Лоривьеву из своих рук, чтобы подняться.
Вглядываюсь в ночные тени.
Ну где же он?
Очередной короткий свист и спустя несколько секунд раздаётся отдалённое ржание.
Выдыхаю.
Хвала небесам, Кор никогда меня не подводит.
Помогаю Лоривьеве встать. Она устало пошатывается, и я снова прижимаю её к себе.
Мне страшно. Страшно, что её организм не справится с подобным испытанием.
— Всё будет хорошо, моя маленькая, — успокаиваю сам себя, наблюдая, как Кор приближается, довольный тем, что нашёл меня.
Во взгляде Лоривьевы мелькает лёгкое удивление… мелькает и снова гаснет, сменяясь пугающим безразличием…
Подсаживаю её, помогая сесть на коня боком, и запрыгиваю следом. Направляю Кора в сторону знакомой горной гряды.
— Лори… не засыпай, — сильнее прижимаю её. — Говори со мной.
Лоривьева измождённо опускает голову на моё плечо.