Виктория Терентьева – Ирис, как цветок (страница 20)

– Эй, что расселись? – заорал один из грабителей, не занятый никем из пассажиров.

Ирис не могла ни на что решиться. Сидела, упершись руками о скамью, и смотрела на Нила.

– А ты что стоишь, как вкопанный? – разбойник обращался к извозчику: – Перерезанное горло захотел?

Тот помедлил несколько секунд и пробормотал:

– Да, да, сейчас, – он потянулся к сидению, запустил руку под серую шерстяную подстилку: – Обираете нищего старика…

– Заткнись и давай все, что есть!

Ирис внимательно наблюдала за ним. Увидела блеск стали, когда подстилка приподнялась. Потянулась вниз, делая вид, что к сумке, лежащей на днище повозки.

Сердце бешено колотилось в груди. Она боялась предпринимать что-либо, пересекать точку невозврата. Цена ошибки и поспешных действий была слишком велика.

Наконец она решилась. Схватила рукоять кинжала, торчащую из обуви Нила, молниеносным движением выпрямилась и запустила нож в одного из бандитов, державшего даму за плечо мертвой хваткой. Того отбросило назад от силы удара, дама вздрогнула от неожиданности. Она попала ему в грудь по центру, как обычно у нее получалось на тренировочных мишенях.

Остальные разбойники замешкались, глядя на упавшего товарища, из груди которого билась, пульсируя, темная кровь. Кто-то из пассажиров закричал.

Секундная заминка дала время на принятие решения извозчику. Он вынул с сидения короткий меч и с разворота полоснул им стоящего рядом разбойника. Угодил ему в правую руку ниже локтя, из-за чего тот выронил оружие. На его предплечье образовалась красная полоса, он завопил от боли.

Ирис в одно движение достала свой кинжал из-за пояса. Уперлась ногой в бортик повозки и спрыгнула вниз, на растерявшегося бандита, который все еще держал за шкирку заложника. Резким сильным взмахом перерезала ему горло. В это время извозчик добил своего соперника, глубоко рассеча ему грудь от шеи до живота.

Четвертый разбойник оттолкнул от себя заложника и испуганно пустился в бег в сторону леса, пытаясь спасти себе жизнь. Ирис яростно кинула в него кинжал, тот вонзился ему в спину между лопаток. Разбойник повалился на землю.

Ирис тяжело дышала, жадно хватая воздух. Осмотрела поле боя, убедившись, что все пассажиры в порядке. Прикрыла глаза, с трудом сглотнула слюну сухим горлом. По очереди вынула из разбойников кинжалы, упираясь в их тела ногой.

– Прекрасно сражаетесь, девушка! – нарушил молчание извозчик и вдруг захохотал. Пассажиры ошалевшими взглядами смотрели на него. Он посмотрел на них и весело сказал: – Ну, что встали? Помогайте чинить телегу!

Нил слез с повозки и подошел к Ирис, которая все еще стояла на месте, тяжело дыша. Вынул у нее из руки свой кинжал. Сказал:

– Я вообще-то тоже умею драться, – и подошел к переднему колесу повозки, чтобы помочь извозчику.

Колесо налаживали в молчании, только извозчик непрестанно болтал, без конца описывая произошедшее сражение. Сказал, что он солдат, и «малышня» не на того напала, и что он бы справился и без Ирис, но все равно ее благодарит. Ирис растерянно сказала: «Не за что».

Остаток пути прошел без эксцессов. Пассажиры пришли в себя и тоже обсуждали битву, сетуя на то, как небезопасно стало на трактах после войны. Дама-собеседница Нила дала Ирис платок, чтобы та стерла с себя кровь. Та поблагодарила ее, протерла кинжалы, стала вытирать руки.

Нил наклонился в ее сторону и тихо произнес:

– У меня есть вопросы.

Ирис посмотрела ему в глаза, ничего не ответив, но он воспринял это как знак согласия.

– Где ты научилась так драться? – спросил он.

Ирис помолчала. Протянула окровавленный платок обратно даме, но та отказалась его забирать. Рассеянно сжав его в кулак, сказала:

– Я первый раз дралась. Просто тренировалась много.

Нил поднял брови:

– Впечатляет. Значит, ты никогда не…

– Я никогда не убивала людей раньше, – закончила за него Ирис.

– Хмм. Значит, ты прирожденная убийца.

Ирис не оценила по достоинству этот комплимент, исподлобья посмотрев на Нила. Он не обратил на это внимания и продолжил:

– Как ты узнала о засаде?

Ирис не знала, что ответить. Помедлив, она сказала:

– Я их увидела в лесу.

– Это неправда, – убежденно сказал Нил: – Я смотрел туда, там никого не было.

Ирис снова молчала. Потом изменила свою версию:

– Догадалась. После войны на дорогах неспокойно, и… – Нил прервал ее.

– И это неправда.

Ирис замолчала. Она сама не знала, как это объяснить. Опустив голову, она смотрела на кота, который мирно спал на ее сумке.

– Я не знаю, – призналась она: – Я слышала голос в голове, и он… В общем, сработала интуиция.

– Ты это буквально предсказала! – возразил Нил.

– Это совпадение, – Ирис покачала головой: – Я знала, что на дорогах развелось много разбойников, подумала о них, вот интуиция и попала в точку.

Нил смотрел на нее, очевидно не доверяя ее словам. Хмыкнул. Его вопросы закончились.

На этот раз спросила Ирис:

– А ты где научился драться?

Нил невесело усмехнулся:

– У меня была сложная жизнь на улице.

– Ты кого-то убивал когда-нибудь?

Нил покачал головой из стороны в сторону:

– Нет. Только ранил. Первый раз чуть не обосрался от страха. Поэтому и удивился, что ты действовала так уверенно.

– Я сама удивилась, – призналась Ирис.

– Может, тебе стоит не гувернанткой устроиться, а головорезом?

Ирис фыркнула:

– Мне не понравилось убивать.

Дар

Городские стены вокруг Талара были повреждены требушетами, после осады на них появились щербины. Рядом с ними стояли строительные леса, велись работы по восстановлению, люди поднимали наверх камни. Предместья изрядно поредели – крестьян гнали в солдаты, очень многие не вернулись домой. Некоторые хаты были сожжены, многие были в том же состоянии, что и стены. Везде были заметны следы прошедшей войны.

Город и правда изменился. На улицах стало меньше радости и шума, люди помрачнели, больше не ходили беспечно туда-сюда, а шли ускоренным шагом, будто все время спеша. Несколько домов было разрушено случайно долетевшими снарядами, их никто не ремонтировал. Городское кладбище расширилось, в нем появилось множество прошлогодних могил.

Ирис и Нил сняли на неопределенный срок самые дешевые комнаты в постоялом дворе с сомнительной репутацией. В этот раз хотя бы разрешили держать кота без дополнительной платы. Он как раз отпугивал снующих в перекрытиях крыс и обнаглевших мышей. Денег у ребят было критически мало.

Пообедав и отдохнув после дороги, Ирис и Нил отправились осматривать город, оценочно поглядеть на горожан. Заодно Ирис хотела изучить доски с объявлениями в надежде найти там предложения о работе.

Гувернантки нигде не требовались, не было и других вакансий, что хоть немного подходили для Ирис.

– Ну что ж, мы пытались. Придется воровать, – прокомментировал это Нил, пожав плечами.

Дождавшись вечера, они пошли зарабатывать на одну из рыночных площадей Талара.

Горожане действительно победнели, что было заметно по их полупустым кошелькам. Ирис заметила, что ей стыдно забирать у них деньги.

– Может в центре больше богатеев? – предположил Нил, и это, очевидно, оказалось правдой. Богатые редко беднеют во время войны.

На центральной рыночной площади мало что изменилось за время их странствий по другим городам. Люди толпились у прилавков со всевозможными товарами, посредственно играли уличные музыканты, у домов сидели пахнущие мочой и алкоголем попрошайки. Впрочем, попрошаек раньше тут не водилось, что было доказательством, что бедность в городе распространялась все дальше от окраин.

Несмотря на внешнее впечатление, порядки на площади были уже другими. В этом Нил и Ирис убедились довольно быстро.