Виктория Штоколова – Кристалл Мироздания (страница 3)

– Почему она все ещё занимает этот пост? Хоть убей, но я не могу понять. Это же чистое сумасшествие! – воскликнул Джес Стоун. Он до сих пор сердился за коварный удар, нанесенный Бомбард и за увиденную, неслыханную несправедливость, которая только что разыгралась у них перед глазами. К тому же, масло в огонь подливало и понимание собственного бессилия!

Они плыли в потоке других ребят по широким коридорам Учебного крыла замка Тампл.

– Как ей всё сходит с рук, ума не приложу! – поддержала его Ноника. – А как вам этот глупый бесхребетный подхалим Понси? – она громко и недовольно фыркнула.

– «Это лучший учитель во всем Элгорри!» – Джес похоже передразнил Понси, и это вызвало дружный смех у всех троих. – Да что уж мелочиться, может быть, лучший учитель во всем Мире? Шатался где-то пол-урока по важному поручению, а сам гулял, небось, прохлаждался, пока мы точили гранит науки. Как, по-вашему, это справедливо? Если бы я отсутствовал столько времени, меня бы уже съели с потрохами! Терри, поговори ещё раз с отцом, по-братски, а? Умоляем! – он картинно возвёл руки к небу.

– Вы же знаете, что в этом моменте отец остаётся непреклонен.

– Но ведь так нельзя, она отвратительна, лицемерна и являет собой само воплощение зла! Как остальные могут этого не замечать? – не унималась Ник.

– Он считает её просто-напросто строгой, непреклонной, может быть, в чём-то принципиальной, да. Говорит, что и его учитель был таким же, заставлял работать, проявлять усидчивость, контроль над собой, а теперь он ему благодарен, – Терри пожал широкими плечами.

– Строгой. Как бы ни так! Если бы речь шла об одной лишь строгости, поверь, я бы не имел ничего против.

Что скрывать, Терри и самому не нравилась Игнессия Бомбард. Ребята, конечно, во всем были правы. Она выбирала себе любимчиков, зачастую из числа прихвостней, лизоблюдов и лицемеров. Ставила им высокие отметки, выдавала интересные поручения, выполняя которые, можно было немного отдохнуть или раньше покинуть класс. Он постарается вечером ещё раз попробовать пообщаться с отцом, с него не убудет, но сердце подсказывало, что затея носила заведомо проигрышный результат.

– Пойдемте в наше место? – предложил Терри, чтобы сменить тему разговора.

Его друзья кивнули, и они двинулись к Стамбхе.

Замок Тампл был таким древним, что даже самые первые книги по истории не открыли бы вам всей правды о его зарождении. Он тысячелетиями мирно покоился на просторах земель Элгорри, на большом каменном острове и омывался со всех сторон водами бездонного океана. Замок соединялся с сушей Пятью Великими Мостами с резными колонами из белого камня и массивными дверями по обе части, которые крепко и надежно защищали его от клокочущей внизу бездны волн и возможных опасностей. Каждый из мостов простирался на несколько миль и окольцовывался с одной и другой стороны круглыми сторожевыми башнями с высокими шпилями и смотровыми площадками. Сейчас же по ним туда и сюда сновали торговые телеги, запряженные кобылами с мохнатыми хвостами, конницы, многочисленные повозки дополна набитые овощами, фруктами, разными мясными свертками, рыбой и прочими товарами, создавая постоянный шум и налаженное сообщение с Внешним миром.

Сейчас ребята находились в западной и самой загадочной части замка, здесь располагались Школа и Высший Магический Совет. Постройки выходили створами своих окон прямиком на водную синюю гладь, куда хватало взгляда. А загадочность этой части замка заключалась в одном необычном элементе архитектуры. Здесь возвышалась, ослепляя своим величием и красотой, устремляясь ввысь куда-то в небо, даже кажется, немного пронзая солнце, одинокая Стамбха, то есть башня. Она была особенной, по-хорошему странной. Молчаливо стояла и переливалась в лучах полуденного солнца мерцающим серебристо-ртутным, жемчужным светом. Она состояла из многочисленных колонн, которые создавали собой единое полотно, увитое, будто плющом, скульптурной живописью, точёными барельефами с изображениями прекрасных цветов, растений, животных, красивых дев и юношей, волн, луны, солнца и многочисленных планет. Всё это придавало ей еще более фантастический и совершенно нереалистичный вид. Лестница, обвивающая ее вокруг спиралью, начиналась с очень широких ступеней, по которым можно было бы подняться и десятерым в один ряд. Но постепенно лестница начинала сужаться, сужаться и сужаться. И заканчивалась, наконец, всего лишь одной маленькой, совсем крохотной ступенькой, ведущей на очень узкую площадку, на которой от силы могло бы разместиться всего на всего несколько человек.

Стамбха никогда не была открыта, в ней никто не жил, по ней никогда не поднимались, и она никак не была задействована. Но при некой так называемой отстраненности от мирской суеты и жизни обитателей самого Замка, все же, она иногда ненароком притягивала к себе взгляды жителей или заставляла людей, проходящих мимо, останавливаться рядом с ней на несколько минут, а то и часов. Кто-то приходил сюда во времена горести и печали, чтобы найти умиротворение и покой, а кто-то просто посидеть, подумать и вернуться обратно домой с новой светлой, радостной мыслью. Так или иначе, Стамбха Тампла была не только материальна, как и все остальные постройки Замка, но и обладала ещё чем-то духовным, магическим, волшебным, чем-то, что крайне сложно даётся описанию словами и что можно прочувствовать только, оказавшись рядом, подняться, перейти на другой уровень сознания и понимания жизни. Различить и увидеть это удавалась отнюдь не каждому и далеко не всегда, поэтому Стамбха по большей своей части времени стояла в тихом и гордом одиночестве, и редко кто нарушал её покой.

Сюда и направились ребята, чтобы отдохнуть после уроков – в их секретное место.

***

В большой комнате королевских покоев, окна которой выходили на центральную площадь с многочисленными постройками, днём такую шумную и людную, а ночью – затихающую и одиноко умиротворенную, Терри беседовал со своим отцом. То была его спальня, юного наследника трона Элгорри.

– Ну и что же? – высокий мужчина, немного жилистый и сухой, с загорелой и поджарой солнцем кожей и с такими же голубыми глазами, как у сына, смотрел на Терри. Он улыбался. – Да, Игнессия, безусловно строгая и в некотором смысле малость…, – он подбирал подходящие слова, – воинственная, но она прекрасно владеет предметом.

Да, Терри знал это и сам.

– Не может же король вмешиваться в учебный процесс, это смешно, – он любя потрепал сына по голове, дружеским жестом давая понять, что тема для обсуждения завершается.

– Но почему нам нельзя поменять учителя, пап? – Терри помнил, что пообещал сегодня днём друзьям и самому себе, пробираясь по гулким коридорам Учебного крыла, предпринять ещё одну попытку разговора с отцом. Он не терял надежды, что все же у него может получиться изменить исход, к которому приходили все ранее проведенные их беседы и поставил цель – постараться достучаться до отца, если король Теодор останется не умолим.

– Бомбард состоит в Высшем Магическом Совете, она приближенная ко двору и входит в число людей, которые непосредственно участвуют в жизни Элгорри, принимающие самые ответственные и важные решения в его судьбе, будь то торговля, ремесленное дело, вооружение или образование. – На последнем слове он сделал акцент. – Ты же знаешь, давно было решено отдать право управления науками и обучающими процессами Игнессии Бомбард и Эвенесу Эмбору.

– Но почему нельзя оставить только его? – продолжал сокрушаться Терри. – Он нравится всем без исключения, а на его уроках весело и интересно!

– Сын, потому что у Эвенеса Эмбора есть помимо прочего ещё очень важные дела, он помогает мне в одном…, эээ…, мероприятии. Эмбор также отвечает и за сообщение с Внешним миром, – он задумался. – К тому же не забывай, что Бомбард – одна из немногих представителей тех семей, продолжателей рода Высших Людей, кому перешло в наследство и по сей день остаётся у неё – тэтриум силы, тэтриум, как символ былого могущества предков всех людей, поэтому сожалею, дружок, но ничем не смогу помочь, извини.

– А у всех в Высшем Совете есть эти волшебные вещицы?

– Конечно! У нас, например, как ты знаешь, есть родовой кулон, который перешёл к нам от самого короля Элзора – нашего предка, и когда-нибудь он обязательно станет твоим. – Теодор Амвилл дотронулся до крупного камня, который на аккуратной цепочке маятником свешивался у него на груди, прямо поверх белоснежной рубашки и синего кителя. Кителя, торжественно украшенного геральдикой Элгорри – большим орлом с расправленными крыльями на фоне крупных лучей яркого сияния, как сказала бы сегодня Игнессия Бомбард, приспустив очки на кончик своего длинного носа: «На фоне звездчатого октаэдра!». Терри усмехнулся про себя этой шутке.

– У нас самый красивый герб, ведь, правда? – с гордостью спросил Терри у отца, дотрагиваясь до золотистой нашивки. Хотя больше походило не на вопрос, а на утверждение.

Амвилл-старший широко улыбнулся сыну в ответ.

– Думаешь? Хотя, да, действительно, хороший! Но мне ещё очень нравится, например, тотем Тэлмора.

– Тэлмора? Это колибри, пьющая нектар из цветка лотоса? – с прищуром уточнил Терри.

– О, да ты молодец, юноша! – он одобряюще похлопал сына по плечу. – А помнишь, что означает лотос?