Виктория Селман – Границы безумия (страница 33)

Три метра. Два. Один.

Я прыжком заскочила в машину и рванула с места, едва не переехав охранника. Тот схватился за рацию — сообщить о краже.

День с каждой минутой становился все веселее.

Глава 62

Вода в сумерках казалась совсем черной. Шумно плескался гусь, окуная голову, но выныривая без добычи. В воздухе пахло бензином, крепкими сигаретами и особенно дедушкиным лосьоном после бритья.

Мальчик плакал.

— Мне не нравится, — шепотом жаловался он.

— Нравится, — отвечал дедушка. — Уж я-то знаю.

Он говорил очень строго, совсем как папа, когда тот сердится.

Мальчик, шмыгая носом, качал головой.

— Нет.

— В любом случае ничего уже не поделать, — заявил дедушка. — Если кто-то узнает, что ты натворил, будет только хуже. Никто не захочет с тобой дружить.

Мальчик затрясся. Его затошнило.

Это он виноват. Надо было что-то сделать. Сказать кому-то раньше. А он побоялся. А теперь уже поздно.

Если кто-то узнает, что он позволял дедушке с собой вытворять, тогда от него все отвернутся. Никто не станет с ним разговаривать. Даже мама — и та его возненавидит.

Мальчик зарыдал еще громче. Икнул, жадно глотая воздух.

— Хватит! — Дедушка тряхнул его, сильно сжимая за горло. — Я кому сказал, хватит. А ну прекрати! Сейчас же!

Глава 63

Нож приятно холодил кожу. Рагуил прошептал имя Зибы Мак. Стены тихо вздохнули.

Глава 64

Несясь по дороге, я думала о том, что удалось выяснить. В письме Протыкателя говорилось о давней обиде; загадка намекала, что это случилось с ним в детстве, а кукла окончательно расставила все по местам.

Он нарочно назвал себя в первой загадке «мальчиком», а вторую решил оставить рядом с куклой. Этой игрушкой он обозначил себя. И лицо ей неспроста измазал краской.

Есть множество маркеров, которые опытные психологи наблюдают у детей, переживших сексуальное насилие. Энурез. Частая мастурбация. Уродование кукол — в частности, закрашивание им лиц.

Дети нередко проецируют свои эмоции на неодушевленные предметы. Уничтожая игрушки, они тем самым выплескивают чувство отвращения к себе и бессилие. Это помогает справиться с болью и выразить ярость, которую они испытывают, но не смеют показать.

Протыкатель с помощью куклы рассказал мне, что пережил в детстве и что при этом чувствовал. Загадка говорила о том же:

Было весело играть, Станет тошно поутру… Лишь один я грех имел — Унижения терпел.

В контексте жестокого обращения с детьми строки обрели смысл.

Педофилы часто начинают с того, что обхаживают своих жертв. Осыпают их подарками, угощают лакомствами, чтобы ребенок чувствовал себя особенным и держал их игры втайне от родителей.

Затем извращенцы позволяют себе невинные на первый взгляд ласки — приобнять, взъерошить волосы… Физический контакт становится плотнее, но происходит это постепенно; между жертвой и нападавшим к тому времени возникает доверие, поэтому ребенок не жалуется.

Потом, после акта насилия, ребенок считает, будто это он поступил неправильно и сам виноват в случившемся. Следовательно, молчит — боится, что ему не поверят. Или, что еще хуже, его будут ругать.

Видимо, именно это и произошло с Протыкателем.

Было весело играть (подарки, угощения).

Станет тошно поутру (насилие).

Лишь один я грех имел (он винит в случившемся себя).

Унижения терпел (явная двусмысленность: говорит о предательстве и завуалированно намекает на интимные отношения; причем, судя по манере выражаться, всю вину возлагает исключительно на обидчика).

Если Протыкатель пережил в детстве насилие, то в целом он разделяет судьбу многих серийных преступников. Кукла позволила мне понять кое-что еще. Объяснила, почему он выбирает себе жертв.

Я ошиблась. Он убивает не потому, что объявил крестовый поход против геев, и не потому, что стыдится своей ориентации. Не так — он выбирает себе жертв, которые напоминают ему обидчика. Истинный объект его ярости.

Следующая подсказка вполне может намекнуть, кто он такой.

Глава 65

Ты на лодочке плывешь, Громко песенки поешь. А в засаде злой старик Хочет твой услышать крик. Вмиг вернется все к началу Возле старого причала. Ангел спустится с небес, Вскинет меч наперевес. Все печали успокоит, Тебе ложе подготовит. Осенит тебя крылом, И уснешь ты крепким сном.

На часах — семнадцать пятьдесят один. Оставался всего час до убийства следующей жертвы. У меня на руках была лишь вторая подсказка, которая может привести к третьей и еще бог знает какой по счету. Если я не справлюсь, умрет человек. А я до сих пор не знала, кто бы это мог быть.

Уже в который раз мне пришло в голову, что весь этот квест может оказаться уловкой. Гениальная затея — отделить меня от остальной команды и лишить возможности позвать на помощь. Протыкатель вряд ли служил в спецназе, но это еще не значит, что он не способен устроить отвлекающий маневр с одного фланга, а напасть — с другого.

У меня паранойя, или я впрямь попала?

Я не подхожу под описание жертв, однако убийца — психопат, шизофреник. Что, если по велению свыше он начнет вести себя иначе? Услышит в голове другой приказ?

На первой пресс-конференции я описала его психологический портрет. Допустим, мое выступление ему не понравилось. Покарать человека, который публично его унизил, весьма в духе архангела мщения. В Библии есть немало мест, где требуют не спускать подобных оскорблений.

Не лучше ли все-таки позвонить в Скотленд-Ярд? Рассказать ребятам, что происходит? Только можно ли? Я ведь до сих пор не уверена, что в деле не замешан кто-то из них… Нет, надо идти по подсказкам в одиночку.

Смерть мужа хоть и подкосила меня, зато сделала сильнее. Я лишилась единственного человека, который был мне дорог. Терять больше нечего. А значит, в отличие от других, мне можно рисковать.

Я заехала на стоянку «Теско» и заглушила мотор. На парковке были сотни машин. Среди них меня не найдут. Беда в том, что я понятия не имела, в каком направлении двигаться дальше.

В первой подсказке шла речь про магазин игрушек. О чем говорит вторая?

Есть очевидный намек на насильника, «злого старика». Отсылка к известной детской песенке «Ты на лодочке плывешь», которая лишний раз подчеркивает, что ответы надо искать в давнем прошлом.

Но где здесь намек, куда мне ехать?