Виктория Руденко – Пепел и иней (страница 2)

Алиса рванула с шеи защитный кулон — «Иней», подаренный дедом. Вокруг неё мгновенно вырос ледяной щит, полупрозрачный, мерцающий голубоватым светом. Первый удар пришёлся в центр щита и рассыпался снопом искр.

— Стой! — крикнула она, выбросив вперёд руку. С кончиков её пальцев сорвались снежные вихри, обвивая ноги нападавшего и примораживая его к полу. — Ты находишься на нейтральной территории! Атака на Хранителя карается...

Она не договорила.

Нападавший вскинул амулет, и оттуда вырвалась вторая волна пламени — сильнее, злее. Щит Алисы пошёл трещинами. Она вскрикнула и отступила, чувствуя, как по телу разливается предательская слабость. Её магия сбоила — слишком яркий страх, слишком громкое эхо прошлого. Перед глазами промелькнули нежеланные образы: обсерватория, крик, огонь, пожирающий всё вокруг...

Нет. Не сейчас.

Она стиснула зубы и ударила снова — ледяным копьём, целя в руку с амулетом. На этот раз попала. Амулет вылетел из пальцев нападавшего и покатился по каменному полу, оставляя за собой оплавленный след.

Враг взревел и выхватил из-за пояса кинжал.

Алиса поняла, что не успевает. Щит почти разрушен, магия на исходе, а расстояние между ними — не больше трёх метров. Она выбросила руку, пытаясь нашарить в кармане кителя Перстень Равновесия, который всегда носила с собой. Он мог погасить магию вокруг неё и дать секунду форы. Но пальцы дрожали, а кинжал уже взлетал.

И тогда дверь Библиотеки взорвалась.

Буквально.

Тяжёлые дубовые створки сорвало с петель и внесло внутрь, словно картонные. Пламя — живое, золотое, ослепительно яркое — ворвалось в зал, и на его фоне возникла мужская фигура.

Высокий. Широкоплечий. В длинном чёрном пальто, которое развевалось, хотя никакого ветра не было, только жар. Лицо — резкое, точно вырубленное из камня: острые скулы, жёсткая линия челюсти, тёмные брови, сошедшиеся к переносице в выражении холодной, почти брезгливой ярости. И глаза. Глаза цвета расплавленного серебра, прожигающие пространство насквозь.

Дмитрий Волконский.

Наследник клана Огня.

Человек, который убил её пять лет назад — и не помнил об этом.

Алиса перестала дышать.

Он двигался с ленивой грацией хищника, который точно знает, что жертве некуда бежать. Пламя вокруг него не просто слушалось — оно танцевало, ластилось, текло по рукам, как приручённый зверь. Нападавший, уже поднявший кинжал для удара по Алисе, вдруг осознал, что в комнате появился кто-то более опасный, и развернулся.

Поздно.

Дмитрий взмахнул рукой — даже не взмахнул, скорее небрежно щёлкнул пальцами, — и огненная плеть обвила горло наёмника. Тот захрипел, выронил кинжал и рухнул на колени.

— Кто послал? — спросил Дмитрий. Голос у него был под стать внешности: низкий, с металлическим оттенком и полным отсутствием чего-либо человеческого. Он не кричал, но каждое слово падало, как приговор.

Наёмник задыхался. Пламя сжималось, не убивая, но причиняя явную, невыносимую боль.

— Я... не... знаю... имени... — прохрипел он. — Заказ через... гильдию... артефакт... забрать...

— Какой артефакт?

— Манускрипт... «Схождение полюсов»... в хранилище...

Дмитрий слегка повернул голову, и его взгляд наконец упал на Алису.

Она стояла, прижавшись спиной к стеллажу, всё ещё окружённая остатками ледяного щита, с побледневшим лицом и неестественно расширенными зрачками. Он смотрел на неё ровно секунду. Не больше. И в его глазах не отразилось ничего. Вообще.

— Ты Хранитель? — спросил он. Тон был деловым, почти скучающим.

У Алисы перехватило горло. Она не могла говорить. Пять лет. Пять лет она готовилась к этому моменту, прокручивала в голове сотни сценариев — и ни один из них не подготовил её к реальности, в которой он смотрит на неё, как на пустое место.

— Да, — выдавила она наконец. Голос звучал чужеродно, слишком высоко и хрупко.

— Отойди, — бросил он и снова повернулся к пленнику. — Это моя работа.

Его работа. Конечно. Он был не здесь, чтобы спасать её. Он охотился за тем же, что и наёмник — за информацией об атаках на магические источники. Отец послал его расследовать. Алиса была просто фоном. Декорацией. Случайной свидетельницей.

Он добил наёмника одним точным ударом пламени. Тело вспыхнуло и осыпалось пеплом за три секунды — чисто, эффективно, без единой лишней искры. Алиса вздрогнула. Она знала Дмитрия другим. Тот, прежний Дмитрий, никогда не убивал с такой лёгкостью.

Но того Дмитрия больше не существовало.

Живой огонь втянулся обратно в ладони наследника Волконских, и он поправил манжеты, словно только что не уничтожил человека, а закончил скучную деловую встречу. Потом снова взглянул на Алису — и нахмурился.

— Ты ранена? — спросил он без всякого сочувствия. Скорее с раздражением, что она до сих пор здесь.

— Нет, — солгала Алиса. Левая рука, которой она закрывалась от второй атаки, горела болью. Но она не собиралась показывать ему слабость. Ни за что.

Он подошёл ближе. На два шага. Достаточно, чтобы она почувствовала жар, исходящий от его тела — жар, от которого у обычных людей начинала кружиться голова. Магия Огня всегда действовала так: опьяняла, подавляла, заставляла подчиняться. Но Алиса была из Льда. И внутри неё поднялась холодная волна протеста.

— Твоё счастье, что я опоздал на минуту, а не на пять, — произнёс Дмитрий, разглядывая её с ленивым интересом, который не предвещал ничего хорошего. — Собирай осколки. И доложи своему начальству: клан Огня берёт это расследование под свой контроль. Нейтралы могут не вмешиваться.

— Это нейтральная территория, — вырвалось у неё прежде, чем она успела себя остановить. — Здесь не распоряжается ни один клан.

Его бровь чуть приподнялась. Уголок губ дрогнул в подобии усмешки — холодной, оценивающей.

— У тебя есть возражения, Хранитель?

Она сглотнула. В горле стоял комок из непролитых слёз, ярости и горькой, невыносимой нежности. Она хотела закричать: «Ты знаешь меня! Ты держал меня в объятиях! Ты обещал мне вечность в этой самой обсерватории, куда я теперь не могу войти без того, чтобы не умереть заново!» Но она не закричала. Она научилась держать лицо. И умела это делать лучше всех.

— Никак нет, — сказала она ровно. — Я доложу. А теперь, если позволите, мне нужно осмотреть место происшествия до прибытия ваших людей. По протоколу.

Он издал короткий смешок — больше похожий на рык.

— Протокол. Конечно. — Он достал из внутреннего кармана платок и небрежно вытер пальцы, испачканные пеплом. — Действуй, Хранитель.

И, развернувшись, направился к выходу.

Алиса смотрела ему в спину. На его широкие плечи, на плащ, всё ещё хранящий отблески огня, на уверенную, хищную походку. И внутри неё, где-то глубоко под сердцем, в ледяной тюрьме, которую она выстроила для своих чувств, что-то надломилось. Тонкая-тонкая трещина. Первая вестница грядущей бури.

Она дождалась, пока его шаги стихнут, и только тогда позволила себе сползти по стеллажу на пол. Дрожащими пальцами она нашарила в кармане Перстень Равновесия и надела его на мизинец. Холод металла отрезвил, но ненадолго.

В зале всё ещё пахло дымом и озоном. На каменном полу темнела горстка пепла — всё, что осталось от человека.

Алиса прижала ладонь к губам и беззвучно заплакала.

Где-то вдалеке, за стенами Библиотеки, ноябрьский ветер гнал по Москве первый снег. И снег этот, долетая до окон, почему-то таял на лету — словно его отпугивало невидимое глазу пламя.

Глава 1

Утро после

Рассвет в Москве наступал поздно и неохотно, точно сам город не хотел просыпаться после беспокойной ночи. Алиса не спала. Она провела остаток смены, составляя отчёт для Совета Хранителей, а когда утром её сменили, просто сидела в служебной комнате с чашкой остывшего чая и смотрела в одну точку. Перстень Равновесия всё ещё холодил мизинец. Она не сняла его.

Марина прибежала первой, едва узнав о ночном нападении. Ворвалась в комнату, растрёпанная, с кругами под глазами — явно тоже не спала.

— Боже, Алиса! Мне сказали, что здесь был Волконский! И что ты... что ты с ним столкнулась! Ты цела? Только не ври, я чувствую твою магию, она вся... дрожит.

— Я в порядке, — тихо сказала Алиса. — Правда.

Марина опустилась на стул рядом с ней и взяла её за руку. Ладонь у подруги была тёплой, успокаивающей, с лёгким покалыванием целительской магии. Она всегда так делала — проверяла ауру, даже не спрашивая разрешения.

— Ты не в порядке, — вынесла она вердикт через минуту. — У тебя энергетический спад, микротравма защитного контура и... Алиса, почему твой ледяной резерв выглядит так, будто его пытались поджечь изнутри? Что там произошло?

Алиса покачала головой. Она не могла рассказать. Пока не могла.

— Он меня не узнал, — вырвалось всё-таки.

Марина замерла. Потом выдохнула и сжала её пальцы крепче.

— Ох, милая...

— Он смотрел сквозь меня. Для него я просто Хранитель. Случайный свидетель. Никто.

— Ты же знала, что так будет. Ты сама сделала этот выбор пять лет назад.