Виктория Рогозина – Хулиганка для ботаника (страница 38)

— «Просто походить по магазинам» с Милой — это уже подвиг, — вставил Валера с таким видом, будто имел печальный опыт.

— Эй, — возмутилась Мила, — я всего лишь умею делать это стильно и с огоньком.

Матвей усмехнулся. Он-то точно знал: шопинг Мила не упустит ни под каким предлогом. И эта просьба «уговорить Алису» была для неё скорее миссией с приключениями, чем сложностью. Она уже строила маршрут по любимым бутикам в голове.

Алиса пыталась сопротивляться ещё минуты три. Говорила про бессмысленность, траты времени, усталость и прочие «взрослые» отговорки. Но, увы. Мила была настойчива, как спецагент на задании. И, в конце концов, Алиса тяжело вздохнула и, прикрыв глаза, сдалась:

— Ладно. Но если я умру по дороге, вините себя.

— Не умрёшь, а воспрянешь! — воскликнула Мила с торжеством, как будто выиграла Олимпиаду.

Матвей скользнул взглядом по лицу Алисы. Она не смотрела на него, но в уголках её губ пряталась улыбка. А когда их глаза всё-таки встретились, в её взгляде мелькнуло нечто — полунасмешка, полупонимание. Она всё поняла.

«Победа», — мелькнуло у Матвея в мыслях.

«Он победил в этот раз», — почти наверняка подумала и она.

— Ну как тебе это? — Мила вышла из примерочной в струящемся пудрово-розовом платье с открытыми плечами и вдруг, словно мимоходом, громко бросила: — Кстати, что у тебя с Матвеем?

Алиса вздрогнула, обернулась и выронила с вешалки кофточку, которую вертела в руках.

— В смысле? Да ничего. Мы просто… ну, живём в одном блоке.

— Не смеши, Алиска, — Мила закатила глаза и обернулась к зеркалу, покручиваясь. — Все уже давно всё видят. Он смотрит на тебя так, будто ты его личное солнце. И я бы не удивилась, если бы он голову кому-нибудь свернул за одно грубое слово в твой адрес.

Алиса прикусила губу и отошла к стеллажу с аксессуарами, будто бы увлеклась выбором, но взгляд у неё стал чуть рассеянным.

— Да ну тебя. — Она махнула рукой. — При чём тут это вообще?

Мила сняла туфлю и, не глядя, ловко поддела ей замершую на полу кофту.

— При том. — Она передала вещь обратно. — Потому что вы подходите друг другу. Ты даже не представляешь, как. Не в смысле «оба умные» или «оба странные», а по-настоящему.

— Мы из разных миров, — тихо сказала Алиса. — У него — деньги, связи, перспективы. У меня —... я. Простая, с окраины, в чужих вещах и с вечным "нет" вместо бюджета.

Мила вздохнула и сдернула с вешалки другое платье.

— Ты думаешь, это важно рядом с таким, как Громов? Ты серьёзно? Он же весь из стали, пока рядом нет тебя. А рядом с тобой — он живой. Ты видела его глаза? Видела, как он улыбается, когда ты рядом?

Алиса не ответила. Просто медленно опустилась на скамеечку рядом с примерочной и задумалась, теребя подол футболки.

Только её слегка порозовевшие щёки выдали, что Мила, как всегда, попала в точку.

Мила неторопливо шла вдоль рядов платьев, чуть склонив голову набок. Рука сама собой потянулась к одному из вешалок — на ней висело простое, но элегантное черное платье. Приталенный силуэт, тонкие бретели, мягкая линия декольте и чуть расклешённый подол. Оно было без единого лишнего элемента, строгое и в то же время женственное. Мила сразу представила в нём Алису — аккуратную, чуть нахмуренную, с привычным прищуром, но с тем самым искристым блеском в глазах, который появился у неё в последние дни.

— Вот, — скомандовала она, вытягивая платье из ряда. — Примерь. Оно создано для тебя, честно.

— Мила… — протянула Алиса с оттенком мольбы в голосе.

— Примерь, — повторила Мила, уже протягивая ей платье. — Просто ради интереса. Никто не говорит, что ты обязана его покупать.

Алиса тяжело вздохнула и взяла вешалку. Её лицо красноречиво говорило: проще согласиться, чем спорить с Милой. Она скрылась за шторкой примерочной, а Мила между делом устроилась перед зеркалом, поправляя волосы.

— Кстати, — с видом философа произнесла она. — Смотрела тут старый фильм… Там Мэрилин Монро сказала, что мужчина должен обеспечивать семью. Тогда у женщины будет время… на любовь.

Из примерочной раздалось приглушённое фырканье, а затем — вздох.

— Звучит так, будто женщина — это декоративное растение на фоне банковского счёта, — отозвалась Алиса.

— Неправда, — спокойно ответила Мила. — Это значит, что если рядом мужчина, который умеет решать проблемы, то у женщины появляется шанс жить сердцем, а не вечно выживать.

Примерочная замерла, а потом шторка отъехала в сторону. Алиса вышла и остановилась, неловко поправляя подол. Платье сидело идеально. Оно подчеркивало линию талии, будто создано по её меркам, и при этом совершенно не выглядело вызывающе. Она выглядела в нём старше, но не старомодно, а — увереннее. Чуть иначе. Почти… эффектно.

Мила одобрительно кивнула.

— Вот о чём я говорила.

— Не буду его брать, — тут же выпалила Алиса. — Оно дорогое, да и не моё это всё.

— Хорошо, — неожиданно легко согласилась Мила, вставая. — Не хочешь — не надо. Нет, так нет.

Алиса нахмурилась.

— Ты так сразу? Без споров?

Мила улыбнулась и пожала плечами.

— А зачем? Упрямцев проще подождать.

Алиса прищурилась, но уточнять не стала. Подозрения накапливались где-то в груди, но… всё же платье было действительно красивым. Даже если она так и не признается в этом вслух.

Глава 45

Мила, сияя, как новогодняя ёлка, влетела в квартиру и тут же помчалась в свою комнату. Пакеты звенели ручками, ткань шелестела, каблуки стучали по полу.

— Не мешать! — крикнула она на бегу, скрываясь в комнате.

Алиса, едва закрыв за собой входную дверь, села на диван, а точнее — рухнула на него всем телом, раскинув руки и закинув голову назад. Усталость накатила волной.

— Мила — это отдельный вид спорта, — пробормотала она.

Матвей, устроившийся за столом с ноутбуком и электронной книгой, бросил на неё искоса взгляд. Его губы тронула лёгкая усмешка.

— Хорошо сходили?

— У меня ноги отваливаются, и ты — изверг, — буркнула она, не открывая глаз.

— Уже второе оскорбление за вечер, — заметил он и откинулся на спинку стула. — Я начинаю волноваться за свою репутацию.

Алиса приподнялась, опершись на локти, и посмотрела на него с прищуром.

— Я просто напомню, что всё это началось с того, как ты решил сделать из меня жертву шопинг-рейда.

— А ты выжила, — усмехнулся он. — Значит, у тебя сильный дух.

Алиса фыркнула и снова откинулась назад. Повисла пауза. Матвей смотрел на неё чуть задумчиво, потом заговорил:

— Почему ты так сильно подчёркиваешь нашу разницу? Деньги, статус, всё это. Почему уверена, что из-за этого отношения невозможны?

Она открыла глаза и посмотрела на него внимательно. Тихо, но твёрдо сказала:

— Потому что в паре, где один — богаче и влиятельнее, всегда есть риск неравенства. Один диктует условия, другой должен подстраиваться. Один решает, другой соглашается. Это не союз — это соглашение. И даже если изначально всё честно, всё равно рано или поздно разное мышление, разное восприятие, разная точка отсчёта — всё это приведёт к конфликту. Или к молчаливому согласию… со всем, что не по душе.

Матвей какое-то время молчал, перевернув страницу на читалке. Он смотрел на экран, но было понятно, что мысли его не там. Затем он спокойно сказал:

— Я докажу, что ты ошибаешься.

Алиса чуть приподняла бровь.

— В смысле?

Он поднял взгляд, и в его глазах сверкнул тот самый хищный, ироничный блеск, который всегда появлялся, когда он ставил себе цель.

— Просто жди. Или не жди. Но ты всё равно убедишься. Я умею спорить красиво. И выигрывать.

Валера вылетел из комнаты, будто его подстрелили, и с выражением искреннего потрясения на лице воскликнул:

— Это просто капец!