Виктория Рогозина – 8 Марта. Инструкция по захвату миллиардера (страница 8)
Демид прищурился.
— Сейчас будет «но», — заметил он почти с любопытством.
Антон тихо хмыкнул.
— Конечно будет.
Он посмотрел на друга чуть внимательнее, чем обычно.
— У тебя мало шансов её завоевать.
В комнате снова стало тихо. Демид усмехнулся — коротко, почти лениво, как человек, который привык слышать противоположное. Раньше с этим действительно никогда не было проблем. Женщины сами тянулись к нему — сначала осторожно, потом всё настойчивее, будто близость к его жизни, деньгам, влиянию была чем-то вроде магнита, против которого невозможно устоять. Они улыбались, ловили каждое слово, сами сокращали дистанцию, сами вешались на шею. И он давно привык к этой предсказуемости. Но теперь, прокручивая в пальцах телефон и вспоминая тихий смех девушки по имени Авария, которая совершенно спокойно предложила встретиться не в ресторане, не в клубе, а на простых аллеях парка среди людей, он вдруг поймал себя на странной мысли. В этот раз всё почему-то ощущалось иначе.
Демид несколько секунд молча крутил в пальцах смартфон, наблюдая, как тусклый свет экрана отражается на гладкой поверхности стола, а затем, чуть откинувшись на спинку дивана, с тем спокойным, почти философским выражением, которое появлялось у него, когда он пытался смотреть на ситуацию без привычной для него уверенности в результате, заметил:
— В конце концов, это будет всего лишь первая встреча… — произнёс он неторопливо, будто раскладывая мысль по полочкам. — Мы можем просто не понравиться друг другу.
Антон, который до этого лениво покачивал бокал в пальцах, посмотрел на него с тем самым хитрым выражением, которое обычно предвещало какую-нибудь едкую реплику, и, медленно растянув губы в улыбке, сказал:
— Утешай себя, неудачник.
Демид тихо хмыкнул, не особенно обижаясь — слишком уж давно он привык к подобным комментариям со стороны человека, который знал его едва ли не лучше всех.
— Напомни-ка мне одну вещь, — лениво поинтересовался он, слегка повернув голову в сторону друга. — За что именно я тебе деньги плачу?
Антон сделал задумчивое лицо, будто действительно собирался серьёзно обдумать вопрос, затем небрежно пожал плечами.
— За то, чтобы развеивать твою скуку, — с откровенной иронией ответил он.
Слишком хорошо он знал Демида, чтобы не понимать: большая часть людей вокруг него либо боялась, либо бесконечно старалась угодить, тщательно подбирая слова, а потому временами единственным настоящим развлечением для миллиардера становились именно такие разговоры — резкие, честные и абсолютно лишённые подобострастия.
Демид снова тихо усмехнулся.
— Возможно, — согласился он, — но, кажется, в последнее время ты начал слишком активно отрабатывать эту функцию.
Он на мгновение задумался, затем выпрямился и, положив смартфон на стол, произнёс уже более сосредоточенно:
— В любом случае, стоит основательно подготовиться к этой встрече.
Антон сразу же рассмеялся.
— Боже, Демид… — протянул он с лёгкой насмешкой. — Там нечего готовить.
Мужчина вопросительно приподнял бровь.
— Правда?
— Абсолютно, — уверенно ответил Антон. — Всё произойдёт очень просто: Авария увидит перед собой миллиардера… и благополучно сольётся с этой встречи.
Демид медленно прищурился.
— С чего ты так уверен?
Антон лениво развёл руками.
— Потому что подобный типаж женщин, как правило, терпеть не может богачей, — пояснил он. — Они считают вас зажравшимися, заносчивыми и полностью оторванными от реальности людьми. Ну и в чём они неправы?
В комнате повисла короткая пауза. Демид глубоко вздохнул, запрокинув голову на спинку дивана.
— Знаешь, Антон… — медленно произнёс он. — Иногда мне кажется, что я кому-то очень сильно переплачиваю за регулярные оскорбления.
Но Антон лишь ухмыльнулся, совершенно не чувствуя ни малейшего раскаяния.
— Не переплачиваешь, — спокойно возразил он. — Я говорю тебе правду.
И, чуть наклонив голову, добавил с той же лукавой улыбкой:
— А правда, как известно, обычно стоит дороже. Получается, что ты мне ещё и должен.
Демид лишь закатил глаза.
Глава 10
Авария стремительно выскочила из стеклянных дверей станции метро, где за её спиной остался гул поездов, шум голосов и тяжёлый, тёплый воздух подземки, и, оказавшись на улице, мгновенно ощутила прохладное дыхание весеннего дня, которое будто немного отрезвило её разогнавшиеся мысли; девушка остановилась, огляделась по сторонам, словно пытаясь сразу охватить взглядом всю площадь перед входом в парк, где уже начинали собираться люди, звучала музыка и лениво колыхались разноцветные флажки фестиваля, после чего сделала несколько шагов вперёд и остановилась возле высокого фонаря, отбрасывающего на асфальт мягкий золотистый круг света.
Она слегка нервничала — это чувствовалось в том, как её пальцы на секунду сжались на ремешке сумки, как она прикусила губу и быстро достала из кармана смартфон, чтобы проверить время, хотя прекрасно понимала, что делала это уже третий раз за последние пять минут, потому что опаздывать она не просто не любила — она терпеть не могла этого ощущения, когда заставляешь кого-то ждать.
Экран загорелся холодным светом. Без пятнадцати. Авария облегчённо выдохнула, чувствуя, как напряжение немного отпускает. Она пришла раньше, как всегда.
— Удивительно, как Коржик отпустил вас на прогулку.
Мягкий, бархатный мужской голос прозвучал так близко, почти у самого её уха, что Авария от неожиданности буквально подпрыгнула на месте и резко обернулась, прижимая смартфон к груди.
Перед ней стоял он, Демид. И на мгновение девушке показалось, что фотография, которую она видела на экране телефона, совершенно не передавала того впечатления, которое производил этот мужчина вживую.
Он был высоким — заметно выше неё — и двигался с той спокойной уверенностью, которая редко встречается у людей, привыкших постоянно оглядываться по сторонам; на нём была простая чёрная футболка, идеально облегающая широкие плечи и сильные руки, подчёркивая спортивную фигуру, тёмные джинсы сидели безупречно, словно были сшиты специально для него, а чёрные кроссовки выглядели одновременно лаконично и дорого, дополняя образ той самой непринуждённой элегантности, которая обычно не требует никаких демонстративных деталей.
Тонкая цепочка на шее поблёскивала в лучах фонаря, а руки он держал в карманах джинсов, слегка прислонившись плечом к стене рядом со входом в парк, будто наблюдал за ней уже какое-то время. И его взгляд был внимательным. Слишком внимательным.
Авария вдруг остро почувствовала этот взгляд на себе, отчего слегка смутилась, и, пытаясь скрыть неловкость, улыбнулась.
— Вы меня напугали, — призналась она, тихо выдохнув.
Демид едва заметно усмехнулся.
— Это была случайность, — спокойно ответил он.
На несколько секунд между ними повисла странная, почти ощутимая пауза — та самая неловкость, которая появляется, когда два человека впервые оказываются рядом не в переписке и не по телефону, а лицом к лицу, и вдруг осознают, что теперь нужно говорить, двигаться, смотреть друг другу в глаза.
Демид первым нарушил это молчание. Он выпрямился, достал руки из карманов и протянул ей ладонь.
— Думаю, мы можем познакомиться ещё раз, — сказал он с лёгкой улыбкой.
Авария негромко рассмеялась — смех вышел чуть взволнованным, но искренним — и вложила свою руку в его ладонь, чувствуя неожиданно тёплое и уверенное рукопожатие.
— Я рада, что вы нашли время для этой встречи, — сказала она.
Демид на секунду задержал её руку чуть дольше, чем требовали формальности, а затем мягко отпустил.
— Может, перейдём на «ты»? — предложил он.
Авария улыбнулась уже гораздо спокойнее.
— Думаю, это хорошая идея.
И на этот раз согласилась она удивительно легко. Авария будто незаметно выдохнула, словно вместе с этим лёгким движением из груди вышло напряжение, которое она сама до конца не осознавала, чуть расправила плечи и, уже заметно оживившись, махнула рукой в сторону аллеи, откуда доносились музыка и ритмичные хлопки.
— Там сегодня выступают уличные танцоры, — сказала она с живым интересом в голосе. — Очень классные номера показывают.
Демид скользнул взглядом в сторону, куда она указала, прислушался к далёким басам музыки, а затем снова перевёл взгляд на девушку.
— Я в этом парке впервые, — спокойно заметил он, слегка прищурившись от яркого света фонарей и гирлянд, развешанных над дорожками. — Поэтому, если ты здесь ориентируешься, я совсем не против, чтобы ты была моим гидом.
Авария рассмеялась — легко, почти звонко, и этот смех, казалось, мгновенно растворился в шуме парка.
— Тогда вам… — она на секунду осеклась, улыбнулась и тут же поправилась, — тебе повезло, потому что я знаю здесь много интересных мест.
Она сделала шаг вперёд, приглашая его следовать за собой.