Виктория Рогозина – 8 Марта. Инструкция по захвату миллиардера (страница 65)

— Здесь слишком тихо… так не бывает…

Ария, напротив, не выглядела растерянной или напуганной, ее движения оставались собранными, выверенными, почти хищными, будто она не сбежала из плена, а вышла на сцену, где каждая ошибка могла стоить слишком дорого, и, слегка наклонив голову, она внимательно вглядывалась в полутемный коридор, где редкие лампы давали тусклый, болезненно-желтый свет, вытягивая их тени в длинные, тревожные силуэты, и, не оборачиваясь, тихо ответила

— Это значит, что нам либо очень повезло… либо нас уже ищут и просто пока не нашли…

Калинина сглотнула, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, тяжело, неровно, словно пытаясь вырваться из груди, и сделала осторожный шаг вперед, инстинктивно держась ближе к Арии, будто ее уверенность могла защитить от всего происходящего, и, оглядывая одинаковые двери по обе стороны, которые казались бесконечными и чужими, словно этот коридор не имел ни начала, ни конца, шепотом спросила

— Куда нам идти?.. мы даже не знаем, где выход…

Ария коротко кивнула вперед, будто давно уже приняла решение

— Нам не нужен выход, — ответила она тихо, но уверенно, — нам нужна связь… башня выше, значит туда ведет лестница, и если мы доберемся до нее, у нас будет шанс…

Они двинулись дальше, осторожно, почти бесшумно, стараясь не задеть ни стены, ни двери, ни собственные страхи, которые тянулись за ними, как липкие тени, и каждый шаг отдавался в голове Аварии слишком громко, будто она шла не по коридору, а по пустому залу, где любой звук становился эхом, пока вдруг где-то вдалеке не раздался глухой металлический скрежет, от которого она резко остановилась, вздрогнув всем телом, и, не выдержав, вцепилась пальцами в рукав Арии

— Ты слышала?.. — прошептала она, и голос предательски дрогнул, выдавая все то напряжение, которое она так старалась скрыть

Ария остановилась тоже, но не от страха, а скорее от необходимости, и, чуть прищурившись, прислушалась внимательнее, будто пытаясь вычленить из тишины источник звука, и спустя секунду коротко ответила

— Слышала… и это значит, что мы не одни здесь…

На мгновение все замерло, даже воздух, и в этой паузе Авария отчетливо почувствовала, как страх возвращается, сдавливает горло, не давая вдохнуть полной грудью, и, едва сдерживая дрожь, она прошептала, почти отчаянно

— Если нас поймают… мы не выберемся…

Ария резко повернулась к ней, и в ее взгляде вспыхнул тот самый опасный, почти безумный огонь, который превращал ее из человека в силу, с которой невозможно спорить, и, глядя прямо в глаза Калининой, тихо, но жестко произнесла

— Тогда не давай им этого шанса… ты уже здесь, Авария, и назад дороги нет, понимаешь?.. либо мы выбираемся отсюда… либо нас отсюда уже не вынесут живыми…

Эти слова не прозвучали громко, но повисли между ними тяжелым, холодным приговором, от которого невозможно было отмахнуться или сделать вид, что его не существует, и Калинина на секунду закрыла глаза, сжимая зубы, собирая в кулак остатки своей решимости, а затем медленно кивнула, заставляя себя сделать вдох

— Ладно… — выдохнула она, уже тверже, — идем…

И именно в этот момент, словно в ответ на их решение, из-за поворота донеслись шаги — тяжелые, размеренные, приближающиеся. Авария кивнула, перехватив взгляд Арии, и, едва сдерживая дрожь в руках, указала на окно, словно это был единственный возможный выход из этой сдавливающей, удушающей ловушки, в которой с каждой секундой становилось все опаснее оставаться. Ария не стала задавать лишних вопросов — лишь коротко кивнула в ответ, мгновенно среагировав, и, подойдя к окну, осторожно, почти бесшумно приоткрыла его, на секунду замерев, прислушиваясь к окружающему миру за пределами этих стен, а затем, выглянув наружу, тихо, почти одними губами произнесла

— Невысоко… повезло…

Времени на сомнения не было, и это чувствовалось в каждом движении, в каждом взгляде, в том, как воздух вокруг них словно стал плотнее, напряженнее. Авария первой перекинула ногу через подоконник, чувствуя, как холодный ночной воздух обжигает лицо, и, стиснув зубы, осторожно ухватилась за водосточную трубу, пальцы соскользнули на мгновение, но она удержалась, заставляя себя не смотреть вниз, не думать о том, что может сорваться, а просто двигаться — медленно, осторожно, вниз. Ария последовала за ней почти сразу, уверенно, без лишних движений, словно делала это не впервые, и уже через несколько секунд обе девушки, тяжело дыша, спрыгнули на землю, пригибаясь и инстинктивно прижимаясь к редкому кустарнику, который, конечно, не мог стать настоящим укрытием, но сейчас казался хоть какой-то защитой. Сердце Аварии колотилось так сильно, что отдавалось в ушах, заглушая все остальное, и она на секунду закрыла глаза, пытаясь справиться с этим бешеным ритмом, с этим страхом, который снова поднимался изнутри, но рядом была Ария — и это заставляло двигаться дальше.

Они переглянулись, и без слов поняли друг друга. Короткие перебежки, быстрые, почти бесшумные, — и они уже двигались к башне, силуэт которой темнел впереди, возвышаясь над остальным зданием, как единственная точка, в которой мог скрываться их шанс. К удивлению, вход оказался пустым. Ни одного охранника, ни одного лишнего движения — только тяжелая дверь, которая с тихим скрипом поддалась, впуская их внутрь. Ария первой скользнула в помещение, жестом показывая Аварии следовать за ней, и, едва оказавшись внутри, они быстро закрыли дверь, оглядываясь в поисках хоть чего-то, чем можно было бы забаррикадироваться. Старый шкаф, стоящий у стены, оказался как нельзя кстати — вдвоем, с усилием, они сдвинули его, подпирая дверь, и только после этого позволили себе сделать вдох чуть глубже. Но останавливаться было нельзя. Лестница уходила вверх, узкая, бетонная, с глухим эхом, которое могло выдать их в любой момент, и потому они двигались осторожно, ступая мягко, почти на носках, стараясь не задеть ни одну ступень лишний раз, и с каждым пролетом напряжение только нарастало, потому что цель была уже совсем близко. Когда они добрались до верхнего уровня, Ария первой остановилась у двери, прислушалась, и, не услышав ничего подозрительного, медленно приоткрыла ее.

Командный пункт встретил их тусклым светом множества мониторов, мерцающих в полумраке, сложными установками, проводами, мигающими индикаторами, и одним единственным человеком, который сидел в кресле, уткнувшись в панель, и, судя по всему, дремал, не ожидая никакой угрозы. Ария действовала мгновенно. Она шагнула внутрь, бесшумно приблизилась и, не давая ему ни секунды на реакцию, резко ударила прикладом автомата, который они забрали у охранника, точно по голове. Мужчина даже не успел понять, что происходит — тело его обмякло, и он повалился вперед, беззвучно сползая с кресла.

Авария, все еще чувствуя, как дрожат руки, помогла быстро оттащить его в сторону, и вместе они крепко связали его, проверяя, чтобы он не мог ни пошевелиться, ни издать ни звука. После этого Ария захлопнула тяжелую дверь, и они, не сговариваясь, начали сдвигать все, что попадалось под руку — металлический шкаф, ящики, какое-то оборудование — создавая импровизированную баррикаду.

Только убедившись, что вход максимально перекрыт, Ария резко развернулась и почти бегом направилась к основной установке, пальцы ее уже скользили по панели управления, быстро, уверенно, будто она знала, что делает, или, по крайней мере, делала вид, что знает. И, не отрывая взгляда от экрана, она вдруг спросила:

— Как тебя зовут?

Авария на секунду замерла, словно этот простой вопрос выбился из всей этой цепочки напряженных событий, но тут же ответила, все еще тяжело дыша:

— Авария… Авария Калинина

Ария чуть улыбнулась, не отвлекаясь от работы, и в ее голосе прозвучала искренность, неожиданная в такой ситуации:

— Красивое имя…

Её пальцы продолжали быстро двигаться по панели, нажимая кнопки, переключая что-то, и в этих движениях чувствовалась спешка, напряжение и отчаянная попытка успеть раньше, чем их найдут. Авария, все еще не отрывая взгляда от мигающих экранов и бесконечных строк непонятных символов, которые с пугающей скоростью сменяли друг друга, негромко, будто боясь спугнуть и без того шаткую удачу, уточнила, осторожно наклоняясь ближе

— Ты… правда разбираешься в этом?..

Ария коротко усмехнулась, не поднимая взгляда, и в этой усмешке не было ни тени уверенности, лишь дерзкое упрямство и привычка идти до конца, даже если шансов почти нет

— Не особо… — ответила она легко, словно речь шла о чем-то совершенно незначительном, — но, как ты могла заметить, вариантов у нас все равно нет…

Ее пальцы бегали по панели, нажимая кнопки наугад, иногда задерживаясь, словно она пыталась на ходу понять, что делает, а иногда — действуя чисто интуитивно, и вдруг где-то в глубине здания раздался тяжелый, глухой гул, который нарастал, превращаясь в вибрацию, проходящую по полу, по стенам, по самому воздуху.

Обе девушки одновременно замерли. На одном из экранов мелькнули какие-то схемы, и в следующую секунду они увидели, как с внешних установок, скрытых за пределами здания, в темное небо одна за другой устремились ракеты, оставляя за собой огненные следы. Авария резко вдохнула, не веря собственным глазам, а Ария, чуть приподняв брови, с тем же странным спокойствием произнесла: