Виктория Рогозина – 8 Марта. Инструкция по захвату миллиардера (страница 54)

— Знаю… — ответил он. — Просто… я привык выражать свои чувства в денежном эквиваленте.

На мгновение повисла тишина. А потом Авария вдруг улыбнулась — мягко, чуть лукаво, словно ей только что пришла в голову мысль, которая её по-настоящему обрадовала.

— Тогда подари мне подарок, сделанный своими руками, — сказала она.

Демид чуть нахмурился, явно не ожидая такого поворота.

— Пусть это будет что-то совсем незначительное… — добавила она тише, — но для меня это будет бесценно.

Он посмотрел на неё внимательно, долго, словно пытаясь понять, как именно работает эта её логика, в которой простые вещи вдруг становились важнее всего остального.

— Хорошо, — наконец легко согласился он.

И тут же, не меняя интонации, но чуть прищурившись, добавил:

— Но тогда ты примешь и другой мой подарок.

Авария не стала спорить. Она просто наклонилась вперёд, мягко коснулась его губ коротким, тёплым поцелуем и, отстранившись, с лёгкой улыбкой кивнула:

— Договорились.

Демид, чуть помедлив, будто неохотно возвращаясь мыслями к реальности, в которой, помимо этого тёплого вечера, существовали ещё и бесконечные дела, негромко сказал:

— Завтра у меня будет напряжённый день… — он провёл ладонью по затылку. — Вернусь поздно, нужно в офисе решить несколько вопросов.

Авария кивнула, принимая это без лишних расспросов, и спокойно ответила:

— Я, кстати, тоже завтра поеду в офис.

Он сразу посмотрел на неё внимательнее, в его взгляде мелькнуло лёгкое удивление:

— Зачем?

— Мактавиш сказал, что у нас появился какой-то VIP-клиент, — пояснила она, чуть пожав плечами. — Нужно лично с ним переговорить, прежде чем браться за перевод… говорит, случай нестандартный.

Демид на секунду задумался, словно прокручивая в голове возможные варианты, а затем коротко кивнул:

— Хорошо… — и тут же добавил, уже более уверенно: — Водитель тебя отвезёт.

Авария чуть смутилась, её пальцы невольно сжались на краю стола, и она тихо, почти осторожно уточнила:

— Может… я сама доберусь?

Он посмотрел на неё, и в его взгляде мелькнула та самая хитрая искорка, которую она уже научилась узнавать.

— Нет, — с лёгкой улыбкой ответил он, даже не пытаясь это обсуждать.

Она закатила глаза, но в этом жесте было больше привычной мягкости, чем настоящего раздражения:

— Ты порой невыносим.

Демид чуть склонил голову набок, словно обдумывая её слова, а затем вдруг, без всякого предупреждения, резко подался вперёд.

В следующую секунду Авария уже оказалась у него на плече.

— Демид! — возмущённо выдохнула она, инстинктивно вцепившись в его спину.

Он даже не замедлил шага, направляясь в сторону спальни, и только усмехнулся:

— Все дела доделаем завтра… — его голос стал ниже, тише, с едва уловимой хрипотцой, — а сегодня…

Дверь спальни мягко закрылась за ними. Коржик, наблюдавший за этой сценой со своего места, лениво приподнял голову, проводил их внимательным взглядом, тихо мурлыкнул, будто полностью одобряя происходящее, и, свернувшись клубком на своём пледе, довольно зажмурился, погружаясь в сон.

Глава 53

Утро началось тихо и спокойно — редкая, почти хрупкая передышка перед новым днём. Авария, обхватив ладонями чашку с горячим кофе, сидела за столом напротив Рудольфо, который, как всегда, выглядел безупречно собранным, словно и не знал, что такое усталость или сонливость.

— Кофе сегодня особенно хорош, — мягко заметила она, делая небольшой глоток.

Дворецкий едва заметно кивнул, принимая похвалу как нечто само собой разумеющееся:

— Рад, что вам нравится, госпожа.

Несколько минут они провели в спокойной, почти уютной тишине, которую не хотелось нарушать лишними словами, но время, как всегда, оказалось безжалостным. Авария взглянула на часы, вздохнула и, быстро допив кофе, поднялась:

— Мне пора… иначе опоздаю.

Рудольфо кивнул, провожая её внимательным взглядом.

Она поспешно оделась, на ходу поправляя волосы, и уже через несколько минут спускалась вниз, где у подъезда её ждал автомобиль с личным водителем. Пожилой мужчина, заметив её, тут же вышел, тепло улыбнулся, открывая дверь:

— Доброе утро, госпожа Калинина.

— Доброе утро, — ответила она, с лёгкой улыбкой устраиваясь в салоне.

Он аккуратно закрыл дверь, занял своё место за рулём, и машина плавно тронулась с места, мягко вливаясь в поток утреннего города. Авария, чуть подавшись вперёд, чтобы лучше его видеть в зеркале, с искренним интересом спросила:

— Как у вас дела? Я слышала, к вам недавно внучку привозили…

Лицо мужчины тут же изменилось, словно его осветило изнутри.

— О, да… — с явным удовольствием отозвался он. — Такая шустрая… ни минуты на месте не сидит… всё ей интересно, всё ей нужно…

Он начал рассказывать, оживляясь всё больше, делясь какими-то мелкими, но важными для него подробностями — как она впервые сама нарисовала рисунок, как упрямо училась завязывать шнурки, как смеялась, когда у неё не получалось. Авария слушала внимательно, иногда тихо смеясь, и дорога, казалось, пролетела незаметно.

Когда автомобиль остановился у здания «Линге», она поблагодарила водителя и, попрощавшись, быстро направилась внутрь. Офис встретил её привычной суетой — звоном телефонов, быстрыми шагами, приглушёнными разговорами и ощущением постоянного движения, в котором каждый знал своё место и свою задачу. Не теряя времени, Авария направилась к кабинету Эриха Мактавиша. Она постучала и, услышав короткое «войдите», открыла дверь. Эрих поднял на неё взгляд — как всегда сдержанный, почти непроницаемый, но в этом коротком взгляде всё же мелькнуло нечто, похожее на одобрение.

— Калинина, — кивнул он. — Рад, что вы приехали.

По его интонации сложно было понять, насколько он действительно рад, но Авария уже привыкла к его манере.

— Доброе утро, — ответила она с лёгкой улыбкой.

— Клиент уже ждёт вас в переговорной, — продолжил он, переходя сразу к делу. — И… — он сделал короткую паузу, — настаивал именно на вас.

Авария слегка удивлённо приподняла брови, но ничего не сказала.

— Если что-то покажется вам… неподходящим, — добавил Мактавиш, внимательно глядя на неё, — вы вправе отказаться. Без объяснений.

Она кивнула, принимая это как сигнал, что ситуация может быть не такой простой, как кажется.

— Переговорите, уточните детали… и решите, — завершил он.

— Поняла, — спокойно ответила Авария. — А где переговорная? Я всё-таки в офисе не так часто бываю…

Мактавиш коротко объяснил направление, чётко и без лишних слов. Авария поблагодарила, развернулась и вышла, чувствуя, как внутри поднимается лёгкое, едва уловимое напряжение. Она шла по коридору, прислушиваясь к звуку собственных шагов, и, остановившись у нужной двери, на секунду задержала дыхание, прежде чем постучать. А затем, не давая себе времени на сомнения, открыла дверь и вошла — навстречу тому самому клиенту, который почему-то настаивал именно на ней.

Дверь переговорной закрылась за ней мягко, почти бесшумно, будто и сама комната не хотела отпускать напряжение, которое только что повисло в воздухе, а Авария, делая шаг за шагом по длинному коридору, ощущала, как под ногами словно теряется опора, как будто привычный мир, такой понятный и теплый, внезапно начал рассыпаться на мелкие, острые осколки, врезающиеся в сознание.

Она не помнила, как дошла до кабинета Мактавиша, как произнесла сухое, почти чужое «не договорилась», как получила в ответ короткий кивок, лишенный лишних вопросов — возможно, он что-то понял по ее лицу, а возможно, просто не счел нужным вмешиваться, и это сейчас было даже к лучшему.

В лифте она стояла одна, глядя в свое отражение в зеркальной панели, и не узнавала себя — бледное лицо, напряженные губы, глаза, в которых плескалось что-то темное, тяжелое, неоформленное, словно эмоция еще не нашла форму, но уже давила изнутри.

Машина тронулась, водитель что-то сказал, но Авария не ответила, лишь кивнула, уставившись в окно, где город тек привычной суетой, совершенно равнодушный к тому, что внутри нее сейчас рушилось что-то важное.

Пальцы сами потянулись к смартфону. Поиск «Жена Демида Гордеева». Экран вспыхнул десятками заголовков, фотографий, интервью, и каждая строчка словно вбивала в нее новый гвоздь. Лера Арнольдовна, та самая. Белоснежный костюм, идеальная осанка, холодная уверенность во взгляде — теперь все складывалось, как пазл, который она не хотела собирать. Авария открыла первое попавшееся интервью. Видео загрузилось почти мгновенно. Лера сидела в студии, такая же безупречная, как и в переговорной — светлые волосы мягкими волнами спадали на плечи, макияж подчеркивал выразительные глаза, а в голосе звучала та самая интонация — уверенная, спокойная, будто весь мир давно лежал у ее ног.

— Быть рядом с таким мужчиной, как Демид Гордеев, — это большая ответственность, — произносила она с легкой, почти интимной улыбкой, — но и большое счастье… рядом с ним ты чувствуешь себя защищенной, понимаешь, что за тобой — сила, возможности, будущее.