Виктория Победа – Опекун. Она не для меня (страница 9)

Кто этот человек? Почему ведет себя, как хозяин жизни?

— Инга, да где ты летаешь все время?

Действительно, где?

— Здесь, — Олег постучал по коробке, — ноутбук. Ты ведь не умеешь им пользоваться?

Я снова опустила глаза в пол. Мне внезапно стало очень стыдно за свое невежество. Но у меня никогда не было ни ноутбука, ни телефона, чтобы иметь хоть какое-то представление. В нашей средней школе компьютерный класс хоть и был, но компьютеров было недостаточно, да и учитель информатики отсутствовал. А личного ноутбука у меня не было. Некому было этим озаботиться, да и не на что. Мать пропивала все, что могла пропить.

— Инга, — Олег тяжело вздохнул и продолжил: — Ну ты хоть головой мотай что ли или кивай. Ну так что, не умеешь?

Я отрицательно замотала головой, давая понять, что нет, не умею.

— Хорошо, с этим позже разберемся.

Кажется, он даже улыбнулся, а потом резко поднял руку, а я отшатнулась, словно ожидая удара, но его не последовало. Олег лишь взъерошил свои густые светлые волосы, а потом гневно взглянув на меня, покачал головой и сунул руку в карман брюк.

— Вот еще, держи, — он вынул из кармана телефон и протянул его мне, — всегда держи при себе, мой номер там забит.

Я снова глупо уставилась на мужчину, готовая разреветься прямо посреди комнаты. Ну какой телефон, я даже не знаю, с какой стороны его держать правильно нужно. Мне такие вещи вообще нельзя давать. А если сломаю? Что тогда? Вещь наверняка дорогая очень.

— С телефоном ты тоже не дружишь, я так понимаю? — теперь Олег точно улыбался, и мне, лишь на секунду, захотелось улыбнуться в ответ, а я даже не помню, когда в последний раз улыбалась, — ладно смотри, — продолжил он.

Я послушно опустила глаза на экран телефона, внимательно наблюдая за тем, как Олег водит пальцем по стеклу.

— Вот эта зеленая кнопка — это вызов, мой номер вбит в быстром наборе, — объяснял Громов, — нажимаешь пятерку и жмешь вызов, возможно, когда-нибудь нам все-таки удастся поговорить, — он усмехнулся, подавляя смешок, а я не выдержала и все-таки улыбнулась в ответ.

Олег, заметив мою улыбку, как-то очень странно на меня посмотрел, но говорить ничего не стал.

— Разберешься? — спросил он после минутной паузы. Я в ответ только кивнула робко.

А Олег продолжал на меня смотреть, пристально, словно что-то выискивая. Заострил внимание на моем шраме. Мне стало не по себе, я не любила, когда меня так откровенно рассматривали. Не на что там смотреть. Урод он и есть урод.

Олег, видно заметив мое смятение, собирался было что-то сказать, но в этот самый момент тишину нарушил раздавшийся на всю квартиру звонок. Олег моментально взглянул на наручные часы и, кивнув самому себе, произнес:

— Иди на кухню, я открою дверь, — он покинул комнату, а мне ничего не оставалось, как выполнить его приказ.

Я прошла на кухню, подошла к большому окну и обняла себя руками. Кем бы ни был наш гость, пришел он явно по мою душу, иначе меня попросили бы остаться в комнате. Вскоре со стороны коридора послышались шуршание и женский голос. Постояв немного, я обернулась ко входу, а спустя мгновение в кухне показалась обладательница этого самого голоса. Следом за ней вошел Олег.

Лицом к лицу мы столкнулись с незнакомкой, я осторожно прошлась по ней взглядом. Передо мной стояла женщина лет тридцати, в стильном брючном костюме, который четко очерчивал идеальные формы ее не менее идеальной фигуры. Женщина была обладательницей густых светлых локонов, небрежной волной спадавших на плечи, у нее были большие серые глаза и, подчеркивающие их, длинные, пушистые ресницы. Уверенно поравнявшись со мной, женщина окинула меня совершенно равнодушным взглядом, словно я просто букашка какая-то.

Сейчас, находясь в одном помещении с этой нимфой, я чувствовала себя еще более ущербной. Переодеться я так и не успела и контраст между мной и незнакомкой напротив чувствовался более, чем отчетливо.

У меня появилось стойкое желание покинуть кухню, но в этот момент заговорил Олег.

— Присаживайтесь, — обратился Олег к женщине, — чай, кофе?

— Нет, благодарю, — с придыханием произнесла она и одарила его, наверное, самой шикарной улыбкой, на какую только была способна, а потом прошла вперед и присела на стул, демонстративно закинув ногу на ногу, привлекая к себе внимание Олега. И ей это удалось, взглядом Громов оценивающе пробежался по телу женщины, задержался на груди и скользнул выше. На лице мужчины промелькнула едва заметная улыбка.

А мне, вдруг, стало очень больно, нет, не из-за интереса Олега к этой женщине, а от понимания, что никто и никогда не будет смотреть на меня вот так, с интересом, вожделением даже. Людям неприятна моя внешность, никому не нравятся уроды, разве что больным на всю голову садистам, вроде Андрея.

— Инга, — теперь Олег обращался ко мне, — сядь пожалуйста.

Я вновь перевела взгляд от Олега к женщине, а после выполнила его просьбу, села напротив гостьи. Сам Олег занял место возле меня, чем сильно меня удивил, хотя, рассматривать незнакомку так было явно удобнее.

— Послушай, — Олег продолжал говорить со мной, — твое молчание меня беспокоит, Альбина Сергеевна, — кивнул он в сторону женщины, — психолог, она поработает с тобой какое-то время, заодно присмотрит.

Психолог? Да мне психиатр нужен, а не психолог.

Я усмехнулась про себя.

А после они еще долго обсуждали подробности этой «работы», а я даже не стала вникать в разговор. Альбина за все это время даже не попыталась хотя бы изобразить заинтересованность в работе со мной, куда больше внимания она уделяла Громову, говорила исключительно с ним, смотрела только на него, на меня же изредка бросала оценивающий, недовольный взгляд.

Женщина что-то щебетала о возможной психологической травмы, посттравматическом стрессовом расстройстве, очень складно говорила о наличии у нее огромного опыта работы в этой области, а мне хотелось провалиться сквозь землю, потому что я прекрасно понимала — эту женщину интересовала не я, ей был нужен только Олег, а я была просто инструментом для достижения поставленной цели, и цель эта, судя по всему, была совсем не против.

Осознав этот простой факт, я поняла, что мне все это надоело, вся эта болтовня относительно моей проблемы, предположения этой женщины и ее совсем не легкий и очень даже навязчивый флирт. Она ничего не знала о причинах моего состояния, абсолютно ничего, помочь мне она не могла, я в этом была уверена, а ее это вряд ли сильно волновало.

Да ну вас всех к черту.

Я резко поднялась со своего места, бросила взгляд на заметно напрягшегося Громова и стремительно покинула кухню. Буквально ввалившись в свою комнату, я от души шарахнула дверью.

После мне, конечно, стало стыдно за свой минутный порыв, но изменить я уже ничего не могла, а возвращаться обратно было глупо.

Инга

Весь свой пыл я растеряла практически сразу. И, конечно, я понимала, что повела себя очень некрасиво, сдержаннее нужно быть. Я никогда не замечала за собой особой вспыльчивости, а тут вдруг вспылила.

Стараясь не думать о произошедшем, я подошла к кровати, села на нее и уставилась на собственные руки, сложенные на коленях. Я не предоставляла, что делать дальше. Как на мою выходку отреагирует Олег и что за этим всем последует. Я ведь наверняка поставила его в совершенно идиотское положение. У меня не было никакого права вот так уходить.

Осмотревшись, я зацепилась взглядом за несколько оставшихся пакетов и коробок, с купленными для меня вещами. Чтобы не думать о плохом и хоть немного отвлечься, я начала разбирать оставшиеся покупки и складывать их в свой огромный шкаф. Справилась я относительно быстро и как только закрыла дверцу шкафа, раздался стук в дверь, на этот раз Олег не ждал, пока я открою, а сам вошел в комнату.

Я, обернувшись, инстинктивно сделала пару шагов назад и поднимая на него испуганные глаза. Мне стало страшно, очень страшно. Я ничего об этом мужчине не знала, он, конечно, признаков садизма не проявлял, но Андрей тоже на первый взгляд создавал впечатление нормального человека. Громов на мою выходку мог, как угодно, отреагировать и достаться мне могло по полной программе. Я невольно вжалась в шкаф позади себя, сглотнула, вставшую комом поперек горла вязкую слюну и уставилась в упор на Олега, ожидая его дальнейших действий.

— Да что ты шарахаешься от меня, как от прокаженного? — взревел Олег. — Я, кажется, ясно дал понять, что ничего плохого тебе не сделаю.

Я поежилась от его резкого тона, пусть я и привыкла к подобному с собой обращению, но Олег оставался для меня загадкой. Громов, заметив, мой жест провел рукой по волосам, шумно вздохнул и присел на кровать.

— Инга, — уже спокойнее произнес мужчина и похлопал по покрывалу, приглашая меня присесть рядом. Бросив на него затравленный взгляд, я проследовала к кровати и села на самый ее край, оставляя между собой и Олегом небольшое пространство.

Олег тем временем продолжил говорить.

— Слушай, я понимаю, что ты не в восторге от Альбины, но она одна из лучших специалистов в городе, она просто постарается тебе помочь.

Да будь она хоть трижды лучшим специалистом, вряд ли мне это хоть немного поможет. Мне не нравилась эта женщина, мне вообще люди не нравились, все они одинаковые и, если ты хоть немного отличаешься, то жизни нормальной у тебя не будет. Они злые, жестокие, высокомерные. Мне удалось хлебнуть все это сполна.