Виктория Ожиганова – Виктория (страница 25)

Настя задумалась, потом улыбнулась.

– Но я тоже так хочу.

Вика не ответила. Она просто достала сухую одежду и стала переодеваться, слушая, как за стеной Денис включает телевизор на полную громкость. Анна стояла на кухне, сжимая кружку с остывшим чаем. Она смотрела в окно, где на тропинке ещё блестели лужи.

После обеда дождь наконец совсем прекратился, и во дворе запахло свежестью. Лужи блестели на солнце, а воздух был теплым и влажным. Вика и Лена решили выйти на улицу.

– Давай найдем что-нибудь интересное! – предложила Лена, прыгая через лужи.

– Ага, – кивнула Вика, оглядывая двор.

Они бродили между гаражами, пока не наткнулись на старое бревно. Оно было толстым, тяжелым, но не слишком длинным – идеально, чтобы сделать новое место для посиделок.

– Давай перетащим его к нашему дому! – воскликнула Лена.

Вика сомневалась, но Лена уже схватила один конец.

– Ну давай, поднимай!

Вика вздохнула и ухватилась за другой край. Бревно оказалось еще тяжелее, чем казалось. Они с трудом оторвали его от земли и потащили, спотыкаясь.

– Тяни сильнее! – крикнула Лена, пошатываясь под весом бревна.

Вика напряглась, но бревно внезапно перекосилось, и Лена не удержала свой конец. Оно рухнуло вниз, и один край с грохотом пришелся прямо на ее ногу.

– А-а-а-а! – Лена вскрикнула и тут же согнулась, хватая себя за ступню.

Вика бросила бревно и подскочила к ней.

– Что случилось? Где болит?

– Палец! – Лена сжала зубы, но слезы уже текли по ее лицу. – Болит!

Вика осторожно приподняла ногу Лены. На большом пальце уже проступала темно-синяя гематома, а сам ноготь неестественно приподнялся у основания.

– Ой… – Вика почувствовала, как у нее похолодело внутри.

Лена всхлипывала, сжимая кулаки.

– Мама убьет меня…

– Ничего, сейчас до дома дойдем, – Вика попыталась говорить уверенно, но сама понимала – выглядело это плохо.

Она помогла Лене встать, та прыгала на одной ноге, прижимая поврежденную ступню. Они медленно двинулись к дому, Лена хваталась за Вику, чтобы не упасть. Когда они наконец добрались до квартиры, Вика постучала. Дверь открыла мама подруги, и ее лицо сразу изменилось, увидев дочь в слезах.

– Что случилось?!

– Мы бревно тащили… оно упало… – Вика проговорила виновато. Мама Лены тут же усадила дочь на стул и осмотрела ногу.

– Господи… ноготь отошел…

Лена всхлипнула еще громче.

– Это очень больно? – спросила Вика.

– Да, – прошептала Лена.

– Нужно обработать, чтобы не занести инфекцию.

Она увела Лену в ванную, а Вика осталась стоять в коридоре, чувствуя себя виноватой. Через несколько минут Лена вышла, хромая, но уже немного успокоившись. Палец был замотан бинтом.

– Будешь жить? – попыталась пошутить Вика. Лена слабо улыбнулась.

– Наверное…

– Извини…

– Да ладно, – Лена махнула рукой. – Сама виновата, надо было аккуратнее.

Но Вика знала – теперь Лена будет ходить с больным пальцем, и все из-за их глупой идеи. Они еще немного посидели, Лена осторожно ставила ногу на табуретку, чтобы не задевать больное место. Потом Вика попрощалась и пошла домой. Дома ее встретила тишина – мама была на работе, Денис спал после вчерашнего. Вика присела на кровать и вздохнула. Сегодняшний день начался с дождя, а закончился болью. Но хуже всего было осознавать, что из-за нее пострадала подруга.

Вечером, когда Вика и Настя уже легли в кровать, но ещё не спали, за стеной на кухне раздался приглушённый смех. Анна вернулась с работы не одна – с ней была подруга Ольга, и обе были навеселе.

– Давай ещё по одной! – Анна звонко чокнулась рюмкой с Денисом.

– Ты же завтра на работу… – пробурчал он, но налил себе ещё.

– Да плевать! – засмеялась Анна, и её голос звучал неестественно громко.

Вика лежала, уткнувшись лицом в подушку, но Настя ворочалась рядом.

– Вика, а почему мама так кричит? – прошептала она.

– Просто веселится.

Потом раздался скрип стула, шарканье ног по полу, и вдруг – музыка. Сначала тихая, потом громче. Гитара, резкий голос, странные, завораживающие слова: "Я на тебе, как на войне…" Вика замерла. Мелодия была тёмной, колючей, но в ней была какая-то сила. Она прислушалась.

– Это что? – Настя села на кровати.

– Музыка, – прошептала Вика.

За стеной Анна и Денис смеялись, потом Анна вдруг запела невпопад, срываясь на фальшивых нотах. Денис что-то крикнул, и они снова засмеялись. Но Вику зацепило не это. Её зацепила сама песня. Она не знала, кто её пел, но слова врезались в память: "Я на тебе, как на войне…''

Когда музыка стихла, а за стеной начались пьяные разговоры, Вика уже знала – она должна найти эту кассету, когда родителей не будет дома.

– Спи, – сказала она Насте, накрывая её одеялом.

– А ты?

– Я тоже.

Но Вика не спала. Она не могла спать пока родители выпивали. Всё время боялась, что что – то могло произойти.

Утро началось тихо. Родители ушли на работу. Вика дождалась, когда за ними закроется дверь, и сразу направилась к магнитофону. Кассета лежала там же, – среди разномастных кассет с надписями "Дискотека 90-х" и "Русский шансон". Вика бережно вставила её в магнитофон, прибавила звук ровно настолько, чтобы было слышно, но не слишком громко, и нажала PLAY. Первые аккорды "Агаты Кристи" заполнили комнату. "Я на тебе, как на войне…" Вика закрыла глаза, позволив мрачной мелодии окутать себя. В этих звуках было что-то такое, что заставляло забыть про пьяные крики родителей, про вечные ссоры, про одиночество.

Дверь внезапно распахнулась с таким грохотом, что Вика вздрогнула и чуть не упала со стула. На пороге стоял Денис – краснолицый, с перекошенной злобой физиономией.

– Ты что делаешь?! – проревел он, шагая вперёд.

Вика не успела даже вытащить кассету. Денис одним движением вырвал шнур магнитофона из розетки и схватил её за плечо.

– Это ещё что за хрень?! – Он тряс кассету перед её лицом.

– Я… я просто…

Удар пришёлся неожиданно – резко, пощёчиной, так что Вика отлетела к стене. Губа сразу наполнилась теплым металлическим вкусом.

– Чтобы больше не смела! – Денис швырнул кассету на пол, и она разлетелась на части. Он повернулся, схватил со стола забытые документы и вылетел из квартиры, хлопнув дверью так, что задрожали стены. Вика стояла, прижав ладонь к горящей щеке, и смотрела на осколки кассеты. Плёнка вылезла наружу, запутавшись в чёрных блестящих лентах. Она не плакала. Казалось, слёзы просто перестали приходить. Настя, напуганная шумом, выглянула из комнаты.

– Вика… что случилось?

– Ничего, – Вика вытерла рот тыльной стороной ладони. – Иди играй.

Через полчаса Вика с Настей уже были на улице. Щека горела, но на душе было ещё хуже.

– Вик, ты чего такая грустная? – Дима, соседский пацан, подошёл, засунув руки в карманы штанов.

– Да так… – она пожала плечами.