Виктория Лисовская – Сокровища Петра Первого (страница 13)

— А как же бояре, жена его Евдокия, мать, сестра Софья? С ними что будем делать?

— То же самое, что и с вашей делегацией Посольства! Те, кто хотел жить, перешел на нашу сторону. Остальных постигла нечаянная непредсказуемая смерть!

— Кстати, об этом. Что там с моим настоящим другом? Вы мне обещали, что он останется жив. Если вся операция сорвется, мы сможем вернуть его обратно на царство?

— О вашем друге не переживайте. Свои обещания мы держим. Ваш друг в Бастилии, жив-здоров, защищен от чужих глаз.

— А если его там узнают? Ведь портреты нашего царя по всей Европе разосланы!

— Не узнают, на нем черная железная маска, никто, даже тюремщики, не имеют права снимать ее. С ним обходятся как с благородным человеком, кормят, поят его хорошо. Вот только сбежать из Бастилии ему не удастся. — Жюль поклонился и снова спросил: — Еще какие-то проблемы?

— Он… этот человек… он мало похож на настоящего.

— Ваша задача — научить его всему, что знал его предшественник, об остальном не волнуйтесь, все мы возьмем на себя.

Месье Жюль поклонился и исчез в надвигающихся сумерках, оставив ошеломленного Меньшиков смотреть ему вслед.

Санкт-Петербург. Наши дни

— У лукоморья дуб зеленый; Златая цепь на дубе том: И днем и ночью кот ученый Все ходит по цепи кругом… —

начал декламировать Сема, его слова дополнил Тема:

— Идет направо — песнь заводит, Налево — сказку говорит. Там чудеса: там леший бродит, Русалка на ветвях сидит; Там на неведомых дорожках

— Следы невиданных зверей… — закончил за него снова Сема, он сознательно проговаривал трудные слова стихотворения.

— На неведомых… на Неве… неведомых… на Неве дом их! — осенило Дашу.

— Мама, а ты придешь на наше выступление в садик? Вареньевна сказала, что если тебя опять не будет, нам больше не дадут роли… — сознательно шмыгнул носом Тема.

— Зайчик мой, Вареньевна ваша шутит — я обязательно приду. Постараюсь, по крайней мере, — тихо произнесла Даша и обняла сыновей. — А почему вам в саду такое сложное стихотворение задали? Его вроде бы только в школе учат.

— Так нам сказали, что мы самые умные! — Личико Темы расплылось в довольной улыбке.

— Нет, нам сказали, что мы больше всех умничаем, — поправил его брат.

— Мама, а что такое Лукоморье? — рассматривая большую картинку в книге, спросил Тема.

— Лукоморье — это такая волшебная сказочная страна, — пояснила Даша.

— А где она находится? — спросил Сема.

— Не знаю даже, — пожала плечами Безбрежная. — Но вы представляете, в том деле, которым я на работе занимаюсь, мне тоже попалось это стихотворение.

— А что это значит? — подпрыгнул на кровати Сема.

— Не знаю даже, но мне предстоит это узнать.

— А откуда у тебя это стихотворение? — спросил серьезный Тема.

— Я его нашла в одном тайнике, — улыбнулась мама.

— А ты сама говорила, что в тайниках хранятся карты сокровищ, — наморщил свой курносый нос Сема.

Даша поцеловала его в макушку.

— Вот и буду искать сокровища!

— А когда найдешь, купи нам, мама, большую пожарную машину и чтоб водой брызгалась! — захлопал в ладоши Сема.

— Да-да. А еще шоколадных мишек! — поддержал его брат.

— Да, мои зайки, обязательно куплю, — Даша поцеловала сыновей, пожелала им спокойной ночи, включила ночник и прикрыла дверь в детскую.

— Ну и что ты про «Лукоморье» думаешь? — спросила следователь Безбрежная Володю Шестакова, когда тот прибыл на работу и выпил чашку крепкого чая.

— Мне больше «Сказка о царе Салтане» нравится, но я не пушкиновед, — ухмыльнулся Володя, развалившись на стуле и с лупой рассматривая пожелтевшую страницу, которую следователь нашла в тайнике.

— Эксперты говорят, что текст написан шариковой ручкой, предположительно, в семидесятых-восьмидесятых годах двадцатого века.

— Ой, да мало ли кто запихнул «Лукоморье» в печку! Я думаю, это тупиковый вариант, картины мы нашли — зачем еще в старой печке ковыряться? — возразил резонно Володя.

— Я бы не ковырялась, как ты сказал, в старой печке, если бы на обратной стороне этой страницы не был изображен подробный план Михайловского замка. Ты не находишь это странным и как-то связанным с нашим расследованием? Картины мы нашли, а вот убийцы Потапова и Трифонова до сих пор не найдены!

— И как твое Лукоморье поможет нам в этом? — скептически посмотрел на следователя Шестаков.

— Это не мое Лукоморье, во-первых, а во-вторых, хоть картины мы и нашли, но кто их украл, мы так и не выяснили, — ответила Дарья, покачав головой.

— Да что тут гадать, картины найдены на даче у Потапова, значит, он их и умыкнул.

— Ага, сам украл, а потом сам себе всю кровь выпустил, наверное, совесть замучила, а заодно и экскурсовода Ваню тоже прирезал, — злобно пошутила Безбрежная.

Шестаков тоже улыбнулся.

— Ну да, ну да, а что ты думаешь про Лукоморье? Кстати, а что такое вообще Лукоморье?

— Только вчера вечером сыновьям на этот вопрос отвечала, — закивала головой Даша. — Лукоморье — волшебная сказочная страна.

— А вообще, это означает морская лука, морской залив, залив моря, изгиб морского берега. В фольклоре древних славян — заповедное место на краю света, — заботливо зачитал с телефона информацию Володя.

— В Википедии, что ли, читаешь?

— Ага! Вот оно какое наше Лукоморье! — просиял опер.

— Морской залив, волшебный град, а не Питер ли это, часом? — задумалась Даша.

— А что вполне может быть.

— Ну, так что, будем идти по следу Лукоморья?

— А что для этого нужно?

— Начнем с самого начала. У Лукоморья дуб зеленый… Спроси свою Википедию, где находится старинный трехсотлетний дуб в Питере. От него и будем плясать. Чувствую я, разгадка уже близко. — Следователь стукнула рукой по столу.

Володя запыхтел, принялся забивать слова в поисковик и через несколько секунд вскричал:

— Есть-есть! Эврика! Я нашел! Смотри сюда, Николаевна, дуб Петра Великого на набережной реки Крестовки, недалеко от Мало-Крестовского моста старинный дуб, по преданию, посаженный самим царем-реформатором!

— Володя, вот то, что нам нужно! По коням! — обрадовалась Безбрежная.

— Ура! Дуб нашелся! — подпрыгнул с места оперативник.

Июль 1698 г. Священная Римская империя германской нации