Виктория Лисовская – Путь к золоту Рюрика (страница 29)
Майя в своей палатке в телефоне рассматривала второй фрагмент рукописи, пыталась расшифровать древнерусскую литорею.
Сергей Юрьевич проделал огромную работу — определил способ тайнописи. Как он смог это сделать — Майя не знала, но всегда предполагала, что у профессора Апраксина действительно гениальный ум и выдающиеся знания.
«Нужно выяснить у Митьки Князя, в какой больнице Апраксин, и обязательно его там проведать», — подумала девушка.
Параллельно с этими мыслями она переписала все согласные буквы в две строки.
Верхняя — бвгджзклмн;
Нижняя — щшчцхфсрп.
Так получились пары взаимозаменяемых согласных, вместо «б» нужно читать «щ», а вместо «щ» — «б» и т. д.
Теперь осталось самое простое — с помощью подсказки в двух строках прочитать рукопись.
Майя потерла руки от удовольствия — сейчас она прочитает рукопись и наконец-то разберется в тысячелетней тайне, но в эту секунду в палатку ворвалась Стефания. На ней лица не было:
— Майка, быстро пошли, побежали — там! — закричала она и потащила подругу за руку.
— Что случилось? Куда? — вяло отбивалась Виноградова.
— Там! Такое! — Белинская тащила подругу к подножию Шумки.
Подбежав поближе, Майя увидела почти всю группу студентов, они обступили что-то на склоне холма, Белинская, расталкивая всех локтями, пробила дорогу вперед.
Девушки увидели небольшую яму, возле которой с грязной лопатой сидел помятый и взъерошенный Никита. Все столпившиеся смотрели вниз — на дно ямы.
— Котов не послушался, сам отправился Шумку копать, и вот — докопался! — шепотом объяснила на ухо подруге Стефания.
— Докопался? Рюрика нашел?! — вскрикнула громче чем надо Майя.
— Ага, его самого — только в джинсах и бейсболке, — ядовито заметила рядом оказавшаяся Настя. — Вот, полюбуйся!
Майя протиснулась к яме, на дне которой белели кости скелета, причем скелета не древнего, а вполне современного — рядом действительно находилась грязная кепка-бейсболка с выцветшей эмблемой баскетбольной команды, и кое-где на костях видна была джинсовая ткань.
— Кто же это?! — вздохнула Майя.
Никита неопределенно пожал плечами и глубоко вздохнул.
К студентам протиснулся доцент Корнеев, он был зол, необычайно зол, его лысина вся покраснела, и казалось, еще чуть-чуть — она задымится.
Оглядев всех присутствующих и взглянув на содержимое ямы, он приказал:
— Аспирант Авдюшин, уведите всех студентов в лагерь, завхоз Углов, оградите это место от посторонних, никого сюда не пускать — не выпускать! Никита Котов, за мной! — грозно рыкнул он замершему от страха парню.
Тот недовольно кивнул и двинулся за преподавателем.
Алексей Авдюшин повел ребят в лагерь, по дороге все обсуждали случившееся.
— И чего это Никите все неймется! — с неодобрением сказала Лена Окунева.
— Не было нам проблем с современными преступлениями — а тут еще старого жмурика откопал! — заметила Рита.
— Он хотел еще более древнего жмурика найти — века так девятого, — Рюриком кличут! — заметила Настя.
— Ага, а ему разрешали раскопки проводить? Сейчас снова проблемы будут! — ответил Алексей.
— Да ничего не будет, Никита, может быть, сделал доброе дело — нашел скелет, может, человека давно ищут! — задумчиво сказала Лена.
— Так теперь духи Шумки еще больше осерчают! Говорила же бабка Агафья, там копать нельзя! — в ужасе взвизгнула Рита.
Настя захихикала и повертела пальцем у виска.
— Ты что, совсем ку-ку?! В этот бред веришь?!
— А вот и не бред — Люсю убили, потому что она георадар на Шумке проводила, Апраксина практически убили, потому что он глава экспедиции! — с вызовом воскликнула Рита.
— А этого бедолагу кто и когда убил? — спросила Настя.
— Да мало ли, — отмахнулась рукой Рита, — и вообще труп не старый, бейсболки такие были лет десять назад популярны!
— Да, Агафья рассказывала, что на Шум-горе многие деревенские сгинули, вот один из них, — тихо заметила Майя. Ей не терпелось вернуться обратно в палатку — закончить расшифровку, плюс ко всему, когда она выбегала в спешке, то оставила в палатке свой телефон и очень беспокоилась об этом.
Но когда они практически подходили к лагерю, Алексей Авдюшин ей тихо сказал:
— Майя, задержись, пожалуйста, на секундочку!
Девушка устало кивнула, а Стефания гордо задрала подбородок и нырнула в их палатку.
— Да, что ты хотел?!
— Я тут вспомнил то утро, когда свиток у Эдуардовны пропал, мы с Люсей утром заходили в палатку, — почесав лохматую голову, сказал Леша.
— Да, я помню, ты рассказывал. — Майя даже приплясывала от нетерпения, ей некогда было болтать с Авдюшиным — ее ждала уникальная летопись.
— Так вот, я не все рассказал! — печально вздохнул Алексей.
Майя, уже практически готовая бежать в палатку, при этих словах замерла от нехорошего предчувствия.
— В смысле? — переспросила она.
— Люся говорила потом, что мы заглянули, никого там не было, и мы сразу ушли.
— Ну да, я эту историю слышала. — Майя не хотела показаться грубой, но она была готова дать по этой пухлой физиономии, чтобы он быстрее рассказывал, что хотел.
Авдюшин снова глубоко вздохнул.
Майя недовольно громко зашипела:
— Это все?
— Нет. Дело в том, что в палатку заглядывала одна Люся, а меня она попросила… — в глазах у парня заблестели слезы, Майе стало жаль его, она вздохнула, чтобы успокоиться, и переспросила:
— О чем попросила?
— Чтобы я стоял на выходе и подал ей знак, если кто будет идти. И в палатке она была долго — около пяти минут, а потом выскочила такая радостная и сообщила, что теперь она точно деньги на операцию бабуле получит! — на одном дыхании выпалил Авдюшин.
Виноградова остолбенела: но тогда это полностью меняет дело.
— Ты хочешь сказать, что это Людмила украла первый свиток?
— Ну, получается, что так! А почему первый? — удивился аспирант.
— Почему первый — неважно. Важно другое: если Люда забрала свиток — то кто и почему ее убил и как возле ее ног появился другой документ? — вслух задумалась Майя.
— Другой? Какой другой? — забеспокоился Алексей.