Виктория Лайонесс – Инстинкт совершенства (страница 48)

Брюнетка возвращается быстро и ставит стакан на специальный стол, разделяющий наши сиденья. Демонстративно наклонившись еще ниже, отставляет задницу, обтянутую узкой красной юбкой.

Сжимаю челюсть, желая прямо сейчас вцепиться этой суке в волосы и хорошенько оттаскать за них.

– Ваша вода, Адриан, – меня она напрочь игнорирует.

– Спасибо, Синтия. Ты очень добра, – голос мужа заметно смягчается.

– Мне приятно делать ваш полет комфортным.

– Насколько комфортным ты можешь его сделать? – проходится по стройной фигуре заинтересованным взглядом, и мою грудь сдавливает с такой силой будто на нее упала бетонная плита.

– Все, что только захотите, сэр, – облизывает пухлые губы, накрашенные алой помадой.

– Моя жена сказала, что не против, если я тебя трахну. Как ты на это смотришь? – следующие слова вонзаются раскаленными стрелами в сердце, принося боль, и я смотрю округлившимися глазами на подонка, которому неведомы никакие границы.

Шлюха кидает короткий взгляд на меня, начав улыбаться.

– Да, я согласна, – глаза суки загораются.

– Можем уединиться в каюте или остаться здесь. Возможно, моя жена захочет посмотреть, – добивает меня окончательно, взяв ее руку в свою и поцеловав тыльную сторону ладони.

– Лучше в каюте, – томно улыбается.

– Хорошо, милая.

– Нет! – вырывается из меня, и я подрываюсь со своего места.

– Нет, дорогая? – притворно удивляется чертов сукин сын.

– Оставайтесь. Не буду вам мешать, – едва перебирая ногами, выхожу из салона и увидев заветную дверь каюты, забегаю, закрыв дверь.

Тяжело дыша, зарываюсь руками в волосы, сжав их до боли. Ощущение, что меня окунули в горящий котел и теперь я заживо горю в нем. Увидев аккуратно застеленную двуспальную кровать с лежащими на ней декоративными подушками, подлетаю к ней и начинаю с остервенением скидывать с нее все, швыряя в разные стороны. Дальше идут лежащие на прикроватной тумбе журналы и какие-то книги.

Слышу сбоку звук и резко повернув голову, сквозь пелену слез встречаюсь с серым взглядом ублюдка. Ярость застилает глаза, и я хватаю с настенной полки тяжелую статуэтку в виде корабля и несусь с ней на мужа.

– Ненавижу тебя, подонок! – он вовремя перехватывает мое запястье, но другой рукой я все-таки успеваю дать ему пощечину. – Сволочь! Будь ты проклят! – вместе с яростью меня накрывает сильнейшая истерика.

– Успокойся, – хватает оба моих запястья, прижимая к своей груди, но я за всех сил стараюсь вырваться.

– Ты не имеешь права так со мной обращаться! Не имеешь! Я твоя жена! – слезы градом текут из глаз.

– Разве не ты сама сказала, что тебе все равно c кем я трахаюсь, bella? Или все-таки не все равно? – продолжает держать меня в металлическом захвате, пытаясь поймать мой взгляд.

– Да пошел ты! – кричу дрожащими и солеными от слез губами.

– Ответь на вопрос, Эверин?! – с силой дергает меня, отчего волосы падают на лицо, а статуэтка выпадает из руки.

– Я никогда не скажу тебе того, что ты хочешь услышать, Адриан! Потому что как только ты почувствуешь абсолютную власть надо мной, ты просто растопчешь меня и пойдешь дальше!

– Что за бред ты несешь, девочка?

– Это не бред, а ваша мужская сущность! И вчера я в полной мере ощутила ее на себе!

– Кто тебе вбил в голову такие мысли, малышка? Вчера ты всего лишь услышала слова обиженной женщины, к которой я пришел просто поговорить и расставить точки, чтобы все закончить!

– Надеюсь, тебе понравилось расставлять точки?

– Ты меня совершенно не слышишь?

– Не верю ни единому твоему слову.

– Придется поверить. Я никогда тебе не лгал, bella.

– Утром ты сам озвучил о том, что она сделает для тебя, если не сделаю я.

– Это было сказано со злости.

– Очередная чушь.

– А чего ты еще ожидала от меня? Я, черт возьми, до утра не знал, где моя жена и все ли с ней в порядке!

– Хватит, Адриан. Не трогай меня, – опускаю взгляд на ворот его рубашки.

Внезапно накатывает сильнейшая усталость и понимание того, как сильно изматывает эта постоянная борьба.

– Мы еще недоговорили, – берет мое лицо в ладони, снова заставляя тонуть в серых омутах.

– Нам не о чем больше разговаривать, – едва успокоившись, сердце снова начинает заходиться в истерике.

– Сколько еще ты будешь пытаться отталкиваться меня? – сталкивает нас лбами. – Ты прекрасно знаешь, что назад дороги нет. Мы связаны. Крепко. И как только ты отбросишь свое упрямство, мы заживем счастливо.

– Как приторно сладки твои слова, Адриан. Боюсь, у меня от них скоро начнется аллергия, – непроизвольно обхватываю его запястья, закрыв глаза, и ощущаю, как он касается мягкими губами моего виска.

– Как же ты не поймешь, bella, – его голос начинает звучать глубже, волнительней. – Мне не нужна демонстрация твоей внутренней силы, я и так знаю, что ты сильная, и уважаю в тебе это качество. Хватит находиться в постоянном режиме бойца, ты в безопасности со мной. Ты можешь проявлять свою слабость. Довериться мне. Позволить заботиться о тебе.

Из меня вырывается судорожный всхлип, и я сильнее цепляюсь за его запястья.

– Мне страшно, Адриан. Я боюсь сойти с ума, – сбивчиво шепчу, дрожащими губами.

– Не бойся, девочка моя, – забирает в плен сильных объятий, и я льну к нему, крепко обнимая за шею. – Давай сходить с ума вместе, – гладит меня по спине, нежно целуя в висок.

Я ничего не отвечаю. Слов не осталось. Я исчерпала свой лимит борьбы на сегодня. Продолжать сражаться больше нет смысла. Пусть будет как есть.

– Тебе нужно отдохнуть, bella. Ты поспала всего ничего, – ласково шепчет, продолжая обнимать меня.

– А ты сколько спал?

– Не знаю, – пожимает плечами. – Может, часа два, – почему-то ощущаю вину.

– Ты собираешься продолжить работать? – совсем не хочу, чтобы он возвращался в салон, где одна шлюха пускает по нему слюни.

– Да. Мне еще нужно ответить на пару важных писем. Накопилось много работы, пока меня не было. Я посплю позже, – отходит от меня, и я нехотя разжимаю руки на его шее, где все еще видны следы от моих ногтей, оставленные вчера утром.

– Ладно, – с ужасом осматриваюсь вокруг, увидев, что разнесла всю каюту.

– Я скажу Синтии убраться здесь, – произносит, проследив за моим взглядом.

– Нет, – категорично отрезаю. – Я сделаю это сама. И я хочу, чтобы ты уволил ее, – твердым тоном заявляю.

– Хорошо, сделаю это, как только приземлимся, – протягивает руку, аккуратно проведя большим пальцем по месту, где ссадина. – Слово моей жены – закон, – с нежной улыбкой оставляет короткий поцелуй на моих губах и выходит из каюты.

Глава 26

Мы приземляемся в аэропорту Миконоса ранним утром по местному времени. Чистое голубое небо с ярко светящим солнцем сразу окунают в курортную атмосферу. Как только мы спускаемся по трапу, тело окутывает теплым воздухом, в котором ощущается освежающий запах морского бриза. Делаю вдох полной грудью, желая отпустить тревогу на второй план. Раз уж я оказалась рядом с морем, то должна по полной воспользоваться моментом.

– Устала? – интересуется Адриан, держа мою руку в своей.

– Нет, – мотаю головой, но стараюсь не смотреть на него.

После нашего разговора ощущаю себя как-то странно. Внутри меня сейчас целый ворох противоречий. Я не знаю, как совладать со своими эмоциями. Их слишком много. Со мной происходит что-то странное, необъяснимое, пугающее. И все это лишает покоя.

В полете мне удалось поспать, но даже это не помогло до конца успокоиться. Когда я проснулась, то увидела лежащего рядом Адриана. Он крепко спал и, воспользовавшись моментом, я тихо вышла из каюты и села на свое место, нажав кнопку вызова бортпроводника. Не знаю, зачем я это сделала, но мне ужасно хотелось поставить стерву на место и преподать ей урок. Чтобы в будущем было неповадно распускать слюни на чужих мужей. Брюнетка появилась через минуту, с притворной улыбкой на алых губах.

– Вы что-то хотели, миссис Демитриус? – сука вела себя так, будто ничего не произошло.

– Да.

– Я вас слушаю?