Виктория Лайонесс – Инстинкт совершенства (страница 27)

– Что ты, мать тв…

– Помолчи, упертая, – не дает договорить, надевая на безымянный палец что-то. – Вот теперь все, как надо, – отпускает мою руку, и ноги прирастают к полу, когда я смотрю на кольцо из белого золота с аккуратным изящным бриллиантом без каких-либо лишних элементов. Именно такое, какое я сама бы себе выбрала, если бы носила украшения.

– Считаешь, надев кольцо, которое даже не мне предназначалось можно уже заявить на меня свои права?

– Ошибаешься, bella. Как раз таки это кольцо предназначено именно тебе и сделано специально для тебя. Можешь посмотреть на тиснение внутри.

– Что? – снимаю кольцо и, покрутив его, замечаю мелкую надпись « Эверин от А» . – Не понимаю , – растерянно хлопаю глазами.

– Пришлось вернуть купленное для твоей сестры кольцо с вычурным бриллиантом и заказать у ювелира то, что тебе понравится.

– Ты не мог знать, что оно мне понравится, – криво улыбаюсь.

– Мог. Оно ведь тебе понравилось? – обжигает своей раскаленной сталью, пристально посмотрев на меня.

– Это неважно, – отвожу глаза, ощутив, как резко бросило в жар.

– Надень обратно. И чтобы никогда не снимала, – угрожающе произносит металлическим голосом и когда он становится таким это жутковато.

– Приказы будешь отдавать кому-нибудь другому, – но я все равно не могу не дерзнуть, за что получаю уничтожающий взгляд.

– Не испытывай мое терпение, bella. В гневе я тебе точно не понравлюсь, – светлая радужка начинает темнеть и почти сливаться с внешней границей.

– Я тебе тоже не советую испытывать мое терпение, – бубню себе под нос, возвращая кольцо на палец.

– Советы будешь раздавать кому-нибудь другому, – передразнивает, открывая передо мной дверь.

Мы оказываемся в огромном павильоне с высокими потолками, и я сразу понимаю, что это за место. Я видела такие только в фильмах и не представляла, что в реальности они имеют такой масштаб. Это стрельбище с целым рядом отдельных стрелковых позиций со специальными столами для оружия, огороженные между собой прозрачными перегородками. У стены напротив, в метрах тридцати находятся движущиеся установки с овальными мишенями.

Не могу ничего сказать, снова находясь в шоке оттого, что он исполнил еще одну мою маленькую мечту. Мы останавливаемся у центральной позиции, и я вижу, что на столе уже разложено настоящее боевое оружие, состоящее из разных видов пистолетов.

Адриан подводит меня к столу, и у меня просто глаза разбегаются. Всего однажды я держала в руках настоящий семнадцатый глок, но никогда не стреляла из подобного рода оружия.

– Может, скажешь хоть что-нибудь? – Адриан первым нарушает затянувшееся молчание.

– Что ты хочешь услышать? – не сдержавшись, подхожу к столу и касаюсь пальцами ствола серебристого массивного пистолета.

– Ты ничего не сказала с момента, как мы вошли сюда.

– Я пока смотрю. А мы сегодня снова одни?

– Одни, bella. Не хочу, чтобы кто-то мешал нам.

– Только не говори, что этот центр тоже твой? – приходится задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

Я когда-нибудь привыкну к его росту? Рядом с ним я чувствую себя гномом!

– Не скажу. Я здесь такой же клиент, как и ты.

– Видимо, постоянный клиент, раз к тебе обращаются по имени.

– Так и есть. Я с детства интересовался оружием, – становится рядом, коснувшись меня плечом.

– И откуда такая тяга к оружию?

– Мой дед был заядлым коллекционером разного вида оружия.

– Тот, который отец твоего отца?

– Да.

– А твоя мать, где она? Почему она не пришла на званый обед? – не знаю, зачем я вообще задаю ему вопросы о его семье, но, как только озвучиваю последний, его лицо заметно мрачнеет.

– Моей матери больше нет. Когда-нибудь стреляла? – резко переводит тему и, взяв в руки один из образцов, с невероятной легкостью достает магазин из рукоятки, проверив его полный заряд. А потом сразу вставляет назад с характерным щелчком.

– Один раз по тарелкам из гладкоствольного ружья, – помню, как Чарли сделал мне подарок на день рождения.

– И как?

– Хм…было весело, – пожимаю плечами.

– Хочешь попробовать? – протягивает мне глок и посмотрев в его глаза, снова пропадаю в туманной дымке.

– Да…кхм… – проходится прочистить горло от внезапного возникшего трепетного волнения в груди. – Хочу… – слишком нервно выхватываю тяжелый предмет из его руки.

– Осторожно. Не стоит делать резких движений, когда у тебя в руках такой предмет, bella, – его низкий голос звучит гипнотически, пуская странные импульсы в животе.

– Не бойся, тебя не пристрелю, – поворачиваюсь прямо в сторону мишени. – Если будешь хорошо себя вести, – отшучиваюсь.

– Я это учту. Надень это, – протягивает мне специальные наушники.

– Как-нибудь без них обойдусь, – снимаю пистолет с предохранителя, и выставив руки перед собой, обхватываю рукоятку правой рукой, положив указательный палец на курок. Левой рукой придерживаю снизу. Зажмурив один глаз, прицеливаюсь и делаю несколько выстрелов, ощутив приличную отдачу в плечо.

Черт, а это действительно громко и сильно!

– Классная хрень, – ухмыляюсь.

– Заканчивай ругаться, bella. Тебе не идет.

– Какие мы правильные. Поздно ты подоспел с перевоспитанием, – язвлю, ощущая, как участился пульс.

Мне определенно нравится, и я хочу еще!

– Я не собираюсь заниматься твоим перевоспитанием. Но некоторые вещи подкорректировать придется. А для начала научить тебя не попадать в молоко, – нажимает какую-то кнопку сбоку от стола и мишень, по которой я целилась движется к нам.

Недовольно хмурюсь, когда замечаю несколько отверстий по краям белой области.

– Полное дерьмо! – выпаливаю и в следующую секунду получаю болезненный шлепок по ягодице. – Ты совсем охренел? – оскорбленно возмущаюсь, повернувшись к нему.

– Еще раз ругнешься и я заткну твой дерзкий ротик поцелуем и не отпущу, пока ты не начнешь задыхаться, – от его слов, сказанных с появившейся хрипотцой в голосе, в ногах слабеет, а во рту резко пересыхает.

– Ты обещал не прикасаться ко мне, – шепчу, зачем-то опустив взгляд на чувственные мужские губы.

– Ты моя невеста, обещание больше не актуально, bella, – протягивает руку и едва уловимо касается моих губ подушечкой большого пальца.

– Тогда нам лучше закончить свидание, – отхожу от него, собираясь вернуть пистолет на стол.

– Нет! – не дает мне этого сделать, развернув по направлению мишени, а сам становится позади, прижавшись к моей спине почти вплотную. – Мы еще не научили тебя попадать в цель, – хрипло шепчет у моего уха, обдавая чувствительную кожу горячим дыханием.

Берет мои руки все еще держащие пистолет и поднимает, обхватив своими большими ладонями. Оказываюсь в плену его сильного тела, даже через ткань одежды ощущаю крепкие мышцы.

– Адриан… – судорожно выдыхаю, ощутив разливающий по телу жар. – Ты слишком близко, – протестую, не в силах пошевелиться.

– Привыкай ко мне, bella. Скоро мы станем еще ближе, – захватывает мочку зубами, облизав ее кончикам языка. – Ммм…мне безумно нравится, как ты пахнешь, Рини, – продолжает издеваться, заставив руки задрожать.

Хочу отстраниться, но не могу. Тело предает меня, и дикое желание стремительно бежит по венам.

– Поставь ноги на ширину плеч и держи спину ровно, – слегка щекочет колючей щетиной висок, и я делаю, как сказано. – А сейчас прицелься и не дыши, – крепче сжимает мои руки своими, направляя их. – Жми на курок, bella! – нажимаю несколько раз в подряд и замираю, тяжело задышав.

Он, наконец-то, отпускает меня и отходит.

– Умница. Вот теперь гораздо лучше, – снова нажимает кнопку, приближая мишень, и я вижу, что одна пуля прошла в паре сантиметров от центра.

– Еще хочу. Только другим, – почувствовав азарт, возвращаю ему глок.

– Слово дамы – закон, – он вручает мне серебристый пистолет другой модели, и я опять становлюсь в стойку.

Следующие три часа пролетают незаметно. Адриан все доходчиво и очень увлекательно объясняет, рассказывая про особенности каждой модели и их историю. И я не раз ловлю себя на мысли, что мне нравится его слушать. Звук его глубокого бархатистого голоса приятно волнует и в тоже время завораживает.