Виктория Котийяр – Миры Ушефера. Великий Разлом. Книга первая (страница 9)

Локи выкрикнул, не скрывая отчаяния:

– Я не знаю!

Он и впрямь не знал, однако некто не унимался, распаляясь яростью:

– Что! Ты! Сделал?!! Как! Ты! Мог! Предатель! Лжец!!!

Голос превратился в хор утробных рычаний. Он звучал отовсюду.

Вдох.

Запах пыли и грубой кожи прожёг ноздри. Через мгновение к нему добавился сладковато-приторный аромат печёных булочек. Во рту пересохло.

«Сейчас бы мёду, чарки три… четыре… лучше пять…» – мысль плотно засела в голове огненного мага и повторялась раз за разом.

Веки слиплись, отказываясь открываться. Тело ломило и выкручивало. Кажется, Локи вовсе не мог пошевелиться. Пальцы на правой руке дёрнулись, но левая оставалась мертвецки недвижима. Дыхание давалось тяжело.

«Надеюсь, что я умер. В противном случае, пусть меня кто-нибудь прикончит», – подумал Локи и с силой распахнул глаза.

Яркий дневной свет тут же ослепил, и правая рука взметнулась, прикрывая лицо.

«Я не буду смотреть на левую руку. Пока не вижу её, ничего плохого не произошло», – решил маг, но тут же покосился влево.

Рука оказалась на месте, но её серо-лиловый оттенок несколько смущал. Локи с опаской ощупал холодную и твёрдую «кожу». Похоже, в процессе перемещения ему оторвало конечность, и какой-то умелец сотворил для него это великолепие. Локи попытался пошевелить лиловыми пальцами, но всё было тщетно.

«Бесполезная штуковина! С другой стороны, не умер, и ладненько», – подумал он и мельком огляделся по сторонам.

Небольшая комнатушка, крохотное мутное окошко, узкая кровать, больше похожая на топчан, застеленная стареньким и побитым временем покрывалом. С улицы проникали тусклые солнечные лучи. Маг лежал на этой самой кровати, и кто-то небрежно прикрыл его куском ткани. Назвать это одеялом у Локи язык бы не повернулся.

Память понемногу возвращалась, точно осколки или вспышки. Сигурд перенёсся куда-то с помощью Лунного копья, сам Локи оттолкнул Алису и опрометчиво решил, что его сил хватит для перемещения в пространстве. Без артефактов. С ограниченным количеством энергии.

Локи застонал от негодования. Если бы глупость как-то измеряли, то без зазрения совести он поставил бы себе сотню из десяти. Одним только чудом маг избежал смерти. Крамольная мысль промелькнула, будто бы Богиня уберегла его.

«Ну нет. Я не стану должником этой стервы. Сам выжил».

Локи сел на кровати, превозмогая пронзающую боль, и нехотя окинул взглядом лиловую конечность.

«Прощай, левая рука, ты была моей любимицей», – подумал он с наигранной тоской.

Прежде чем сигануть в пространстве, маг в первую очередь надеялся не умереть и в идеальном варианте развития событий переместиться в Утгард, в обитель Скади, чтобы напитаться энергией от родной земли. Но, похоже, сил хватило лишь на первый пункт.

По лиловому цвету изделия Локи предположил место своего нахождения: Свартальхейм, территория великих кузнецов – цвергов. Обитель серых коротышек с раздутым самомнением. Но это хорошо, гораздо хуже было бы попасть в какой-нибудь Альвхейм, чтобы до тошноты добренькие альвы тут же сдали его Одину.

Локи медленно поднялся на ноги, однако тут же рухнул плашмя на деревянный пол. Он попытался встать, но не смог: тело будто не принадлежало ему. Левая рука, серая с лиловым оттенком (или лиловая с серым – Локи так и не определился), совсем не помогала, а то и мешала. Спустя несколько попыток маг уронил голову на пол и отчаянно зарычал.

«Проклятое проклятье!»

Так он пролежал несколько минут, прежде чем продолжить. Наконец ему кое-как получилось привести тело в вертикальное положение и даже на ватных ногах переместить его к пыльному маленькому зеркалу, притаившемуся в углу комнатки.

Прохладный сквозняк окатил льдом его оголённый торс. Локи судорожно тряхнул плечами.

«Спасибо, что штаны оставил, кем бы ты ни был», – подумал он, внимательно изучая новую руку через грязное отражение. Чужеродная конечность врастала в плоть на середине плеча и тонкими щупальцами вплеталась в кожу.

– Интересно, сколько я пролежал? – произнёс он вслух в никуда.

Однако тишина не стала ему ответом.

– Четыре недели, – раздался тонкий мужской голос позади.

Локи резко обернулся. У двери стоял тощий карлик и равнодушно смотрел на мага.

О, этот коротышка определённо был знаком Локи. Его бровь дёрнулась, верхнюю губу повело, но маг живо угомонил мимику, приняв вид напускной радости.

– Лит! Четыре недели? Смешно-смешно. А серьёзно?

Карлик не удосужился улыбнуться в ответ. Он скрестил руки на груди и опёрся плечём о дверной косяк.

– А я серьёзно, – без тени сочувствия проговорил Лит. – Ты валялся здесь добрых четыре недели. А я всё ждал, когда твоя мерзкая душонка покинет отвратительное тельце.

– Я тоже рад тебя видеть, – усмехнулся Локи, однако его челюсть сжалась сама собой.

«Четыре недели?!» – вопль пронёсся в голове мага. Слишком долго.

Карлик фыркнул, ничего не ответив, однако продолжил стоять на месте.

Пошатываясь, Локи прогулялся из стороны в сторону, затем вернулся к зеркалу и потряс искусственной рукой:

– Почему эта штука не работает?

– Потому что я не зарядил её магией.

– Ну так заряди!

Лит с чувством расхохотался. Он вальяжно прошёл в комнату и расселся на стареньком потёртом кресле, которого маг огня сперва не заметил.

Вообще, он многое не заметил: старенький покосившийся комод, несколько свечей, погасшие кристаллы под потолком, метёлка в углу, а под зеркалом на полу его сапоги.

Комнатка, очевидно, отличалась от типичного убранства цвергов, живущих в Свартальхейме. Но вряд ли карлик отремонтировал своё жилище, сделав его старше и хуже. Цверги, конечно, часто удивляли мага огня своей логикой, однако такое даже для них было слишком странным.

Тем временем Лит, смерив Локи полным презрения взглядом, с усмешкой проговорил:

– Локи, Локи, ты не меняешься. Подлец был. Подлец остался.

Маг чуть менее ловко, чем хотелось бы, завалился на кровать.

– Мне кажется, ты слишком злопамятный, дорогой друг, – слащавым тоном произнёс Локи, поигрывая с конечностью – приподнимая и тут же отпуская её, – оставь обиды в прошлом, будь в настоящем и думай о будущем.

– Я думаю о том, как бы выгодно тебя сдать Одину. Как считаешь, это похоже на вклад в будущее? – карлик похлопал ресницами в знак невинности своей затеи.

– Это похоже на предательство лучшего друга.

– Бывшего! – воскликнул Лит и вскочил с кресла. Сквозь зубы добавил:

– Друга.

– У нас просто разное название одного и того же, – Локи даже не шелохнулся.

У них с Литом были довольно непростые отношения в прошлом. Однако, несмотря на частое отсутствие взаимопонимания, их долгое время связывала крепкая дружба.

– Тема исчерпала себя! Я ухожу! – рявкнул карлик и вышел из комнаты, с размаху хлопнув дверью.

Локи решил не останавливать его, разумно предположив, что цверг не станет покидать родной дом только ради того, чтобы избавить себя от общества огненного мага.

Он вновь ощупал холодную лиловую конечность. Поводил над ней здоровыми пальцами правой руки, вычерчивая рунные узоры и нашёптывая заклинания. Но сколько бы маг не старался, ничего не произошло. Локи даже припомнил древние заклинания, но без толку. Тогда он нехотя поднялся с кровати и со вздохом направился к двери.

Снаружи его взору открылся тесный коридорчик с низким потолком, который вывел его в комнатку побольше. Здесь стены были увешаны полками, на которой пылились различные детали, артефакты и просто всякий хлам, значения которому Локи не придавал.

За деревянным столиком в центре комнаты сидел Лит, над ним висел сияющий тёплым жёлтым светом кристалл. Цверг самозабвенно ковырял тонкой палочкой какие-то железные детали, попутно нашёптывая руны. Лиловое сияние сочилось из уголков его губ, приправляя каждое слово магией.

Локи уселся на табурет напротив, здоровой рукой опёрся о стол и уставился на карлика. Тот долгое время упорно делал вид, что не замечает пристального взгляда, но в конце концов сдался: шумно выдохнул и злобно, исподлобья, посмотрел в ответ. Локи тотчас растянул широкую нахальную улыбку.

– Лит, котик, – маг наклонился ближе к цвергу, – не дуйся, что было, то прошло, а что есть, то есть.

Лит резко опустил палочку. На его лице играла целая гамма эмоций: от презрения до глубокой ненависти.

– Ты украл мои кристаллы! И сбежал!

Припоминание давних событий не всколыхнуло совесть у мага огня. Ему было совершенно непонятно, почему карлик до сих пор обижался.