Виктория Котийяр – Миры Ушефера. Великий Разлом. Книга первая (страница 11)
– Как у тебя вообще получилось переместиться так далеко и не умереть? – Лит не отрывал глаз от работы.
– Планировал отправиться в Йотунхейм, – растерянно пробормотал Локи, – что-то не задалось. Сурт! Ашшур! Ассирия!
Сперва он не до конца поверил словам цверга, однако речь прохожих за окном, которую маг упорно не различал, и впрямь принадлежала ассирийцам.
В груди и животе потяжелело, дышать стало труднее. Это чувство редко посещало его. Чувство безнадежности. Но сейчас оно заполнило всё его тело, отравило своим ядом.
Однако маг не привык поддаваться эмоциям так просто.
– Как быстро наполнишь магией? – Локи приподнял недвижимую руку и с грохотом швырнул на стол.
Стеклянные палочки со звоном посыпались на пол, и Лит с бранью полез собирать их.
– Неделя, не меньше, – раздраженно ответил он снизу и пнул ногу мага, которой тот успел наступить на одну из палочек.
– Начинай сегодня. Мне нужно срочно в Асгард.
– Ты еще долго не сможешь вернуться, Локи! – Лит вынырнул из-под стола и уселся на табурет. Палочки положил поближе к себе.
– Посмотрим.
Локи мог бы препираться с цвергом и дальше, но не стал. Лит говорил правду, отрицать это было глупо.
Однако маг огня не собирался задерживаться в Ассирии дольше необходимого, ведь Алиса была в лапах Одина.
Но что важнее – вместе с ней у старика был ещё и ключ. И Локи всей душой надеялся, что Верховный Даарии оказался достаточно глуп, чтобы не раскусить его иллюзию.
Глава 4. Танец огня и хаоса
– Посмотри на меня, – Верховный наклонился к Маре, – скажи, глядя мне в глаза…
Девушка замерла.
– Скажи, ты веришь мне?
Тёплый ветер всколыхнул прозрачные ткани. Огненные светила красовались на высоком небе, словно два глаза Вселенной, наблюдающие за ними. Золотистый воздух сгустился, обращаясь цветочным мёдом и растекаясь по коже и губам Верховного Нибу.
Голова закружилась. Мара подумала, что он зачаровал её, однако, коснувшись серпа из бреннома, ощутила, что металл не искрится – это значило отсутствие магии.
Локи выжидал и не сводил с неё внимательного взгляда.
– Я не хочу… но верю.
Он улыбнулся.
И вдруг его огонь обратился тьмой. Мара дёрнулась, однако ледяная хватка не позволила ей даже шелохнуться. Тьма поглощала свет, а на небосводе зияли, как две огромные дыры, Хайрос и Тамиренна.
Мара закричала, но её губы не двигались. Тогда она замычала и с этим глухим хриплым стоном проснулась.
Тьма окутала Землю. Зелёные листочки и травинки стали почти чёрными, воздух наполнился влажностью, а на ночном небе рассыпались сияющие точки в компании двух бледных шаров – спутников планеты.
Девушка осушила стакан воды, содрогнулась от холода и, накинув меховую куртку, вышла на улицу. Погода стояла холодная: Земля удалялась от Солнца, лучи которого были слишком слабыми, чтобы согревать воздух. Мара поёжилась и двинулась в сторону недавно достроенного храма звёзд, удаляясь от площади и дворца.
Страшный сон, посетивший её, отчасти был воспоминанием того самого дня, когда она едва не убила Верховного Республики в самый разгар великого праздника Звёздного Стояния.
Прогуливаясь по улочкам отстроенного на Земле города, точь-в-точь повторяющего Асснахар, Мара вспоминала, как много лет назад с колотящимся сердцем неслась по проулкам нибианской столицы, прячась от любопытных глаз горожан. Зачарованный иллюзией сокрытия платок то и дело сползал с головы, и она поправляла его дёргаными, нервными движениями. Несмотря на множество дел и забот, народ собирался на площадях, дабы выслушать речь правителя.
Под палящими лучами замерших на небосводе звёзд она долго ждала, притаившись в складках огромной статуи Лодура Миротворца, пока Верховный начнёт благословлять свой народ, жрецы опустят глаза долу, а советники и воины обернутся к нибианским жителям, разводя руки в стороны, говоря – вот мы, слуги ваши, пред вами стоим, с открытыми и честными душами.
Мара усмехнулась и покрепче запахнула куртку. Уже тогда, на Нибу, она понимала, насколько эти люди были лживыми. Единственный, в ком девушка заблуждалась, был Верховный.
Само нападение Мара помнила смутно. Вроде бы она скользнула вниз, на помост, кажется, взмахнула серпом, а потом вдруг Локи Асснахарский исчез, через мгновение оказавшись за её спиной. Да, в тот момент Мара решила, что всё потеряно, что она не оправдала ожидания Неверных и своих родителей, которые отдали так много сил, чтобы вырастить дочь настоящей убийцей, тренировали её схождения и расхождения напролёт в подземных лабиринтах Мифия, обучали искусству колдовства.
«Неплохо, но почему ты решила, что быстрее меня?» – прошептал Верховный ей на ухо, стоя позади неё на помосте перед взором тысячи тысяч нибианцев.
Вспоминая этот судьбоносный день, Мара не переставала усмехаться себе под нос. И впрямь, почему она так решила? На что рассчитывала? Однако тогда она старалась сохранить хоть каплю гордости, а потому ничего не ответила. Локи Асснахарский сорвал с неё платок и вдруг, взглянув на толпу, рявкнул грозным и властным голосом:
«Нет!»
Впервые убеждения Мары дали трещину. Неверные твердили, что Верховный слаб, что им управляют жрецы и советники, однако в праздник Звёздного Стояния она своими глазами увидела, как он заставил их замереть на месте одним коротким «нет».
Их дальнейший диалог и вовсе походил на какую-то шутку. Локи Асснахарский заметил серп в её руке.
«Оказываешь мне такую честь?» – очевидно он знал, что серп или кинжал из бреннома можно было получить, лишь отобрав его у поверженного врага. По крайней мере, так поступали Неверные. Правда, он не ведал, что серп Маре подарили её родители, а её первым убитым должен был оказаться Верховный Республики.
«Оказываю услугу», – дерзко ответила Мара, готовясь к скорой смерти. Но Локи Асснахарский лишь рассмеялся.
«Твоя услуга – это моё убийство? Позволь узнать, что побудило тебя на этот… кхм… несколько опрометчивый поступок?».
«Ты слабый!».
Тогда Верховный расхохотался пуще прежнего.
«Неужто ты обязала себя убить каждого слабого на планете?» – а следом за насмешливым вопросом Локи Асснахарский объял их двоих пламенем и переместил в свой дворец, что располагался близ шумной площади. Однако там, среди колон, царила благоговейная тишина, лёгкий ветерок покачивал прозрачные ткани, отгородившие кабинет Верховного от просторного балкона, и всюду лежали огромные старинные фолианты.
Дальше воспоминания Мары и её недавний сон различались. В действительности Верховный поведал своей «убийце», что её родители, будучи главарями Неверных, отправили Мару на верную смерть, так как знали, что ей не справиться с сильнейшим магом на всей Нибу. Они всего лишь хотели сделать дочь мученицей, чтобы народ возненавидел Верховного Республики и задумался о правоте мятежников. Мара не желала верить в это, однако долгое прощание и слёзы в глазах матери говорили об истинности его слов. Но самое большое потрясение девушка испытала, когда Локи Асснахарский предложил ей стать его целителем.
«Мы их переиграем. Я сохраню тебе жизнь, а народ поймёт, что Неверные ошибаются», – заключил он.
Во сне, напротив, случилось ужасное – Верховного объяла тьма, а огненные звёзды стали воплощениями хаоса.
Мара не знала, что и думать о жутком сновидении, но тревога, поселившаяся в груди, то и дело возвращала её к этим образам. Как в бреду девушка шла мимо домов, возле каждого из которых горели факелы. Пламя мерцало, заставляя тени отплясывать причудливые танцы. Храм звёзд виднелся издали. Двумя круглыми куполами он тянулся к небу, возвышаясь над недавно отстроенным городом.
В нос ударил въедливый запах. Мара невольно перевела взгляд на длинное здание из белого мрамора. Изнутри раздавалось мычание и ржание, а еще кудахтанье и прочие невнятные звуки. Теперь, по прошествии полугода на чужой планете, девушка понимала, зачем они привезли животных. Мясо, мех, кожа. Без этого они не выжили бы в таком холодном климате, ведь магия здесь черпалась тяжело. Частички ра отличались от тех, что испускали Сотиса с Лагибренной, посему нибианцы использовали магию аккуратно и экономно.
Мара миновала храм, окруженный пышным садом, от которого тянулся дивный цветочный аромат, свернула на переулок и оказалась возле тяжелой двери из чёрного оникса. Девушка остановилась в нерешительности. Ещё дома она вознамерилась во что бы то ни стало увидеться с Верховным, поселившимся не во дворце, как было на Нибу, а прямо за храмом, на самом отшибе города. Мара собиралась рассказать ему про жуткий сон. Ей хотелось услышать от него, что всё хорошо.
Что всё будет хорошо.
Однако сейчас девушка засомневалась. Захочет ли он видеть её среди ночи? Стоит ли будить его из-за такого пустяка?
Она занесла руку над дверью. Город спал, вокруг царила тишина, перебиваемая лишь редким совиным уханьем, да кошачьим мяуканьем в соседнем переулке. Кошек и сов завезли тёмные на свою территорию, но животные с птицами неминуемо расселились, кажется, вообще по всей планете. И если птицы летали сами по себе, то коты навязчиво, с упёртой решимостью, лезли к людям, и к тёмным, и к огненным, не заботясь о том, хотят их тут видеть или нет.
Поколебавшись несколько секунд, Мара осторожно постучала, но никто не ответил. Тогда она толкнула дверь, и та оказалась не заперта. Попав внутрь, девушка зажгла маленький огонёк на ладони, прошла вперёд по коридору и очутилась в просторной комнате, наполненной отголосками дымного запаха, одиночеством и холодом. Постель на кровати была смята, словно он ушёл в спешке.