Виктория Королёва – Я тебя не жду (страница 1)

Виктория Королёва

Я тебя не жду

Глава 1

Оксана

Можно влюбиться в мужчину так быстро, как это сделала я?

Можно…

Да и есть ли вот этот порог, после которого «можно»? Кто-то хотя бы раз задавался этим вопросом всерьёз? Я отвечу сама – нет, такого порога просто нет. Ты в какую-то секунду больше не хочешь вдыхать воздух, в котором нет его частички. Это необъяснимо и как-то очень романтизировано, но это факт.

Потребительски и эгоистично? ДА! Люди по своей натуре эгоисты и мы все не идеальны. Смиритесь с этим, и жизнь станет проще, а возможно и радостнее.

– То есть, получается, ты меня присвоил? – кокетливо интересуюсь, выписывая пальчиком узоры на белом песке.

– Я тебя выбрал, – отвечает, поглаживая по волосам.

У меня мурашки размером с бездну. Всегда так реагирую. А ему до жути нравятся мои волосы – часто так перебирает, чуть сощурившись и погружаясь в свои мысли. Феминистка во мне вопит, что я дура и как зверушка для него, а изнеженная девочка… тихо млеет от ласки, пусть и такой странной. Да какая разница, какая она эта ласка, главное, что она осязаема.

Счастливо жмурясь, поглядываю на небо через солнцезащитные очки. Мне так хорошо с ним, что всё остальное меркнет на этом фоне. Закружил, закрутил по орбите, вывернул небо наизнанку.

– Как-то это варварски получается.

Не вижу лица, но чувствую – улыбается.

– Ну… мы немного животные, если ты не заметила.

О да…я заметила!

Устраиваюсь удобнее на его груди и продолжаю лениво рассматривать голубую гладь, совершенно не терзаемая совестью по поводу своего «прогула». Хочу быть тут, с ним, желательно -вечно!

Вздрагиваю всем телом. Лязг замка выдёргивает из воспоминаний с мясом. Больно физически, потому что там, в том мире, я была счастлива. Так счастлива, с ним….

Подбираюсь, переходя на аварийный режим, готовясь толи к удару, толи к очередному шторму. С головы до ног обливает холодом. И как бы не старалась контролировать тело, как бы я не мечтала показать свою непокорность, свою гордость, но не могу. Я песчинка в этом мире, всего лишь маленькая песчинка… Слабая и хрупкая веточка, а напротив стихия бушующая и ей ничего не стоит меня сломать.

Он заходит в комнату, как обычно тихо, словно зверь подбирается к добыче. И вроде бы не слышно шагов, но они бьют колоколом в голове! Бам-бам-бам…

Прикрывает дверь, не запирает, просто для проформы делает. Сюда никто не поднимается. Он запрещает им входить, даже еду приносит сам. Каждый. Чёртов. День. Стережёт меня как дракон своё яйцо. Стережёт и измывается! И он уже прекрасно понял, что ласка не поможет… прикинуться хорошеньким мальчиком – тоже не прокатит.

– Снова не ела…– зло чеканит.

Не реагирую, уводя глаза в сторону. Хочу вывалить на голову «любовно» собранный завтрак и ударить, бить так часто и сильно, чтобы до конца… до самого конца. Насмерть!

Раздражённо выдыхает, оценивая молчание – его это бесит, выводит из себя. Иногда мне кажется, что я на волоске от того, чтобы он разодрал голыми руками… Но ублюдок сдерживается. Каждый грёбаный раз вижу искры в глазах и дикое желание заставить, но не делает. Больше не заставляет насильно – всерьёз опасаясь сломать до конца.

А мне хочется, чтобы дал волю эмоциям. Пусть раздерёт, пусть прекратит это!

Я больше не могу…

У меня нет сил, просто нет. Я позорно сдалась. Выдохлась. НЕ МОГУ БОЛЬШЕ!!! Но вслух этого не скажу никогда, хоть режь – не скажу!

– Не дотянулась, – демонстративно поднимаю запястья, показывая наручники, которыми приковывает.

Это, к слову, наказание, но и относительная защита. Причинять мне физическую боль, он не хочет. Уже оторвался – последствия не понравились, а я иногда думаю, что неплохо было бы повторить. Именно последнюю фазу. Это страшно, но это выход. Хоть какой-то выход…

Онемение губ, секунды страха, вязкость во рту и спасительная темнота. Мне всё равно что будет дальше, хоть что… пусть хоть что.

Я не могу так жить… больше нет.

Когда ты не можешь управлять ситуацией, даже ТАКОЕ, кажется спасением.

– Не пизди, – ухмыляется, пытаясь перекрутить разговор.

Отрываю глаза от простыни смотря в глаза. Я не часто вижу его в хорошем настроении, как правило он сразу недовольный, какой-то дёрганный и бесконечно злой приходит. Отрывистые фразы, холодные руки и взгляд, от которого сжимается в груди… а тут, словно флиртовать пришёл. Надо же… опять хороший мальчик.

Присаживается на кровать и сразу же на голые ступни ложится рука. Дергаюсь, стараясь отползти назад, но ему нужно всего нечего чтобы из ласкового поглаживания превратить прикосновения в тиски.

Сдавливает, намеренно причиняя лёгкую боль – наказывает, скотина. Будет синяк… но чёрта с два я буду просить отпустить. Не дождётся! Я когда-то умоляла, а он игнорировал. Делал это демонстративно, жестоко и с полным превосходством во взгляде. Мстит мне… тварь.

– Как прошёл день, зайка?

Улыбается, окатывает лицо взглядом и ещё шире тянет губы в улыбке. Внутренне передёргивает. Отчаянно хочу обхватить себя руками, чтобы создать хотя-бы небольшую иллюзию защиты, но сделать так – это показать, как мне плохо… а я не хочу давать ему такой услады для глаз. Никогда!

– Так же, как и все предыдущие.

– Скучно у тебя…

Сжимаю зубы, не ведясь на откровенную провокацию.

Поглаживает ноги, взгляд плавно скользит на бёдра. Прослеживаю и сердце против воли ускоряется. Двигается чуть ближе, приятный парфюм щекочет ноздри, а всё внутри сжимается от отвращения и страха. От него сейчас всем пахнет: пылью. Женскими духами, алкоголем и ещё чем-то сладковатым… может быть ещё одной женщиной.

Какая же ты тварь… Издеваешься надо мной и ещё кого-то пользуешь…

Смотрю в глаза, но молчу, если скажу, будет воспринято как ревность, а это не ревность… У меня нет и никогда не будет стокгольмского синдрома. Хрен ему.

Взгляд съезжает с глаз на губы. Он меня хочет, а меня тошнит, буквально наизнанку выворачивает от одной только мысли.

– А ведь можно иначе, – притягивает за руку ближе к себе, глубоко вдыхает запах моих волос, а следом касается тонкой кожи над ключицей носом. – Ты же знаешь, всё может быть иначе.

Пальцы проходятся по кистям, ласкают и в какой-то мере греют, но от этого только хуже. Титаническим усилием воли вынуждаю себя не двигаться и глушу очередную паническую атаку. Больше не хочу бессознательной куклой быть. Боюсь этого, очень сильно боюсь. Пограничное состояние страшнее даже такой недо-жизни.

Прижимает к себе вплотную, откровенно наслаждаясь моим телом, хочет в душу, но это единственное место, где я могу поставить блок. И ставлю! Каждый раз! Никогда ему не достанется там место. Таким как он место только в аду, в котле с чертями! Ненавижу.

– Прости меня… Прости меня, – тягучий, какой-то до омерзения интимный шепот.

Зверею.

Сколько раз я слышала это? М-м-м… очень много, слишком много раз.

Вдох, выдох и в следующую секунду губы находят губы. Целует, прижимает к себе сильнее и сильнее, кайфуя от того, что делает. Лишает воли, воздуха и в очередной раз размазывает во мне личность.

Чтобы ты сдох.

Закрываю глаза, мысленно уходя в очередные воспоминания…

«Ты должна выжить в любой ситуации, даже если нужно будет наступить себе на горло. Просто выжить. Всё остальное потом.»

Папа смотрит в глаза, а я улыбаюсь, потому что это всё про другую реальность, в моей – не надо выживать, в моей всё хорошо…

Жаль папа, что я так и не научилась выживать любым путём. Не могу себя пересилить. Внутри ад пожирает. Я себя ненавижу, понимаешь? Пап… я находясь в руках человека лишившего меня даже права дышать когда захочу. Теперь это его прерогатива – этот ублюдок посчитал, что может сделать из меня куклу… и делает это…

Я хочу домой… я так сильно хочу домой.

В глухом одиночестве, единственным развлечением служили воспоминания. Просыпалась в слезах от собственных криков, в которых просила забрать меня обратно. Я умоляла меня забрать. Но… шли дни, а я так и не была услышана. Никто не услышал…

– Блять! –раздражённо шипит, не получая от меня достойного своим стараниям отклика.

Хватка на шее вынуждает тихо застонать от боли. Смотрит в глаза сжимая пальцы, встряхивает меня, сжимает ещё сильнее до искр из глаз, но когда начинаю хвататься за руки, стуча кандалами – попускает и словно опомнившись, прижимается своим лбом к моему. Глотаю рывками воздух. Это каждый раз страшно… но он так делает из раза в раз, а я привыкаю. тяжело дышит, прикрыв глаза. Больно, но больше не звука. Если бы я не была научена горьким опытом, то вырывалась и кричала, но я уже знаю каким ОН, может быть, в ярости.

– Почему? –тихо шепчет, обхватывая лицо ладонями.

Сдавливает скулы, заглядывает в глаза, словно у нас любовь, а я всё рушу.

Мразь…

И да, это ещё одна его грань. Он может быть чертовски нежным, милым и искренним, когда нужно, но когда устаёт… когда устаёт и выходит из себя мне хочется, чтобы я закрыла глаза и больше не открывала их.

– Мне нужен врач, – шепчу пересохшими губами.