Виктория Королёва – Я тебе не принадлежу (страница 3)
– Ты так изменилась!
Я разворачиваюсь всем корпусом и рассматриваю её. Не деревенская девчонка – городская красавица, всё выверено: брови, ногти, шубка, ботфорты, улыбка. Молодец. Перекроила себя до неузнаваемости. Неожиданно – но ей очень идёт.
– Ещё бы! – гордо заявляет, усаживаясь удобнее.
– Как ты? Расскажи, я ничего не…
– Ещё бы! – перебивает. – Мы как выпустились, ты и укатила. Сразу всех забыла. Тебя даже в чатике нашем не было.
– Был чат? – приподнимаю брови.
– Да. Баги создавал.
Пожимаю плечами, уже понимая, почему меня там не оказалось. Богдан к концу школы странно себя вёл по отношению ко мне – то внимание лишнее, то шутки ниже плинтуса. Не удивительно, что не добавил. Маленький злобный хорёк. Заводила в классе и главный агрессор. Его не уважали, его боялись. Баги мог сорваться из-за любой незначительной фигни. Я обходила его стороной, стараясь лишний раз не контактировать.
Мы болтаем без умолку: обсуждая школу, перемалывая косточки всем, кого вспоминаем, смеёмся, и я записываю её номер, чтобы… ну, чтобы был, в общем.
– Так ты откуда? Трасса, утро, вся в шубке – куда так?
Маша трясёт локонами и подхихикивает, сверкая голубыми глазами. Не хочет говорить или просто кокетничает, мне сложно понять, она очень изменилась. От той Маруси, которая вместе со мной в наказание драила учительскую на Первое мая, почти ничего не осталось.
– Да так. Ездила к одному ухажёру на новогодние. Надоел – я и уехала, – легко бросает, словно это самая обыденная вещь в мире.
– Ого…серьёзно?
Я аккуратно намекаю на то, что раннее утро, трасса, она одна и едет от мужчины. Ну… как я это вижу – он даже не проводил до автобуса… и это не норма. Но, Маша понимает меня иначе, поэтому её ответ:
– А что? – она пожимает плечом. – Жизнь одна. Не подошёл размер – возвращаем на кассу. Следующий!
– Лёгкие отношения?
– Надоел. – повторяется. – Я еду развлекаться и тусить.
Выдаю дежурную улыбку. Каждому своё.
– Ты мне позвонишь? Или диктовать будешь?
– Ах, да! Конечно, – спохватывается.
Секунда – и у неё в руках блестит новенький телефон последней модели. Я не особо сильна в лейблах… но он кажется оригиналом. У нас на работе такие у каждого второго.
Маша изменилась на тысячу процентов: дерзкая, открытая, уверенная. И ей идёт. Деньги, кстати, тоже идут. У неё не богатая семья, но родители вкалывали ради неё – единственной. Опекали, оберегали от сквозняков и, похоже, от половины мира… Теперь – другая история. Она вышла в свет и неплохо освоилась.
За разговорами время летит быстро, я отвлекаюсь только на рабочий чат, где Рома раздает тумаки и пряники ночной смене. Когда приезжаем на вокзал, кажется, что обсудили с ней всю жизнь.
– Давай ещё увидимся? – внезапно спрашивает Маша.
– Давай, – киваю, перехватываю сумку так, чтобы не оторвать себе плечо.
– Может сходим куда-то? М-м-м?
– Например?
Хмурюсь, потому что слабо представляю для себя сон в ближайшую неделю, не то, чтобы променад.
– Идём в клуб? Тут есть одно клёвое место, давно там не была, бармен-пупсик.
– Пойдём туда из-за пупсика? Вдвоём?
– И из-за него тоже, – смеётся. – Почему не вдвоём? Что нам мешает? У тебя никого, у меня так же свобода. Новогодние праздники время тусовок и классных вечеринок. Это нужно использовать!
С клубами у меня не самые приятные ассоциации, я не горю желанием, но Маша умеет уговаривать. Мнусь, отнекиваюсь – и всё-таки киваю.
– Ну и отлично! Оторвёмся!
Глава 2
Пиликанье телефонов, рой голосов, яркий свет. Работа всегда встречает однотипно. Неделю назад закончился мой испытательный срок, и в этом месяце обещали оклад «специалиста» плюс надбавку новичка. Сколько именно – пока туман, но я на эти деньги очень рассчитываю. Хочу оплатить квартиру на несколько месяцев вперёд. Подстелить соломку: вдруг заболею или смена сорвётся – платежи ждать не любят.
Киваю знакомым, пробегаю к шкафчикам. Снимаю сапоги, перехватываюсь одной рукой за стену, второй натягиваю балетки. Боком, на согнутой ноге, как цапля, лишь бы не соскользнуть. Сил уже нет: после выходных возвращаться – самое «весёлое». Две ночные подряд, отсыпной, потом две дневные, один выходной. График не подарок, но это цена за мои три дня с семьёй.
Добегаю до стола, вход в систему проходит без сбоев – маленькое чудо. Беру первый входящий и украдкой радуюсь: я в сети на семь минут раньше. Значит, могу или сократить хвост отработки, или уйти раньше на семь минут. Ха, семь минут счастья – тоже валюта. Я же менялась с ребятами, и теперь должна шесть часов. Их можно закрыть в выходной или потихоньку переработками. Выбираю «потихоньку».
Мой день предсказуемо ползёт улиткой. Очень, ну, о-о-очень медленно.
Мимо проходят девчонки, с которыми мы вместе учились на вводном курсе. Собираются на перерыв, щебечут, смеются – у них до конца смены пара часов. Везёт. Я в это время слушаю клиента, у которого телефоны, счета, пароли и кнопки сговорились против него, и старательно звучать заинтересованной. Правило простое: быть вежливой, держать тон ровным, по возможности решать сама, эскалации – крайний случай. По началу было страшно: казалось, ошибусь в каждом слове. Потом поняла, что можно подходить к «старичкам». Они иногда, но подсказывают, конечно, не без недовольства, но это лучше, чем не знать где найти ответ на нужный вопрос или не дай бог, сказать неправильно.
Часам к трём зал пустеет, остаётся человек пять. На телефон прилетает сообщение от Маши:
Хмурюсь, потому что не понимаю, что это и где. Быстро смотрю в поисковике: огни, неон, танцполы и бармены с идеальными тату. Ну да, бармен-пупсик, помню.
– Ого, собралась тусануть?
Подпрыгиваю. Стас, один из «старичков», высокий, спортивный, заглядывает в мой экран без приглашения. Блокирую телефон. Неприятно. Да, он тут местный красавчик, но это не даёт ему право так себя вести.
– Подруга пригласила.
– Клёвое место.
Садится рядом на пустой стул. У него перерыв, а у меня на линии тишина. Безвыходное положение…
– Не знаю, я там не была.
Он наклоняет голову, улыбается. Некомфортно. Я чувствую прямой интерес и ежусь. Странная реакция на мужское внимание – понимаю, но она преследует меня каждый раз, когда кто-то проявляет хоть минимальный интерес. Даже если этот «кто-то» совсем не похож на тех, кто был раньше. Светловолосый, голубоглазый, с доброй улыбкой от которой подрагивают колени… и у нашего ведущего специалиста (замужней женщины с тремя детьми).
– Мы ходили компашкой, прикольно, – делится Стас.
– Понятно.
Смотрю на табло, в очереди ноль. Молюсь всем богам, чтобы первый звонок пошёл на меня. Стас сидит довольно близко, облокачиваясь о мой стол, практически нарушая личное пространство! Не могу сдвинуться, потому что это будет слишком показательно. Я бы не хотела его обижать, но и давать каких-то послаблений тоже.
– Пойдёшь с парнем?
Вопрос из разряда запрещенных. Кидаю быстрый взгляд на парня. На лице только улыбка и заинтересованные глаза.
Отрицательно качаю головой. Снова взгляд на табло. Зарема сидящая напротив моего стола несколько раз смотрит в упор. В относительной тишине офиса наш разговор слышат все. Кто-то делает вид, что нет интереса, а кто-то, как Зарема не стесняется смотреть прямо. Все знают, как ей нравится Стас. Ту-ту-ту… ругаться с коллективом – не по планам.
Спасительный звонок отрезает меня от аналитических процессов, и я отвлекаюсь, а потом вижу, как перед клавиатурой ложится листочек с размашистым текстом:
Скупо улыбаюсь в ответ, принимая входящий. Стас стоит рядом, ждёт, когда закончу, но к счастью – линию словно пробивает: ещё один звонок, ещё один «добрый день», ещё одна «подскажите, пожалуйста». Я отвечаю, фиксирую, закрываю тики. Оглядываюсь на чат: Рома, наш сменный, выдаёт по очереди пряники и подзатыльники – у него собственная педагогика. Ночная недовыполнила, дневная вытащила, у вечерней шанс стать героями. Закулисье маленького колл-мира.
Я и не замечаю, как меня оставляют одну, позволяя дышать свободнее.
Ещё пара часов монотонного «пилинь-пилинь», и вот я уже в автобусе, еду домой, смотря в окно. Вечерний город отражается тысячей огней, люди на остановках, снег идёт, а у меня в телефоне непрочитанные сообщения. Открываю сообщения Маши. Я весь день думала: «да-нет-да-нет… блин!».
Вдыхаю поглубже и набираю: