Виктория Иванова – Заря и Северный ветер. Часть I (страница 12)
Ира боязливо коснулась пальцами холодного металла.
– Настоящий…
Саша полоснул запястье, и тонкая красная линия блеснула на его коже.
– Что ты делаешь?!
– Рана настоящая? Это я уже не могу подстроить?
Кресло сердито скрипнуло. Виктор отошёл к окошку.
– Настоящая? – Саша повторил вопрос, опуская руку.
– Да!
– А теперь что? – он показал ей запястье, окровавленное, но невредимое. – Ничего нет, потому что это сталь. А здесь, – он ткнул пальцем в живот, –остались следы – это было серебро.
Саша вложил кинжал в ножны на поясе, вытер носовым платком кровь.
– Я жив только благодаря Виктору, – сказал он, застёгивая рубашку. – Он вовремя подхватил нас на границе. Регенерация, как и смерть от серебра, – это то немногое, что осталось в нашей крови от племени вампиров. Ещё, конечно, встречаются особые, скажем так, способности. Они достались нам от прародителей: отголосники слышат эхо прошлого, ощущают эмоции, оставленные в месте или предмете, миражники меняют память, лунники влияют на настроение…
– Твой иммунитет к серебру – редкая спонтанная мутация, – не оборачиваясь, заметил Виктор. – Она не передаётся по наследству.
– Кто вы?.. – потерянно спросила Ира.
– Мы, – Саша сел рядом – медленно и осторожно, будто боялся её спугнуть. – Виктор, я и ты – полукровки, яры. Южане. В нас смешана кровь вампиров и людей. Мы не бессмертны, но живём дольше обычных смертных. Помнишь, ты спрашивала, сколько мне лет? Мне пятьдесят, Ирина, – он взглянул на неё – открыто, почти с извинением. – Скажи я это сразу, ты бы не поверила. Тебя бы это оттолкнуло. Но по нашим меркам я ещё очень молод, – он чуть склонился вперёд и улыбнулся, тепло, будто хотел успокоить.
Виктор вернулся в кресло.
– Ты ещё не достигла возраста зрелости, – сказал он. – Пока ты ничем не отличаешься от человека. Можешь заболеть, серьёзно пораниться, умереть. Ты ещё не испытывала голода. Твой организм принимает любую пищу.
– Вы что… Вы пьёте кровь? После этого возраста зрелости…
– Нет, – Саша добродушно усмехнулся. – От этого проклятия наш род давно очистился. А вот любовь к непрожаренному мясу после двадцати пяти никуда не денешь. Я бы сейчас не отказался подкрепиться: после тяжёлых ранений всегда жуткий жор.
– Всё это придёт позже, – обронил Виктор. – Сейчас наша главная задача – уберечь тебя от северян.
– Сиверов? Почему они хотят меня убить? Ну, если я ваша эта…
– Они знают пророчество Оксаны, – Виктор устало потёр переносицу.
– Какой Оксаны?
– Это ясновидящая сиверка.
– Не понимаю, – Ира прижала пальцы к виску, мысли её путались и становились тягучими.
– Время от времени в нашем мире, – Саша заговорил мягко, не торопясь, давая Ире время всё осмыслить, – появляются яры и сиверы, одарённые редкой силой. Это ясновидцы. Им доступна мудрость жизни и смерти, они знают прошлое и видят будущее, без оружия могут спасти или убить. Ясновидцы никогда не принимают сторону в войне. Главное для них, как и для врачей, – не навредить. Оксана – из бессмертных, но именно она принесла тебя сюда. Она отдала тебя Виктору и изрекла пророчество.
– И что это за пророчество?
– Если вкратце, между нашими землями – Югом и Севером – много столетий идёт война.
– Сколько существует наш род, столько и длится противостояние, – небрежно отозвался Виктор.
– У этой войны нет конца. Но пророчество гласит, что с тобой всё изменится: ты принесёшь нам победу.
– Я… ничего не умею… – Иру обдало сильным жаром, в груди разлилось странное онемение. – Ничего не знаю…
– Александр всему тебя обучит, – голос Виктора прозвучал глухо, словно издалека. – Он будет твоим проводником и наставником. Ты талантлива, сила скоро раскроется. А сейчас тебе пора отдохнуть.
Ира судорожно вдохнула, но воздуха не хватило. Её сердце замедлилось, кожа покрылась испариной. Мир поплыл перед глазами, слабость накатывала волнами. Ира схватилась за столбик, но пальцы соскользнули, не слушаясь её. Тело утягивало вниз, будто оно больше не принадлежало ей. Саша легко подхватил её на руки и осторожно уложил в постель.
– Это остаточное действие сыворотки, – прошептал он.
– Мне плохо… – губы Иры еле двигались.
– Завтра утром ты будешь полна сил. Главное, теперь ты в безопасности, – Саша провёл ладонью по её волосам. – Ты дома.
– Саша… Это же всё… какой-то бред…
Он грустно улыбнулся, сведя брови.
– Засыпай, Ирина. Закатные мысли утро не скрасят.
Глава 5. Ярый шип
Ира задержала дыхание и нырнула в чёрную пасть мёртвого озера. Вязкая вода сковала её и медленно потянула на илистое дно. Она не чувствовала ни холода, ни тяжести, только глухую пустоту. Безвольно опускаясь всё ниже и ниже, Ира коснулась мягкого, зыбкого омута. Она дёрнулась, оттолкнулась, потянулась наверх, но что-то скользкое и холодное оплело её ноги. Ира отчаянно забарахталась, беззвучно вскрикнула, но только разбудила ил – тот мгновенно облепил её кожу. Горькая вода хлынула в горло, и, захлебнувшись, Ира распахнула глаза…
Серый полог. Первое, что она увидела в приглушённом дневном свете. Она повернула голову вправо, влево – та же фигурная мебель, обитая зелёным бархатом. Воздух здесь был неподвижным, но не спёртым, в нём угадывался аромат благовоний. Мысль, что всё это лишь сон, рассыпалась. Ира стянула с себя покрывало, поднялась с постели, и её ступни утонули в ковре, густом и мягком, как мох. Она осторожно подошла к портьере, сжала край ткани и резко дёрнула её в сторону. Свет хлынул внутрь, ослепляя и заставляя зажмуриться. Когда глаза привыкли, за тонкими занавесками проступили высокие стрельчатые окна, простиравшиеся от пола до потолка, и дверь с бронзовыми накладками.
Ира нырнула под занавеску, сжала изогнутую латунную ручку и потянула её на себя. Воздух тёплой волной ударил ей в лицо. Он пах листвой, розами и медовым жасмином. Где-то внизу раздавались птичий щебет, журчание воды и приглушённые отголоски чьей-то беседы. Ира вышла на балкон, ступая по нагретым каменным плитам, и заглянула за оплетённые лианами перила. Внизу, между крылами здания, грелся на солнце внутренний дворик. В его центре шелестел мраморный фонтан-дерево, а от него в стороны разбегались мощёные дорожки. Ира запрокинула голову и, затеняя глаза рукой, оглядела фасад.
Высокие стены из тёсаного светлого камня тянулись вдоль двора, переходя в глухие башни с остроконечными крышами. Тут и там их прорезали стрельчатые окна – одни украшены тонкой каменной резьбой, другие – витражами. Вечнозелёные лианы цеплялись за выступы кладки, взбираясь всё выше, туда, где шпили, как копья в вечном дозоре, упирались в пронзительно синее небо. Ира никогда не бывала в старинных замках. Но, глядя на эти островерхие башни, величественные стены, усыпанные живыми и металлическими завитками и шипами, понимала: она в одном из них.
Она вернулась в спальню и принялась искать скрытые камеры. Всё это напоминало дурацкий пранк или социальный эксперимент. Её могли втянуть в какое-нибудь новое реалити-шоу. Она приподняла хрустальные подвески на бра, заглянула в нишу в форме сложенных ладоней, подошла к туалетному столику, на всякий случай постучала по зеркалу костяшками – глухо. Она ведь не давала на это согласия. Значит,
Ира провела ладонями по лицу, выдохнула, обернулась – и только тогда заметила узкую дверь ванной. Мысль о том, чтобы сходить в туалет, возникла внезапно и с неожиданной силой. Она сделала шаг, но за спиной раздался нерешительный стук. Сначала даже подумала, что ей послышалось. Но звук повторился, и она неуверенно откликнулась:
– Да?
В комнату заглянула хрупкая миниатюрная Аврора.
– Можно?
– Да…
Девушка облегчённо улыбнулась и шагнула внутрь. Одета Аврора была в пыльно-голубое льняное платье со спущенными рукавами, изящная шнуровка оплетала её тонкие запястья и талию. На шее у неё блестела та же подвеска с деревом и оленьим черепом, похожие тяжёлые серьги висели на оттопыренных, нисколько не портивших её нежной красоты ушах. В руках она держала какие-то свёртки.
– Я принесла тебе одежду.
– У меня есть одежда, дома её полно, – раздражённо ответила Ира.
– Да, конечно! – Аврора положила свёртки на постель. – Чуть позже, когда утихнет шумиха, ты сможешь забрать свои вещи. Самое необходимое. Пока можешь взять одежду Зоряны. Это всё новое! Она ещё не носила. У вас один размер, тебе будет в самый раз. Виктор уже распорядился, чтобы начали шить по твоим меркам…
– Вы что, собираетесь держать меня здесь?
– Ирина, милая, – Аврора чуть покачнулась на носках, будто не зная, подойти ближе или остаться на месте. – Пожалуйста, поверь, мы не хотим тебе зла. – Она постаралась придать голосу торжественность:
– Ты вернулась домой!
– Вы надо мной прикалываетесь, да?
– Я думала, тебе вчера всё объяснили…
– Про вампиров, этих ваших… сиверов? Про какое-то сказочное пророчество? Слышала. Я не верю в это. Где камера? – Ира прошла на середину комнаты. – Куда говорить, что я не верю? Вы не имеете права меня удерживать, я подам на вас в суд, – она стала шарить по карманам джинсов.