Виктория Иванова – Буддийская школа Ньингма в Тибете XVII-XVIII вв. (страница 4)

Эти тексты открыто не распространялись, а практиковались первым поколением учеников Падмасабхавы, Вималамитры и других буддийских мастеров в соответствии с древней индийской традицией в глубокой тайне в отдаленных отшельнических ритодах Чимпху, Дра Янгдзонг, Чувори, Йерпа и Шедрак. По этой причине эти тексты не были включены в первые каталоги переводов ранних тантр, которые были составленны в первой половине IX в60.

Как известно, процесс рецепции буддизма в середине IX в. был прерван с воцарением Ландармы. У последователей школ сарма и Ньингма разный взгляд на этот «темный период». В отличие, от последователей сарма, которые считают этот период мрачным временем дегенерации буддизма, ньингмапа считают, что это был один из наиболее важных и творческих периодов в передаче буддизма в Тибете. В это время существовал творческий обмен между разрозненными буддийскими учениями Тибета, и масштабы этого процесса не имели себе равных61. Хотя в этот период времени не осталось монашества, сторонники Ньингма утверждают, что традиция передачи тантр не прерывалась. Дудужом Ринпоче утверждает, что гонения практически не за-тронули мирян-тантриков, а были направлены главным образом, на монашество62. Поэтому в роли хранителей буддийских учений в «темный период» выступили миряне-тантрики – последователи Падмасабхавы. Эти адепты мантры продолжали практиковать и передавать учения и комментарии в своих собственных домах и в отдаленных отшельнических ритодах63, и, таким образом, гарантировали продолжение и сохранение тантры, относящейся к школе старых переводов.

Именно эти разнообразные религиозные группы, которые остались верны «ранней передаче» и отказались от «перевода» позднего X в. в последующем стали известны как «старые» – ньингма (тиб. rnying ma).

В XI–XII вв., во время второй волны распространения буддизма, в Тибет были привнесены сотни новых тантр, наполненных последними ритуальными техниками64. Часто возникали трения между переводчиками новых тантр и древними семейными кланами, которые оставались крепко связанными с тантрической системой, берущей свое начало в раннем периоде проникновения буддизма в Тибете. Сторонники новых переводов стали обвинять их в том, что старые тантры являются недостоверными, сомнительными тибетскими сочинениями, и что в период гонений на буддийское монашество, сопровождавшихся запретом на проповедь Дхармы и ее изучение, в Тибете получили распространение тантрические тексты, созданные самими тибетскими последователями Падмасабхавы, то есть тексты неиндийского происхождения. Одним из ярких примеров таких обвинений в XI в. является деятельность главы центра буддийских переводов Шива Ода. Он опубликовал перечень тантрийских текстов и практик, которые не могут считаться буддийскими, так как они появились именно в период гонений на буддизм. Перечень документов, которые не признавались в качестве буддийских, поскольку были созданы в Тибете, а не в Индии, дополнялся запретом на следование теориям и практикам тантр Дзогчена65.

В большинстве районов Тибета, где велась переводческая деятельность и проповедь Дхармы, тантрические тексты неиндийского происхождения, не имевшие санскритских оригиналов, были объявлены неаутентичными и даже еретическими. В этой связи последователи старых тантр IX–X вв., не имевшие индобуддийского источника, встали перед необходимостью доказательства аутентичности своей традиции. Сторонники «старых» тантр переформулировали ранние тексты по модели канонических тантр («Так я слышал, …»), как это риторически требовалось в подобных текстах. Но такая тактика была недостаточна для признания их аутентичности. С повышающимся стандартом легитимности им нужна была новая стратегия для оправдания их литературного нововведения. И в XI в. появляются откровения – терма66. Ньингмапинцы стали противопоставлять новые переведенные тантры своим собственным – терма. И если сначала численность последователей и влияние этой традиции было не очень значительным, то, начиная со второй половины XII в. традиция терма стала все больше набирать силу. Период между Лоченом Рабжампой (1308–1363) и Тердагом Лингпой (1634–1714) характерен небывалым расцветом традиции терма и известен как время появления 108 тертонов67.

Согласно Е.А. Островской, запрет на использование старых тантр, сформулированный в открытом письме Шива Ода, в качестве своего парадоксального следствия стимулировал становление традиции Ньингма. А введенное последователями строгого монашества разделение тантр на «новые» и «старые», классификация «новых» тантр и придание им статуса сакрального письменного знания послужили религиозно-доктринальной основой для упрочнения отличительных особенностей традиции школы Ньингма68.

XI–XII вв. были периодом интенсивного соперничества между различными буддийскими сообществами, появившимися в то время. Каждая группа для того, чтобы обеспечить свое выживание, искала способы систематизировать и получить контроль над учениями; такое давление как раз и явилось причиной возникновения школы Ньингма. Название «ньингма» стало своего рода знаменем, которое объединило под собой всех тех, кто продолжал связывать свои судьбы с личностями и событиями раннего императорского периода тибетской истории69. Такая «идеология ностальгии» по императорскому периоду явилась объединяющим моментом идентичности Ньингма как традиции в XI–XII вв. Эта идеология собрала вместе даже те сообщества, которые использовали радикально разные источники для представления этого «золотого века». Некоторые использовали творческие откровения-терма для непосредственного общения с мастерами прошлого. Другие, более консервативные ньингмапа, такие как Дампа Дешег и Цуры, создавали линию преемственности, чтобы связать себя с теми же самыми мастерами «золотого века». В обоих случаях они приняли идеологию ностальгии и были собраны вместе под знаменами Ньингма.

Согласно Тартангу Тулку, к XIV в. в Тибете уже существовало шесть основных ветвей в рамках традиции «старых переводов», которые достигли значительного развития, охватив большую территорию Тибета: Со, Цур, Нуб, Ньянг, Ma и Ронг70.

Приверженцы школы Ньингма делят историю своей традиции на два периода. Первый период начинается с раннего распространения, когда Падмасабхавой, Вималамитрой, Манджушримитрой, Вайрочаной и другими были заложены основы «древней школы». Второй период начинается с деятельности одного из самых известных мастеров Ньингма Лонгчена Рабжампы (1308–1363) и продолжается до настоящего времени71.

Заслуга Лонгченпы состоит в том, что он синтезировал и собрал различные направления учения Ньингма в последовательную и объединенную систему. Он упорядочил философские положения Дзогчен, представил их в связной системе. Несмотря на глубину и сложность этих предметов, труды Лонгченпы72, исключительно понятные, считаются наиболее блестящими и оригинальными сочинениями во всей тибетской литературе.

Приблизительно ко времени деятельности Лонгченпы относится и школьное оформление традиции Ньингма. Вплоть до XIV в. слово «ньингмапа» использовалось только для обозначения тайных религиозных сообществ, ритуальная и психотехническая практика которых базировалась на тантрах, не включенных в тибетский буддийский канон.

Хотя возникновение школы Ньингма тибетские буддийские историографы относят к периоду деятельности Гуру Падмасабхавы в Тибете (VIII в.), научный анализ этого вопроса показывает, что реальное школьное оформление этой традиции приходится на значительно более позднее время – XIII–XIV вв. Принципиально важно, что только в этот период и начинается письменное закрепление собственных текстов школы Ньингма, создается система монастырского образования, то есть имеют место события, позволяющие классифицировать эту религиозную общину как школу73.

Следующей после Лонгченпы ключевой фигурой в развитии учений школы Ньингма был Ратна Лингпа (1403–1478), который в начале XV в. собрал Ньингма Гьюдбум (Собрание тантр старых переводов) – коллекцию дзогченовских текстов и всех старых тантр, расширив работу Лонгченпы.

Канон школы Ньингма

Наряду с признаваемыми всеми школами сводом канонизированных текстов, в традиции Ньингма функционировал и собственный канон, Ньингма Гьюдбум, состоявший из собрания буддийских тантр. Основной причинной, почему Ньингма Гьюдбум был собран в отдельный сборник, заключается в том, что большинство его текстов, не признаваемых в качестве канонических другими школами, были исключены составителями Ганджура из-за того, что к ним не было найдено ни одного санскритского оригинала74.

Чтобы понять этот канон, необходимо рассмотреть историю его формирования и собрания, определить характер составляющих его текстов, выяснить, какие тексты были включены, по каким причинам составители включали в него одни тексты и исключали другие.

Канон – это часто собрание неоднородных материалов, принадлежащих разным авторам и разным временным периодам. Кроме того, религиозные каноны чаще включают тексты, приписываемые сверхъестественным божественным голосам и вдохновению, нежели реальному человеку, создавшему текст. В буддийском контексте эти божественные голоса принадлежат многочисленным буддам, населяющим космос. Кроме того, чтобы приобрести легитимность, авторство текстов часто приписывалось очень ранним святым.