Виктория Холт – Принцесса Целльская (страница 30)

К счастью, тот остановился прежде, чем появились родители. Он поплелся к ним, с красным от напряжения лицом.

«Как он неуклюж! — подумала София. — Что о нем подумают, когда он поедет в Англию? Карл так грациозен».

«Неотесан как всегда! — подумал Эрнст Август. — Его место в лагере, и так будет всегда».

— Добро пожаловать, сын мой, — сказала София.

Георг преклонил колени перед родителями.

София думала: «Поскорее бы покончить с этим церемониальным приветствием. Жаль, что Кронпринц не Фридрих Август. Он показал бы себя лучше. Откуда у нас взялся такой, как этот?»

Георг Людвиг поднялся.

— Ты, должно быть, захочешь пройти к себе в покои перед ужином.

Георг Людвиг ответил, что так и сделает.

— А потом я хочу послушать, как дела в армии.

Лицо молодого человека просветлело.

«По крайней мере, — подумал Эрнст Август, — он хороший солдат».

Герцогиня София последовала за Эрнстом Августом в его покои и закрыла дверь, знаком показав слугам Герцога, что желает остаться с мужем наедине.

— Ну? — спросил Эрнст Август.

— Его манеры ничуть не улучшились.

— А ты думаешь, хоть что-то на свете способно их улучшить?

— Я всегда надеялась.

— Дорогая, ты слишком оптимистична. Георг Людвиг всегда будет тем, кто он есть, — занудой и грубияном.

— Что мы можем с этим поделать?

Эрнст Август пожал плечами.

— Он будет хорошим солдатом. Будем благодарны и за это. Полезное занятие, когда нужно защищать княжество.

— А как он будет вести сношения с другими государствами?

— Будем надеяться, у него найдутся хорошие советники.

— По крайней мере, — заметила Герцогиня, — в отношении женщин он довольно безопасен, ибо ни одна культурная и образованная женщина его не привлечет. Ему подавай служанок.

— Не будь так уверена. Однажды он станет Герцогом Ганноверским. Полагаю, это с лихвой искупит его неотесанные манеры.

— Я имела в виду, что женщины, которые привлекут его, не будут интересоваться государственными делами; и это только к лучшему.

Герцог посмотрел поверх головы жены. Был ли это намек на Клару? Если так, он его проигнорирует. София знала: единственное, чего он не потерпит, — это вмешательства в его дела.

— В любом случае, — продолжила София, — ему пора жениться.

— Тут я с тобой согласен.

— У короля Англии нет законных наследников, и я не верю, что они когда-либо появятся. Эта его жена бесплодна, уж поверь мне. Столько времени — и ни одного сына. А если вспомнить, скольких крепких сыновей Король подарил другим женщинам...

Эрнст Август кивнул в знак согласия.

— А что насчет Якова? — продолжала София.

— У Якова есть дети.

— Две дочери — Мария и Анна. Похоже, он не способен произвести на свет сына, который бы выжил.

— И что?

— Мария замужем за сыном моей кузины, Вильгельмом Оранским. И... пока что там тоже нет сыновей.

— Еще рано.

— И все же сыновей нет.

— К чему ты клонишь?

— Принцесса Анна не замужем.

— Ты хочешь сказать, что желаешь заполучить ее для Георга Людвига?

— Это была бы отличная партия. Вполне может случиться так, что Георг Людвиг взойдет на трон Англии.

Эрнст Август с усмешкой посмотрел на нее.

— И именно там, — сказал он, — ты хотела бы видеть его больше, чем где-либо еще на свете.

— Не забывай, что в его жилах течет английская кровь — благодаря мне.

— Ты, дорогая моя, никогда не позволишь мне об этом забыть.

— Я хочу, чтобы он попытал счастья с Анной.

— И ты думаешь, Карл и Яков примут его?

— Почему бы и нет. Он их родственник.

— Возможно, они метят выше, чем мелкий Герцог Ганноверский.

— Попытка не пытка.

Эрнст Август покачал головой.

— Ехать туда, чтобы его выставляли напоказ, как племенного быка? Как, по-твоему, он будет выглядеть? Представь, как Карл будет оттачивать на нем свое остроумие! Я не в восторге от англичан.

— Дорогой муж, ты сошел с ума? Ты же не сравниваешь Герцогство Ганноверское с короной Англии.

— Ты заглядываешь слишком далеко вперед, София. Карл должен умереть без законных наследников. Признаю, вероятность этого велика. Яков должен умереть без сына. Это уже менее вероятно. А если и так, у него две дочери. Мария уже замужем за Оранским. Она тоже должна умереть без наследников; тогда наступит очередь Анны; и если Георг будет ее супругом, признаю, он мог бы разделить корону, в конце концов, он и вправду в линии наследования — хоть и далеко позади.

— Благодаря мне, — напомнила ему София с довольной улыбкой.

— Благодаря тебе, дорогая. Но забыла ли ты, что не так давно эти англичане позволили убить своего короля?

— Это был тот злодей Кромвель. С тех пор они глубоко раскаялись. Посмотри, как они обожают Карла!

— Что ж, Карл — фигура исключительная. У него есть обаяние, остроумие и сераль, который англичане находят красочным — особенно после лет пуританского правления. Если они когда-нибудь получат нашего Георга Людвига, то быстро обнаружат, что он не Карл.

— Он хороший солдат. К тому же он еще молод. Его манеры могут улучшиться. Особенно если он поедет в Англию.

— Если он поедет в Англию. Ты предлагаешь, чтобы он поехал?

София кивнула.

— Ты говорила с ним об этом?

— Разумеется, нет. Он только что вернулся домой, и, естественно, сначала я должна была поговорить с тобой.

— Попытать счастья с Анной... — задумчиво произнес Эрнст Август.