Виктория Дауд – Книжный клуб на острове смерти (страница 3)
– Господи! Это же Burberry!
Я пожала плечами – неразумная реакция в присутствии мамы.
– Ты только посмотри! Даже отделка комнат вызывает мысли об «Экзорцисте». В последний раз так много коричневой мебели я видела, когда мы ездили к твоей тетушке Шарлотте.
– Мы не были у нее с тех пор, как мне исполнилось три!
– Она никогда не меняет мебель.
Мы немного помолчали, разглядывая блеклую комнату. У нас уже вошло в привычку делать паузы в разговоре, пытаясь придать моментам большую значимость.
– Тогда тете Шарлотте здесь, наверное, нравится.
– Вряд ли, – покачала головой мама. – Моя сестра спит в одной комнате с Мирабель. Интересно, кто из них быстрее потеряет волю к жизни? – Она издала звук, похожий на усмешку. Как и все диктаторы, мама не выносит, если ее друзья и родственники слишком хорошо ладят друг с другом.
– Пойду приготовлю какао, – устало промолвила я.
– Боже правый, ты в каком веке живешь? Этот напиток уже лет пятьдесят как вышел из моды!.. Ладно, дальше по коридору справа есть небольшая кухонька. Только смотри не перепутай с уборной, тут все помещения как две капли воды… И, кстати, я захватила с собой любимый дарджилинг…
– Который заваривают проливами?[1]
– Проливами? Больше не произноси это слово в моем присутствии, – сверкнула глазами мама. – Поняла? Оно слишком напоминает мне о приливах. И, кстати, мы обсуждали эту тему с Бобом. Он считает, я всего лишь чересчур чувствительна к комнатной температуре. Я ведь еще очень молода! А теперь дай мне поспать. Если хочешь, бери просроченные ромашку и ягоды годжи.
– Ты щедра!
– Пей там, а когда вернешься, не включай свет.
– Как же я…
– С помощью мобильника. На дворе двадцать первый век!
Мама выключила свет. Готова поклясться, что ее белые зубы еще пару секунд виднелись в темноте. Как у Чеширского Кота.
Кухонька оказалась маленькой и скудно обставленной, а благодаря плитке цвета зеленых водорослей в самом деле очень походила на ванную комнату по соседству. Сбоку на столе выстроились в ряд чайник, сухое молоко и единственная кружка. Одинокая лампочка под потолком излучала тусклый желтоватый свет, как будто я и впрямь попала в фильм ужасов семидесятых годов.
На облупившейся пластиковой поверхности роскошная мамина корзинка смотрелась нелепо. Я открыла ее… И разумеется – ничего даже отдаленно похожего на предметы из выданного нам списка необходимого. Да и кому бы в голову пришло требовать наличия вымоченной в водке сливы! Я вообще с трудом представляю место, где могли бы понадобиться покупаемые мамой дорогие продукты с нулевой питательной ценностью.
На список необходимого мама отреагировала так же, как и на все остальное, связанное с этим путешествием.
– И видеть не желаю! Все равно никуда не еду.
В конце концов, я заставила ее взглянуть, приманив открытой на ноутбуке новой рождественской рекламой сети универмагов «Джон Льюис». Впрочем, справедливости ради нужно заметить, что знакомство со списком стало немалым сюрпризом для обеих.
• Спальный мешок (я не призналась маме, что только в этот момент поняла: мы отправляемся в турпоход; я тут же задумалась, что еще могла упустить из виду, когда импульсивно записалась на этот курс, но решила не делиться с ней опасениями.)
• Туристический коврик (да, мы определенно собрались в поход.)
• Бивуачный мешок (я поискала сей предмет в «Гугле»; на мой взгляд, он скорее похож на мешок для перевозки трупов.)
• Тент (на запрос «Что такое тент?» «Гугл» выдал видеоролик на «Ютубе», в котором солдат натягивает кусок материи между двумя деревьями, а на заднем плане слышны постоянные звуки выстрелов. Это отнюдь не улучшило мамин настрой относительно предстоящей поездки.)
• Непромокаемая одежда (мама вообще отказывается надевать что-либо легковоспламеняющееся на вид – вероятно, боится, что ее попытаются поджечь. Я тысячу раз извинилась и объяснила, что с рождественским пудингом вышло случайно. Не верит!)
• Фонарик (мама заявила, что ей вполне хватит света от мобильника. Я не стала сообщать, что на острове не будет электричества для зарядки телефона. Она и так уже возненавидела эту поездку.)
• Зубная щетка (рекомендовалось также «выдавить зубную пасту дома и завернуть в пищевую пленку». Учитывая, сколько денег мама потратила на коррекцию зубов, ее явно не вдохновили бы подобные комментарии, поэтому я поспешила их пролистать.)
• Туалетная бумага и походный котелок (вот зря эти предметы упомянули вместе, поскольку у мамы сразу сложилось совершенно неверное представление. Впрочем, мы очень быстро выяснили, что увлекающиеся походами люди с восторгом относятся ко всему, связанному с физиологическими отходами. Это отразилось и в следующем пункте.)
• Туалетный совок (я заявила, что это опечатка и должно быть написано «хлопок», то есть имелось в виду полотенце. Мама тут же залезла в телефон и заказала три роскошных банных полотенца из белого хлопка. Позже я купила маленький садовый набор, состоящий из мини-лопатки, грабель, перчаток и семян; по счастью, мама не задалась вопросом, какое отношение курс выживания имеет к садоводству.)
• Перочинный нож (учитывая нашу последнюю поездку, ознаменовавшуюся убийствами, мама забеспокоилась по поводу того, что мы отправляемся в путешествие вместе с вооруженными людьми.)
• Никакого алкоголя (этот пункт мама прокомментировала всего одним словом: «вздор». Учитывая, что я до сих пор повсюду ношу с собой старую отцовскую Библию, в которой спрятана фляжка с бренди, не мне ее судить.)
• Предметы личного обихода (маме они не нужны уже много лет).
В конце этого списка необходимых вещей жирным шрифтом были написаны терзающие душу слова:
ПРОЯВИ ВОЛЮ К ВЫЖИВАНИЮ!
ПРОСТО ИЗГОНИ СВОИ СТРАХИ!
Кажется, для специалистов по выживанию и любителей активного отдыха лучше аббревиатуры не придумать.
Всему этому тщательно закупленному и упакованному инвентарю было суждено в течение суток после нашего прибытия оказаться на дне моря.
В списке не упоминалось еще несколько вещей, которые я всегда стараюсь брать в поездку с мамой: терпение, вера в себя, умение прощать и съестные припасы из тех, что не продаются в бутылках.
Брошюра изобиловала фотографиями, люди на которых выглядели грязными и подавленными. Не случайно эту литературу предоставляли исключительно после оплаты.
– Не поеду! – непреклонно заявила мама.
Ну я и решила, что неплохо было бы показать ей брошюру – совсем забыла, что в присутствии мамы лучше держать свои идеи при себе.
Особенно если учесть, что брошюра начиналась словами:
КОРИЧНЕВАЯ СМЕНА
ДОСТИГНИ ПРЕДЕЛА…
По-моему, зря они назвали себя «Коричневой сменой», учитывая особое внимание, которое уделялось в списке необходимого туалетным принадлежностям. Впрочем, маме я сказала, что это как-то связано с Шотландией и твердостью духа.
– Я не поеду.
– Мама, ну какие там могут быть трудности? – Я выдавила из себя самую обаятельную улыбку. – Здесь говорится, что это семейный курс выживания.
– О том, как выжить в своей семье? Я сама, черт возьми, могла бы его провести!
– Вот только не надо лукавить, мама. – Впрочем, если честно, она мало с чем не сумела бы справиться. – Здесь говорится, что курс поможет нам многое узнать о человеческой природе и основах выживания.
– Мы уже достаточно об этом узнали. Разве нет?
– В том-то и дело, – вздохнула я. – Там, в Бойне, мы были совершенно растеряны. Поэтому надо подготовиться.
– К чему?
– К необходимости выживания. Надо научиться действовать в самых тяжелых ситуациях. – Я положила ладонь ей на плечо. Мама пронзила ее пристальным взглядом. Пришлось убрать. Она тут же пригладила рукав. – Я уже лишилась одного родителя, а ты потеряла… подругу. Суть в том, что нам нужно стать сильнее. И быть готовыми.
– Мы что, на войне? – покачала головой мама.
– Порой мне именно так и кажется.
Мама не ответила – возможно, задумалась, хотя и не факт. Она в совершенстве научилась делать вид, что размышляет, при этом отвлекаясь на что-то постороннее.
– Урсула. – Мама склонила голову набок и указала на экран ноутбука. – Все это – куча конского дерьма.
– Я уже нас записала.
– Что?
– И оплатила. Придется ехать.
Ее лицо как-то вдруг сдулось, нижняя губа отвисла, будто у старой марионетки. Мама не нашлась, что сказать.
– Я записала всех троих.
– Троих?