Виктория Даркфей – Цикл «Следствие ведет Кларина Риц». 3 книги в 1 (страница 27)

– Можете ознакомиться на досуге.

Клара кивнула. Она немного пришла в себя и слушала, затаив дыхание. Быть посвященной в государственную тайну? Дайте две!

– Сейчас мы фиксируем две-три аномалии в месяц, – продолжил граф серьезно. – Хотя раньше имели две-три в год. И количество продолжает расти.

– И что это значит? – Кларина прикусила губу. Понятное же дело, что ничего хорошего.

– Мы ищем ответ. Сейчас в императорской канцелярии склонны видеть один корень проблемы у всех ЭТИХ аномалий, – он хлопнул рукой по папке, – и тех, что происходили в Мюсте сотни лет.

А это уже был интересный и неожиданный поворот, и Клара откинулась в кресле.

Вошел слуга, который на подносе принес кофе в серебряном кофейнике и толстые бутерброды с мясом и овощами, щедро залитыми коричневым соусом с остро-пряным ароматом. У Клары моментально наполнился рот слюной.

– Прошу, – пригласил ее жестом к трапезе Годерик, и в этот момент она почти простила ему все прегрешения.

Бутерброд был божественный, а кофе после него пришелся очень кстати. Он хорошо прочистил голову и помог мыслить здраво. Хотя в данный момент было ясно только то, что ничего не понятно.

Кларина тормозила себя как могла, но все равно расправилась с обедом слишком быстро. Ели молча. Граф был погружен в свои думы, а Клара была слишком занята тем, чтобы не сесть в лужу еще глубже.

– В саду остались досье, в которых вы поручили мне разобраться, – поблагодарив, заметила она. – Вероятно, мне придется часть из них взять домой.

Рильхмайер отвлекся от раздумий и от кофе, задержал на ней взгляд и неожиданно заявил:

– Уверен, вам лучше остаться здесь. На улице мороз, и к ночи он не спадет, я знаю. Безопаснее будет остаться, а сэкономленное на дорогу время потратите на досье и изучение аномалий. Вы должны быть в курсе того, с чем имеете дело. К тому же вы все равно сегодня сильно опоздали. Вот и отработаете.

Все благодушие Кларины, навеянное вкусным угощением, как болотная жаба слизала. Какой же вредный этот темный магик! И вообще, точно безопаснее? С чего бы?

– А за делами в сад сходит мой слуга, как только оденется потеплее. Ни в чем себе не отказывайте, мисс Риц, и будьте как дома!

Последние слова он произнес уже с откровенной издевкой и вставая с кресла, а затем направился к выходу и был таков. Кларина, которая так и не придумала, что ответить и как отказаться от сомнительного предложения, яростно проводила его глазами.

Потом вскочила, подошла к дверям в злополучный сад и дернула их в стороны со всей силы. Ее обдало ледяным ветром, ресницы покрылись инеем, а дыхание застряло в горле.

Так же быстро Клара сдвинула двери обратно и покорно прошла к креслу и столику, где еще стоял горячий кофейник. И, попивая вторую чашку, она успокоилась, а затем улыбнулась. Быть как дома? Это она могла! Клара закинула ноги в сапогах на резной столик, который, вероятно, стоил больше, чем ее годовое жалованье, и взяла на колени толстую папку с описанием аномалий.

***

Остаток дня Риц провела просто великолепно, наслаждалась комфортом и роскошной обстановкой, "копала" в предоставленных документах в удовольствие и еще очень вкусно ела. Восполняла растраченные за последние дни ресурсы и основательно опустошила кладовую господина Рильхмайера. И ни капельки не стыдилась такого поведения, ведь всего-то выполняла указ руководства ни в чем себе не отказывать.

Отдельным удовольствием было то, что сам граф самоустранился, не маячил в поле зрения, не напрягал самодовольным видом и колкими замечаниями. И не отвлекал ни голосом, ни взглядом, ни фигурой и ничем другим до самого вечера.

Досье с аномалиями чем-то напоминало книгу чудовищ из библиотеки. Такое же сборище безумных происшествий, порой жутких и необъяснимых, словно их выдумал один и тот же сошедший с ума магик.

Потерявшиеся дети в лесу, вышедшие к родным через пять дней, а постаревшие на двести лет. Оплывающие безликой массой строения, камни, телеги, любые предметы, находящиеся в определенном радиусе. Сошедшие с ума животные, коровы, вздумавшие, что они рыбы, и утонувшие потом. Взбесившаяся магия, обычное заклинание света, приведшее к пожару, от которого сгорела четверть города. Резкие и сильные колебания температуры, от которых замерзали реки или запекались заживо животные и магики.

Да много всего. Целая папка, толщиной с палец. Началось лет 30 назад, точнее, тогда начали отслеживать. Поэтому наверняка список был неполным.

Ближе к четырем часам пополудни Грэгус – слуга графа – вошел в гостиную и принес ее стопку с папками из сада. Клара прицокнула. Специально выходил через другую дверь, чтобы ее не заморозить. Интересно, сам догадался или помогло гостеприимство хозяина дома?

Кларина воспользовалась случаем и попросила проводить ее в комнату, а заодно принести туда побольше фруктов, сыра, свежего хлеба, сладостей и чая. Кофе уже готов был политься у нее из носа, а хотелось разнообразия.

Ее проводили на второй этаж по лестнице и коридору со старинными картинами, естественно, отнеся все стопки с документами. После, когда Грэгус принес еду и напитки, Кларина предупредила, что будет работать и отрабатывать часы за опоздание, поэтому к ужину не спустится.

В общем-то, ей было все равно, передаст ли он этот плохо завуалированный упрек графу или нет. Видеть господина Годерика Ольхама фон Рильхмайера сегодня еще раз у нее не было желания.

Слуга принял ее заявление к сведению с непроницаемым лицом, поклонился и отбыл. А Клара подумала, вдруг ее и не собирались приглашать? Потом махнула рукой и закрыла дверь на небольшой засов. Вряд ли он мог бы задержать темного магика, но так все же ей было спокойнее.

Она огляделась. Здесь было в тысячу раз уютнее, чем в ее домике у болота. Нежно-золотистые стены, теплое дерево мебели, просторная мягкая кровать с теплым одеялом и подушками, толстый ковер под ногами, плотные шторы, балкон за стеклом, увитый плетущимися растениями. И главное, никакого тумана.

Из окна открывался вид на сад. Сейчас, замерзший, он переливался в свете лучей заходящего солнца.

А еще грели душу столик с едой, полки с книгами и ее папками, шелковый пеньюар на кровати и шкаф, в котором оказалось полно одежды. Неприметная дверь вела в ванную.

Кларина прикусила губу, глядя на всю эту роскошь. Интересно, а серенады под окном будут? Хотя там же мороз…

Нет, пеньюар она точно не наденет, а вот помыться надо, и уже давно.

Ванну она принимала при свечах, прикрыв глаза и расслабляясь. Старалась выгнать из головы все мысли. Их было слишком много, и все шумели, крича что-то свое. Граф, аномалии, отец, артефакты, монстры и убийства. Сны и видения. И все это в какие-то несколько последних дней. Ах да, еще ее шевельнувшаяся магия.

После ванны Клара чувствовала себя превосходно. Нашла чистую блузку на смену, перекусила и снова взялась за работу, удобно устроившись на кровати. К этому времени за окном почти стемнело.

Пожалуй, так она была работать согласна.

Господин императорский посланник считал, что в старых делах могут таиться важные детали. Искать которые самому у него не было времени.

Клара прикусила губу. Что могло объединять их? Смерти произошли от разных причин, в разное время, в разных местах и с участием или без оного разных монстров. Всего около двухсот штук за последние пятьсот с лишним лет. Глубоко решил копнуть граф, немудрено, что ему понадобилась помощница.

Сверху лежало дело градоначальника, чей раздувшийся труп нашли они с Кинсом.

Экспертиза показала, что он утонул, а еще опустошил в ноль магические силы и залез в жизненные. Он умер на болоте, убегал по воде без лодки, и его дело еще было не раскрыто. Всего этого оказалось достаточно, чтобы его досье положили к другим жертвам.

Клара откинула его в сторону. Затем было множество кровавых дел, где чудовища приложились к жертвам плотнее и порой совсем ничего от них не оставили.

Но вдруг Клара наткнулась на еще одно дело, где магик умер, просто свалившись в воду на глазах у коллег. Проблем с сердцем у него не нашлось, то ли голова закружилась, то ли засмотрелся, но из воды живым он уже не вылез – тоже утонул. Корнелиус Эц – так звали несчастного травника, на теле которого нашли непонятные темные отметины. Звучало очень размыто, и Клара покачала головой, положив досье к Аржанту Зельвейеру. На всякий случай проверила, нет ли упоминания о темных отметинах в деле мэра. Но их не было.

Что можно было найти в делах о явных убийствах, чего не обнаружили при расследовании, Клара не представляла. Но стала складывать в отдельную стопку те, где монстры имели весьма косвенное отношение к смерти жертвы. Здесь убийствами смерти называть можно было лишь условно, с натяжкой. Поэтому и расследовались они наверняка не так тщательно, как те, где жертву приходилось доставать из болота ситом для ловли раков.

Всего набралось пятнадцать дел.

Последним в стопку легло досье с именем Клауса Рица на корешке. Кларина долго держала его в руках не открывая. Сколько она думала, как бы его заполучить, а теперь вот оно, у нее в руках. Возможно, все ответы спрятаны внутри, и больше не нужно будет копать. Возможно, все окажется намного проще, и ни золото, ни артефакты не будут иметь отношение к делу. Возможно…

Она быстро, одним рывком, развернула переплет и начала читать. Читала долго, морщилась и часто моргала, силясь разобрать чей-то неразборчивый почерк. Некоторые места были замазаны чернилами. Некоторые были нечитабельны. Местами костяной язык местной юстиции двенадцатилетней давности становился настолько неудобоваримым, что было ничего не понятно.