Виктория Браунли – Чтоб ты подавился! (страница 1)
Виктория Браунли
Чтоб ты подавился!
Victoria Brownlee
Eat Your Heart Out
Произведение было впервые опубликовано на английском языке издательством Affirm Press
© Victoria Brownlee, 2025
© Миро А., перевод на русский язык, 2026
© Издание на русском языке. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026
Часть первая
«У Дури»
Париж
Глава 1
Приглашение – Хлои
Придя домой в свою парижскую квартирку на пятом этаже, я обнаружила аккуратно просунутую под дверь маленькую черную карточку. Я наклонилась, чтобы ее поднять, и под ногами скрипнули старые половицы.
Взволнованная, я повертела карточку в надежде найти больше информации. PR-отделы модных ресторанов все чаще приглашали меня на ужин, но обычно инвайты прилетали на электронную почту, к тому же немного заранее и чуть более информативные. В этот же раз ужин намечался на сегодняшний вечер. Визитка – нечто таинственное и эксклюзивное. Почти сексуальное.
Тисненные инициалы «К. Д.» на обратной стороне визитки – Карла Дури. Но кто мог оставить саму карточку? И как они узнали, где я живу? Но все эти вопросы мигом улетучились, когда я осознала случившееся. Боже, сегодня я иду в ресторан «У Дури»! Я хотела провести спокойный вечер дома… Но это не то приглашение, от которого можно отказаться.
«У Дури» – знаковое место, владельцем которого стала единственная и неповторимая Карла Дури, дочь и наследница бога ресторанного бизнеса и непревзойденного шефа Жана Дури и его жены – знаменитой гламурной французской модели Катерины Восс. Жан Дури открыл ресторан в 1970 году на площади Вогезов, и с тех пор там обслуживают самых именитых и требовательных посетителей.
Поспешив на кухню, я открыла затертое издание знаменитой книги «Домашние рецепты семьи Дури», переводное, которое я купила в благотворительном магазине, когда только переехала из Тасмании в Университет Мельбурна. В то время мне было одиноко, я тосковала по дому и отчаянно пыталась понять, не совершила ли я роковую ошибку.
Но покупка этой книги стала переломным моментом в моей истории. Сначала я влюбилась в семейство Дури, словно заменивших мне родных, которых так не хватало в моей пустой квартире. А потом эта же книга помогла мне завоевать новых друзей, покорив их сердца знаменитым бёф бургиньон от Жана и Карлы. Благодаря семье Дури я нашла свое место в новом городе, научилась создавать теплую дружескую атмосферу для общения посредством хорошей еды и вина. Это знание помогло мне успешно сдать экзамены и научило тому, что главное – не где именно я живу, а люди, которыми я себя окружаю. И пока у меня была семья Дури, я знала, что могу быть счастливой где угодно.
Я открыла кулинарную книгу на странице с фотографией Карлы и ее отца, сделанной где-то в конце девяностых, когда Карла еще была младшим шефом «У Дури». Она выглядит целеустремленной и серьезно настроенной. Женщина, у которой есть миссия. По праву рождения Карла могла бы не париться и особо ничего не делать, общаться с прессой и наслаждаться семейным успехом. Но вместо этого она пошла по стопам отца и с тех пор, как в 2007 году унаследовала за внезапно почившим родителем кухню ресторана, сама обучала всех ее сотрудников.
С тех пор как я переехала в Париж, я единственный раз ела «У Дури» (подарок, который я сама себе сделала на день рождения), и мне пришлось в тот вечер проявить немалую выдержку. Я пошла одна, чтобы меня не отвлекали разговорами, и опыт получился почти райским. Меню было выдержано в традиционной французской манере, и вместо трендовых блюд здесь отдали предпочтение сезонным овощам, которые выращивают на крыше здания, где расположено заведение. К овощам подавали идеально приготовленные морепродукты.
Бездумно листая страницы кулинарной книги, я размышляла, почему мне прислали приглашение. «У Дури» – это ресторан для особенных случаев, и обычно желающим приходилось бронировать столик за несколько месяцев. К тому же в заведении не проводили пресс-мероприятий, потому что Карла не нуждалась в рекламе.
Я пялилась в строки рецепта лукового пирога так, словно там был ответ на все мои вопросы, когда Дрю отпер дверь своим ключом.
Дрю жил в Париже уже с десяток лет и, хотя технически он был австралийцем, в его жилах текла кровь самой Франции. В свой первый день в Париже он спешно маршировал по городу в поисках хорошего кофе и сытного завтрака и был неприятно удивлен тем, что здесь нигде не подают ни жареного бекона, ни вареных яиц.
– Не мог же я начать день с горького эспрессо и круассана. Лучше умереть! – признался он. Решив, что невозможно нормально позавтракать (такое же богохульство, каким для французов будет просмотр коротких видео в соцсетях во время церковной службы), Дрю осознал свою миссию – открыть кафе, где будут подавать калорийные блюда и насыщенный флэт уайт. Это было настоящее озарение. Он мечтал показать французам, как именно завтракают нормальные люди. С тех пор во французской столице понаоткрывалась куча австралийских кафе, но Дрю так и остался первопроходцем.
Я встретила Дрю, когда только переехала в Париж. Зашла к нему, чтобы поесть яичницу и выпить хорошего кофе. Мы разговорились. Ему нужна была соседка по комнате, а мне надо было где-то жить. Вот так и началась наша дружба.
– Никогда не угадаешь, что случилось! – заорала я, когда он скидывал в коридоре рабочие сабо.
– Хлои, мы уже говорили об этом. По французским правилам нужно сначала поздороваться, а потом приступать к делу, – заметил он.
– Ты даже не француз, – заявила я.
Он окатил меня притворно-презрительным взглядом.
– Прекрати выпендриваться и приготовься услышать новость, – продолжила я.
– Выкладывай, – устало улыбнулся Дрю.
– Что ж, – театрально начала я, – шла я себе домой, ни о чем не думала, как обнаружила под дверью нечто… – Я протянула ему карточку.
Он безучастно повертел ее в руках.
– И?
– Что «и»?
– Это приглашение к «У Дури». Твой счастливый день, – саркастично заметил он.
Дрю был одним из немногих людей на свете, которые нисколечко не восхищались Карлой Дури. Может, потому, что Дрю не любил затейливое обслуживание, замороченную кухню и заоблачные цены. Или оттого, что он верил гулявшим о Карле слухам, согласно которым она весьма плохо обращалась со своими сотрудниками. Я заверяла его, что она невиновна, пока не доказано обратное, но едва ли смогла его переубедить.
– Это не просто приглашение, – объяснила я. –
– Тебя вроде в последнее время стали чаще приглашать… Твой блог набирает популярность. Кстати, сегодня кто-то сказал мне, что пришел в мое кафе после твоего поста, – признался он, выуживая из холодильника бутылку пива и присаживаясь на барный стул.
Щеки разгорелись. Я до последнего старалась не придавать своей растущей популярности большого значения. Дабы не сглазить.
– Ты пойдешь? – спросил он, явно не сильно заинтригованный загадочным приглашением.
– Конечно!
– Тогда чего ты суетишься? – спросил он.
– Просто удивлена, почему меня позвали в последний момент. И почему так таинственно?
– Когда будешь такой же знаменитой, как Карла Дури, тоже будешь делать, что захочешь.
– Хочешь сказать, я еще не звезда? – парировала я, криво ухмыльнувшись.
Он не счел нужным ответить.
– А что ты теряешь, кроме денег, которые, возможно, придется заплатить за ужин? – рассмеялся он и сделал большой глоток пива.
Дрю был прав. Теряла я немного, а вот получить могла куда больше: поесть у Карлы, встретиться со звездами парижского ресторанного мира и, возможно, увидеть саму Карлу во плоти. Я порой говорила о ней (кого я обманываю, я постоянно о ней талдычила) в своем блоге, но а как иначе? Без нее мир французской кулинарии был бы не полным.
– Ладно, пойду собираться, – рапортовала я.
Я рылась в гардеробе, совершенно не зная, что надеть. Я даже не была уверена, на какое именно мероприятие мне предстоит идти. Ужин, конечно, но при параде ли? Я знала, что «У Дури» гости появляются в вечернем, но это же будет камерное мероприятие. Может, одеться креативно? Выпендриться? Или, наоборот, слиться с интерьером?
Обычно я не слишком задумывалась о том, что надеть, но сейчас все было иначе – ведь меня пригласили в ресторан «У Дури». От нервов свело живот, а паника по поводу наряда росла с каждой минутой.
Французы умеют выглядеть ненавязчиво шикарными. Они могут подобрать блестящее платье на похороны или приспособить тысячедолларовую сумку
Экран телефона оживился. Мама.
Мне очень хотелось рассказать ей о том, куда меня пригласили, но я знала, что она тут же начнет расспрашивать про мой блог, а потом перейдет к планам на будущее. Сказать мне будет особенно нечего, и к концу разговора я буду весьма подавлена, она же – весьма раздражена. Это мне нужно было меньше всего.
Она не сильно поддержала мой переезд во Францию и минимум раз в неделю заводила разговор о том, что мне пора возвращаться в Австралию. Стоило мне пожаловаться на Париж – на вездесущий табачный дым, запах мочи на улицах, толпы туристов, – как она любезно напоминала мне, что «все» хотят моего возвращения домой, где я наконец начну жить свою настоящую жизнь.