Виктория Борисова – Венец для королевы проклятых (страница 24)
– Только ты сможешь справиться с этим курятником, – сказал он ей в ту же ночь, ласково перебирая ее длинные волосы, – прекрасная женщина дарит радость, но та, которой можно доверять, – бесценное сокровище!
И со своей всегдашней легкой усмешкой добавил:
– Думаю, из тебя могла бы получиться вполне достойная королева!
После назначения Гвендилена получила особый знак – золотой медальон с изображением замка Кастель-Мар. Теперь она носила его постоянно, и служанки почтительно кланялись ей, а фрейлины приседали в реверансе, когда она входила в комнату, – не так низко, как перед принцессой в былые дни, но все же! Гвендилена кивала, улыбалась, называла их своими дорогими подругами… Но и сейчас она не забыла, как эти высокомерные девицы когда-то не удостаивали ее ни словом, ни взглядом, и хихикали, перешептываясь между собой, называя ее дикаркой и деревенщиной!
Из своей тесной каморки она перебралась в просторную и светлую комнату с видом на море. Вместо бедняжки Летты – о ее судьбе Гвендилена старалась не думать и рада была, что не видела, как стражники уводили ее после того, как нашли ту злосчастную брошку, – она приказала подыскать себе не одну, а трех служанок – совсем юных девушек, тихих, вежливых и исполнительных, умеющих причесывать госпожу, готовить ароматные притирания, следить за бельем и платьем… А главное – делать все молча и бесшумно исчезать, выполнив свою работу. Гвендилена твердо решила, что больше не станет фамильярничать с прислугой.
Беспокоило ее только одно – неизвестность. Эвина с маленькой дочкой по-прежнему томилась в башне, и Лейр оставался в темнице, в руках палачей… О том, что с ним стало, жив он или умер, не знал никто в замке. Даже принц Хильдегард упорно избегал говорить на эту тему, когда Гвендилена пробовала осторожно подступиться к нему с расспросами. «Ты все узнаешь в свое время, дорогая, – повторял он, – не раньше и не позже!»
Она покорно замолкала… Но успокоиться не могла. От одной мысли, что Эвина может вернуться, чтобы занять свое законное место, ее просто бросало в дрожь. Снова стать компаньонкой, угождать ей, притворяться и лгать… Ну уж нет! Гвендилена была уверена, что такого она просто не вынесет.
С каждым днем ее тревога усиливалась. Нужно было хотя бы поговорить с кем-то, поделиться, спросить совета… Наконец, улучив момент, Гвендилена поднялась рано утром и знакомой дорогой направилась в обиталище Гилы под крышей.
Было немного совестно, что она так давно не наведывалась сюда, но ведь на то были веские причины! К тому же Гвендилена предусмотрительно захватила с собой тугой мешочек с золотыми монетами. «К счастью, теперь я могу себе это позволить, – думала она, поднимаясь по крутым ступенькам, – без ее помощи я никогда не получила бы того, что имею сейчас! Как говорили когда-то в деревне, маленькие подарки сохраняют дружбу!»
С этими мыслями она вошла в комнату целительницы. Гила встретила ее неласково – видно, была не в духе этим утром. Сидя за столом, она раскладывала сушеные травы по маленьким полотняным мешочкам, что-то тихо приговаривая себе под нос на непонятном языке, и на вошедшую девушку не обратила никакого внимания, словно ее тут вовсе не было.
Гвендилена на миг застыла в дверях. Несмотря на перемены в своей судьбе и высокое положение при дворе, Гилу она по-прежнему побаивалась.
– Доброе утро… – голос Гвендилены ей самой показался робким и слабым.
Гила оставила свое занятие и обернулась к ней.
– А, это ты… – она как будто только сейчас заметила ее присутствие, – все-таки ты пришла. И именно сегодня! Подумать только…
Поджав губы, она неодобрительно покачала головой. Гвендилена не поняла, что такого особенного было в сегодняшнем дне, но почему-то смутилась.
– Прости меня, Гила, – начала сбивчиво оправдываться она, – я не приходила так долго… Но это не потому, что я забыла о тебе, вовсе нет! Ты же знаешь, что произошло в замке? Принц назначил меня
Гила чуть подняла бровь.
– Может, скажешь, что это не твоих рук дело? – она саркастически хмыкнула. – Обманывай кого хочешь, только не меня!
Гвендилена опустила голову. Ей вдруг стало жарко, будто она стояла у раскаленной печи, и краска стыда залила ее лицо до корней волос. Казалось, Гила видит ее насквозь – до дна, до самой потаенной мыслишки! – и от этого было жутко.
– Уходи, – отрезала она, – можешь не бояться, я не выдам тебя! Наше дело еще не кончено… Но сегодня я не хочу тебя видеть и говорить с тобой.
– Почему? Что случилось? – спросила Гвендилена.
– Вчера ночью в пыточном подвале умер Лейр Сладкоголосый, – сухо ответила целительница. – Думаю, после того, что с ним сделали, смерть была для него облегчением.
Непонятно было, откуда Гила узнала об этом, но Гвендилена не посмела спросить. Надо думать, в замке у целительницы было немало должниц и должников! А может быть, все дело в магии?
Девушка почувствовала противную дрожь в коленях. Красавчика Лейра, конечно, было жаль, но что теперь будет с ней самой?
– Он признался? Признался в прелюбодеянии? – выпалила она.
Гила покачала головой.
– Нет. Только в том, что любил принцессу Эвину и поклонялся ей, как это принято у людей его ремесла, что воспевают в балладах прекрасных благородных дам и водят шашни со служанками в трактире.
Целительница помолчала недолго, глядя невидящим взглядом прямо перед собой, и вымолвила сурово и твердо:
– Бедный мальчик был верен ей до конца.
Она снова взялась за свои мешочки с травами и, вскинув глаза на оторопевшую Гвендилену, коротко бросила:
– А теперь уходи! Придешь в другой день, не сегодня.
Взгляд ее был как стальной клинок – холодный, острый, ненавидящий… Гвендилена опрометью выскочила прочь.
Она спускалась по крутой винтовой лестнице, перепрыгивая через ступеньки, рискуя сломать себе ногу, потом бежала по коридору, не разбирая дороги… Слезы застилали глаза, а в голове упрямо вертелось только одно: «Я не хотела этого, не хотела! Ну почему так получилось?»
– Верно, не хотела! – знакомый тихий голос послышался совсем рядом.
От неожиданности девушка споткнулась и упала. Мешочек с монетами, что она все еще продолжала сжимать в руке, лопнул, и золотые кругляши весело раскатились по полу. Гвендилена сильно ударилась коленом, порвала платье и к тому же до крови прикусила губу. А голос в голове все никак не унимался.
– Не хотела… О да! Так же, как не хотела смерти сестры и того, чтобы маленький Римеран остался навсегда обезображенным, – безжалостно продолжал он. – Можешь пойти и признаться во всем, если хочешь. Лейра это, конечно, не воскресит, зато принцесса сможет вернуться к супругу, которому, впрочем, давно опостылела. А ты сама уж точно испытаешь на себе все, что пришлось пережить певцу перед смертью, и, возможно, еще позавидуешь ему!
Гвендилена плакала от боли и бессилия. Но больше всего ей разрывала сердце мысль о том, что все было напрасно – ведь Лейр все-таки не признался! И значит, принцесса Эвина может снова занять свое законное место…
– Что с вами, госпожа? – служанка, проходившая мимо с корзиной белья в руках, склонилась над ней. Круглое веснушчатое лицо девушки выражало самое искреннее сочувствие, но на деньги, рассыпанные вокруг, она уставилась со смешанным выражением восторга и ужаса, будто перед ней были не монеты, а крылатый дракон или хоровод эльфов в лесу.
«Бедняжка… Наверное, никогда не видела столько сразу, – подумала Гвендилена, – и скорее всего, уже не увидит!»
– Ничего страшного… – достав из рукава платок, Гвендилена отерла слезы и кровь с лица и старательно улыбнулась, – я просто споткнулась.
Опираясь на руку девушки, она осторожно поднялась на ноги. Колено болело, но, в общем, все было не так уж и плохо.
– Собери это… – она указала взглядом на рассыпанные по полу монеты, – и одну можешь взять себе.
Откуда-то сверху послышался удар колокола – один, другой, третий… Низкий тяжелый звон будто плыл по замку, заполняя собой все пространство! От него кружилась голова и гудело в ушах.
– Что это? – спросила Гвендилена. – Что случилось?
– Разве вы не знаете, госпожа
Глава 13
Солнце уже стояло высоко. День выдался погожий, ясный… Яркая глубокая небесная синева, не омраченная ни единым облачком, сияла, сливаясь вдалеке с морской гладью, ровной как зеркало, не колеблемой даже легким ветерком. Прохладный воздух был прозрачен и чист. Хотелось вдохнуть его полной грудью, улыбнуться солнцу и порадоваться в душе, что милосердные боги иногда дарят людям такие дни!
Но в замке Кастель-Мар царила тревога. В просторном внутреннем дворе – там, где когда-то Гвендилена впервые увидела принца в праздник