Виктория Блэк – Приватный танец для сводного (страница 10)
В нетерпении переминаясь с ноги на ногу, я верчу головой, высматривая кого-то из служащих. Наконец-то к ресепшен подходит мужчина, которого я принимаю за администратора. Я рада его возвращению, буквально жажду выразить свои возмущения в очень грубой форме, но брюнет успевает меня обезоружить:
— Добрый день, милая леди, — произносит он с обаятельной улыбкой на губах, отчего в уголках его пронзительных голубых глаз появляются тонкие лучики морщинок.
На мужчина надет стильный темно-синий костюм и выглядит очень презентабельно. Я не разбираюсь в брендах, поэтому не могу определить его должность и статус без бейджа.
— Вы администратор? — с надеждой уточняю я.
— Нет. Увы. Маркус, наверное, умчался по своим очень срочным делам. Вечно с ним так! — возмущается он, но не зло, а в шутливой форме.
— Это ужасно! Мне он так нужен, — вымученно улыбаюсь я.
— Может, я смогу вам помочь? — уточняет он.
— Я была бы очень признательна! Вы знаете, где я могу найти… — опустив глаза на конверт, я читаю: — Мистера Пэрри Уотсона, «Чейнч-корп»?
— Еще как знаю, прекрасная незнакомка, я даже могу отнести конверт, — радушно предлагает молодой человек.
— Правда? Как же чудесно! Спасибо! Спасибо огромное! Спасибо, мистер! — радостно повторяю я, вручая злополучный конверт ему в руки.
— Зовите меня Брайс. Я отнесу, только есть одно условие…
— Какое? — настороженно уточняю я.
— Назовите свое имя, прекрасная леди, — игриво спрашивает он. Теперь наш диалог больше напоминает флирт, чем деловой разговор. Он очень милый, но сейчас мне не до знакомств.
— Эмбер. Спасибо за помощь, Брайс! — роняю я и включив пятую скорость устремляюсь к выходу.
— До встречи, — доносится вслед, но я не придаю словам ни малейшего значения.
Сев в машину, я командую Шону давить на газ. Он трогается с места и везет меня не по следующему адресу, а ко входу в метро.
— Шон, ты ничего не перепутал?
— Тебе следует поспешить, а оставшиеся четыре письма я и сам могу отвезти, — оголив белоснежные зубы, заявляет напарник.
В этот момент я готова расцеловать Шона и объявить лучшим другом.
— Боже, Шон, спасибо большое! Я твоя должница!
— Ладно-ладно, беги. Пусть это будет нашим маленьким секретом, — подмигивает он.
Я выхожу из машины и перед тем, как закрыть дверь, наклонюсь в салон:
— Шон, а вдруг Дэвид узнает, я не хочу, чтобы ты пострадал из-за меня.
Напарник демонстративно закатывает глаза и отмахивается от меня:
— Эмбер, как-никак, а ты – дочь главного. Я придумаю что-нибудь, например, что ты угрожала мне увольнением, — усмехается он.
***
Электропоезд мчит по рельсам метро, но мне кажется, будто он ползет, как улитка. А когда я выхожу на поверхность, автобус и вовсе превращается в неповоротливую черепаху. Дома я пребываю в состоянии жуткой нервозности: руки дрожат, я хватаю не те вещи, несколько раз переплетаю косы, но все идет не по плану. В итоге нижнюю часть волос я оставляю распущенной, а из верхней сооружаю две небрежные маленькие кули, которые придают образу легкую небрежность. Благодаря яркому макияжу с акцентом на глаза облик получается очень… хм… дерзким и даже немного игривым. Для завершения образа я выбираю ярко-голубые лосины, блестящую длинную майку-борцовку, и обуваюсь в те же белые кроссовки на массивной подошве.
На мобильный приходит сигнал, что такси подъехало. Да, это нереально дорого, но я сильно ограничена во времени и совершенно не ориентируюсь в улицах Куинса.
Когда я выхожу на крыльцо, к моему удивлению, там уже стоит Энн. Она громко ругается с кем-то по телефону, посылает собеседника к чертям собачьим и резко вешает трубку. Только потом, обернувшись ко мне, замечает мое присутствие.
— Привет, подружка! — Энн чмокает меня в щеку и с любопытством окидывает взглядом. — Куда это ты намылилась? Нашла новую работу? — щебечет она, стреляя глазами по сторонам.
Меня терзает легкое чувство вины перед ней, ведь мы с ней так и не поговорили после моего ухода из клуба. Причин она не знает, если только Сара не сказала.
— Нет, Энн, я расскажу потом, сейчас опаздываю на конкурс. Представляешь, они сообщили о времени и месте за четыре несчастных часа! — возмущенно выпаливаю я, открывая дверцу желтого авто с шашечками.
Энн в мгновение ока подбегает к машине и бесцеремонно толкает меня бедром в бок, чтобы освободить себе место.
— Подвинься, я еду с тобой! Сара все равно не скоро вернется. Должен же кто-то за тебя поболеть, — подмигивает она с хитрой улыбкой и тут же ныряет в салон следом за мной.
Я обнимаю Энн, обрадовавшись такой неожиданной поддержке. Мы хоть и называли друг друга подругами, но раньше это было скорее поверхностно, мы толком не общались, только приходили в клуб, перекидывались парой слов, пока наряжались, и шли танцевать. Но сегодня мы с Энн становимся намного ближе.
По пути я обрисовываю ей всю ситуацию с Дэвидом и отцом. Сначала Энн проникается моими чувствами – я вижу, как она хмурится и сочувственно качает головой, – а потом начинает меня смешить своими едкими словечками и изобретательными пожеланиями в адрес этих двоих мужчин. Мы заливаемся смехом, и напряжение постепенно отпускает.
— Энн, хватит меня смешить! У меня живот уже болит и макияж вот-вот потечет, — шутливо возмущаюсь я.
— Зато ты немного отвлеклась от конкурса! — улыбается она, подмигивая.
— И то верно.
Уверена, что сегодня точно мой день, раз вселенная совершенно неожиданно послала мне на помощь людей, на которых я не рассчитывала: сначала тот мужчина в бизнес-центре, потом Шон предложил самостоятельно развести письма, а теперь Энн.
Может, мне помогает не вселенная, а мама, наблюдающая за мной с небес?
Глава 6 Серые оттенки
Эмбер
К месту проведения конкурса мы подъезжаем вовремя. Перед нами стражником возвышается длинный бетонный забор, охраняя четырехэтажное здание из красного кирпича в виде буквы П. Только одна стена выкрашена в белый цвет, и на ней написано огромными черными буквами: «P.S.1».
— Вау! Вот это масштабы конкурса, — присвистывает Энн.
— Ага, — машинально соглашаюсь я, но опомнившись уточняю: — Ты о чем?
— Это же Центр Современного искусства, очень популярное место, между прочим.
— Буду знать, спасибо.
За забором играет зажигательная музыка, но из-за многоголосого шума ее едва удается разобрать. Энн тянет меня за руку в проход. Внутри открывается большое треугольное пространство, которое до отказа заполнено конкурсантами. Я думаю, что если взглянуть на это место сверху, то всех нас можно было бы принять за разноцветные конфетти из-за яркой одежды.
У входа стоит девушка, которая регистрирует каждого участника и выдает номерные эластичные наклейки размером с лист формата А5. Я получаю номер двести пятьдесят пять и на мгновение замираю, чтобы прочувствовать этот потрясающий момент.
Я здесь, несмотря на преграды, прилетела с другого конца Америки. Теперь все зависит только от моих умений.
От прохода в здание нас отделяет своеобразная ширма из светлой ткани. Мы ждем еще минут пятнадцать, прежде чем полотно отъезжает в сторону и к нам навстречу выходят участники Кулэст. Чтобы нам всем их было хорошо видно, они поднимаются на приготовленный заранее пьедестал.
— Хай, народ! Как же много вас здесь сегодня! Мы рассчитывали, что из-за нашего сюрприза со временем и местом, не все смогут приехать, — усмехается лидер группы – Тревор. — Условия у нас такие. Нам нужны участники, готовые в лепешку разбиться за место в Кулэст. Только такие побеждают на «Бэст»! И сразу с Объявления! Мы яркая группа, терпеть не можем серый цвет. Если на вас есть что-то серое, то этот отбор не для вас!
По площади проносится возмущенный гул.
— Я в шоке, подруга, — кривя губы, произносит Энн.
Я не разделяю ее негативный настрой – пусть хоть кросс заставят бежать, лишь бы взяли.
Меня начинает слегка подташнивать от волнения, желудок сжимается, ладони становятся влажными, но, несмотря на это, мне хочется поделиться с подписчиками тем, что происходит за кулисами. Это отвлекает меня от тревоги и создает иллюзию контроля над ситуацией. Я выхожу в сеть и включаю прямой эфир, стараясь, чтобы камера не захватывала слишком много участниц вокруг – не хочу нарушать их личное пространство. В объективе появляется мое лицо, и я улыбаюсь, хотя тела сотрясает мелкая дрожь.
— Всем привет, мои хорошие! Сейчас я на отборе в группу Кулэст. Первое условие – никакого серого цвета! На мне нет серых вещей, поэтому я прохожу дальше. Моя подруга Энн будет снимать происходящее для вас! Я безумно нервничаю, пожелайте мне удачи!
Энн забирает у меня смартфон и уходит искать другой ракурс, оставив меня отвоевывать место в бушующей толпе. Участники прямо на землю скидывают с себя все серое: футболки, повязки, обувь, шорты, штаны. Со стороны это выглядит настоящей вакханалией.
После того, как все желающие идти дальше, остаются без серого, организаторы продолжают отбор на той же безрассудной волне.
На импровизированную сцену вызывают по пятнадцать человек. Участники Кулэст располагаются на верхних ступенях крыльца здания, чтобы видеть каждого конкурсанта. И все пятнадцать человек перед ними танцуют под миксуемую музыку: ритм постоянно меняется, темп скачет то вверх, то вниз, не давая возможности привыкнуть или предугадать следующее движение.